Госпожа семи печатей любви - Женя Сталберг

Мне хотелось взглянуть на него, но всё же едва сдержалась, чтобы не обернуться. Однако о нём такого нельзя сказать. Сейчас я затылком чую его пристальное внимание, отчего дрожь распространяется по телу.

В такой момент, как этот, я забываю обо всём. Беспокойные мысли исчезают. Кокон умиротворения окутывает всю меня, и это кажется таким естественным, словно дыхание.

— Думаю, ты почувствуешь, если это случится.

— Если?!

Я погрузилась в воду по шею и развернулась.

Иори поспешно отвернул голову, и на моём лице заиграла смущённая улыбка.

Тело обдало жаром.

Мужчина облокотился на каменистую стену боком ко мне.

— Трудно верится, что вода может вылечить от болезней…

— То есть в демонов, в печати бесов, óни, баку*, ноэ* ты веришь, а в лечебные воды небесной долины нет?

— По крайней мере, я их видел.

Я фыркнула.

— То есть до того, как встретить меня, ты не верил в Госпожу семи мечей?

Он повернул голову ко мне, но как только его глаза нашли мою фигуру, он опомнился и вновь вернул взгляд к стене напротив себя.

— Только честно.

— Раньше не было веского повода думать о вас…

— Это не ответ.

— Это ещё почему?

— Ты либо верил, либо нет. Другого ответа нет.

— Тебе настолько это важно?

— Мне интересно. — я очертила по поверхности водной глади линию, чтобы создать всплеск. — Ну же, утоли моё любопытство.

Он повернул голову.

— Я допускал это. О вас слишком много историй, чтобы считать, что это небылица.

Я довольно хмыкнула.

— Ну что, твоя боль угасла?

Меня настолько захватила беседа с Иори, что не заметила, как вся боль угасла. Больше нет тянущего ощущения в теле и в особенности в конечностях. Тяжесть сменилась лёгкостью, и не только телесной, но и духовной.

Меня больше не корит судьба жителей небесной долины. И не потому, что мне всё равно на их жизнь. Вовсе нет. Внутри появилось такое чувство, что мне известно, их убережёт Бэндзайтэн. Владычица рек ценит служителей её вод. Она защитит их от зла.

— Ты знаешь, да! Да! — я радостно расхохоталась. — Мне полегчало. Очень даже.

— Я рад.

Иори положил руку на согнутую в коленке ногу и расслабил плечи.

— Иди поешь.

— Иду. Только оденусь.

Я сдвинулась с места, и вода зашумела, пуская рябь вдаль.

Мужчина отвернулся.

Я облачилась в нижние одежды, пока тело и ткань не высохнет, и приблизилась к трапезному коврику.

— Что ты… — запнулся Иори.

Его выражение лица заставило меня пожалеть о своём решении.

— Прости. Ты прав.

Я потрусила к горке вещей около воды и быстренько облочилась в привычную для себя и спутника одежду.

— Не беспокойся. Я не дам тебе замёрзнуть. — заверил Иори, когда я села напротив него.

На моих губах заиграла улыбка.

— Одного коврика в любом случае не хватит, чтобы избегать близости друг друга… — заметила равнодушным тоном, пусть внутри и ликовала от предвкушения.

Мне думается, даже Богиня Бэндзайтэн не желает, чтобы мы с Иори были вдалеке друг от друга. Она ещё ни разу не дала нам спать поодиночке. За что я ей безмерно благодарна. Я ему нужна ещё больше, чем он мне. Он сам согласен с этим, однако настолько боится, что навредит мне, что отдаляется и рискует чем-то большим, чем я или он…

— Я подумала и решила, что тебе всё-таки тоже нужно искупаться в священных водах.

Иори медленно поднял глаза на меня.

— Мы же договорились…

— Мне стало намного лучше. Я считаю, и тебе станет. Во всяком случае, это даст тебе больше времени на борьбу и наш дельнейший путь… Ведь из-за этого ты остаёшься помеченным печатью демона… Ведь так?! Раз ты пока что не даёшь мне тебе помочь, дай это сделать здешней Богине.

Он пожал плечами.

— Я не могу отказывать Госпоже семи печатей…

Я коснулась его ладони с тыльной части и внимательно заглянула ему в глаза.

— Мне бы хотелось, чтобы ты выполнял мои просьбы не как приказы, а сам этого желал.

— Я доверяю тебе. Если ты говоришь, что мне может стать легче, то я хочу попробовать.

Он укрыл мою руку своей второй ладонью, и я снова расплылась в улыбке.

— Иди. Нам и так уже пора спать. Завтра у нас тяжёлый день. — я нехотя разорвала нашу связь, подгоняя мужчину к действиям.

Мне не терпиться узнать, сработали ли здешние священные воды на нём или нет. Пусть ещё неизвестно, каков эффект будет оказан на него, надежда теплилась внутри, распускаясь в груди, словно цветок лотоса.

— Пока мы не избавимся от последней печати, нам нужно быть осторожными.

Иори встал, тяжело вздыхая, и направился в сторону водоёма.

— Уверена, здесь мы в безопасности.

— Мой разум найдёт утешение только тогда, когда печати дьявола канут в Лето. А над нашими головами не исчезнет угроза вселения óни…

Я тяжело вздохнула.

Как бы мне не хочется утешить его или чтобы воды недр небесной долины забрали его тревоги, этого не случится до того времени, пока слова Иори не сбудутся. Только сейчас я поняла, насколько его душа мечется от мучений. Я считала, что печать заставляет его быть бездушным и бесчувственным. Но ему, очевидно, хуже, чем мне. Отчего осознавать это ещё больнее.

.

.

_______________________

Баку* — пожиратель дурных снов. Существо химера со слоновьей головой, бивнями и хоботом. С глазами носорога, двумя маленькими рогами, торчащими по бокам, и тигриными когтями. А также с хвостом быка, лапами, когтями и шёрсткой, как у тигра. Размерами взрослой особи последней. Ноэ* — существо лошадиных размеров, имеет туловище и когти тигра, хвост змеи, крылья птицы и драконью чешую.

Глава 41. Ледяной город

Мы с Иори, словно кроты, покинули туннель небесной долины. Глаза до боли ослепил дневной свет. Но всё же мы продолжили свой путь под оглушающий скрип снежной подстилки.

Первые постройки расположены неподалёку в окружении редких голых деревьев.

Со стороны деревушка кажется безлюдной, тихой и обветшалой. Минки с прошествием долгого времени потеряли свой свет. Древесина потемнела и слилась с серостью сухой коры деревьев. С крыш свисали множество сосулек, которые со стороны, словно кружева, обрамляли здания. Среди белого фона стены зданий выглядели как кляксы, но и это не важно, если внутри них нас ждёт кров, тепло и пища.

Мы обогнули слева одну из двух ближайших минок и оказались в самом начале улицы, по бокам от которой стояли другие построения. Те, в свою очередь, прятали друг за другом большее