П.С.И.Х.0 - Никита Клеванский

Оп. Еще оговорка в копилочку. Леший. Настоящий, что ли? У нас в психушке и Баба Яга одна была. Вылечили, правда, быстро. Решил бы, что это тоже клиент Льва Игоревича, если бы не та зеленая волна и ее эффект. Это что же я только обнаружил?

— Так ты сам-то все-таки откуда? — перешел тем временем в наступление дворник. — Точно не из ДРС ведь.

— Не из ДРС. — признался я. — Я пришел учителем физкультуры работать. Стажером вернее. А на меня сразу урок вести повесили.

— Ну так еще бы! — хмыкнул старик. — Генку-то еще на прошлой неделе уволили. За пьянку вроде как. А нового в сентябре так просто не найдешь — все при делах. Тем более пополнение ждали. Тебя, значица.

— Меня. — я протянул руку для приветствия. Контакт нужно налаживать. Леший он или притворяется, но информацией владеет точно. — Подберезный Роман Дмитриевич. Можно просто Рома.

— Хорошая фамилия. Природная. — ладонь у моего собеседника оказалась сухой и шершавой, но рукопожатие вышло неожиданно крепким. — Меня Бор зовут. Так и обращайся. А по людским документам я Борис Миронович Леснов. Но это все фантики для бюрократии, будь она не ладна. Вы, люди, этого зверя так раскормили, что теперь даже мы ему подчиняемся.

— И ДРС?

— ДРС вообще его воплощение. Будто ты не знаешь. — леший прищурился. — Погоди. Ты что — правда не знаешь, как все устроено?

— Я даже не знаю, что такое ДРС. — честно признался я. — И в леших до сегодняшнего дня не верил. Но буду благодарен, если вы, Бор, меня просветите.

Дворник уставился на меня, будто я сказал, что забыл фамилию нашего президента. Он несколько раз хлопнул широко распахнутыми глазами, а затем рассмеялся, издавая звуки, похожие на уханье филина. Я даже на всякий случай осмотрелся, но заметил лишь старшеклассников, куривших за забором. Мы их не интересовали.

Смеялся старик долго и самозабвенно. До слез. И мне показалось, что росший неподалеку куст как-то особенно встрепенулся, приосанился и вообще возомнил себя баобабом. А может, в свете приоткрывшейся мне истины, и не показалось. Теперь ни в чем нельзя быть уверенным.

Донесшийся из здания школы звонок возвестил о начале четвертого урока и привел Бора в чувство. Тот вытер слезы тыльной стороной ладони и посмотрел на меня. Я же и вовсе все это время не сводил с него взора.

— Давненько меня никто так не веселил. — вздохнул дворник. — Уж лет полтораста. Провел меня все-таки, шельмец. А все взгляд твой рыбий. Ну чисто, как у дэвов порой. Некоторые из них мастаки на маскировку, но ты все-таки человек. Уж теперь я это точно чувствую. Или… скрываешь что-то?

— Все что-то скрывают. — пожал плечами я.

— И то верно. Тебе на урок не надо?

— У меня дырка в расписании. — припомнил я увиденные на учительском столе бумажки. — Дальше только пятый.

— Не дырка, а окно, неуч. — поправил меня леший. — А еще учитель. И где вас таких берут?

— НГУ имени П. Ф. Лесгафта. Выпуск двадцать третьего.

— На риторические вопросы отвечать не обязательно. Ладно, пойдем потолкуем. Глаз на глаз, ум на ум. По траве не топчись!

Я ожидал, что Бор взмахнет рукой и откроет нам портал в другое измерение, ну или хотя бы, что у него припрятана потайная землянка в корнях старого тополя, но реальность оказалась куда прозаичнее. Щелкнув ключом, старик отворил дверь второго школьного крыльца, заблокированного изнутри хламом, и мы очутились в небольшом помещении, являвшемся чем-то средним между складом инвентаря и убежищем шамана-нелегала.

Вдоль стены ровным рядком стояли метлы, грабли и лопаты разной степени потрепанности, на стене висели пучки прутьев и какие-то сушеные травы. Имелся узкий топчан, тумбочка и стол, тесный даже для одного человека. Отдельно мое внимание привлек старый закопченный котелок с эмалированной крышкой от какой-то кастрюли. Тот висел прямо над столом, закрепленный крючком за тянувшийся с потолка провод.

— Чай будешь? — предложил леший. — У меня свой. На травах.

— Пожалуй откажусь.

— Ну и зря. А я буду.

Он забросил в котелок нечто, похожее на комок сушеного плюща, щелкнул пальцами и под днищем вспыхнуло пламя. Оно не висело в воздухе и не бралось из ниоткуда, а как будто вырывалось прямо из металлических стенок и их же облизывало.

Я попробовал прикоснуться к огню и закономерно обжегся. Настоящий…

— Ну, рассказывай, Рома, как ты умудрился мою магию увидеть? — спросил Бор, усевшись на край топчана. — Я ведь ее маскировал по всем правилам. Иначе нельзя.

— Как все увидел. Глазами. — ответил я, прислонившись спиной к двери. — Сверкало что-то зеленое. Подошел к окну, а вы там газон реанимируете.

— Конечно, реанимирую. А как иначе? Сорванцы эти ради развлечения траву с корнями вырывают и в друг дружку бросаются. Никакого уважения к природе! В былые времена они бы у меня за такое неделю по лесу плутали — мигом бы одумались.

— А сейчас?

— Директрисе пожаловался.

— А она что?

— Отмахнулась просто. — вздохнул леший.

Разочарование — вероятность 54 %. Усталость — вероятность 66 %. — сообщил Психо.

— Ты и у магических сущностей эмоции определять можешь?

[Статус наблюдаемого объекта не подтвержден. Я ориентируюсь исключительно на твои визуальные данные.]

— А огонь из ниоткуда тебя не смущает?

[Меня ничего не смущает. Но могу попробовать провести анализ.]

— Не нужно! — поспешил пресечь поползновение я. — Мне только очередного каскада ошибок не хватает.

[Как скажешь.]

— И все, что так или иначе связано с магией, магическими сущностями и ДРС пакуй в закрытую директорию.

[Слушаюсь и повинуюсь.]

— Тяжело вам приходится. — выдал я подходящую по случаю фразу после молниеносного обмена сообщениями с нейросетью.

— И не говори. — снова вздохнул дворник. — Тут ведь раньше лес стоял. Древний. Болотистый. Мощный. И я им безраздельно властвовал. Потом люди пришли. Они быстро научились жить по моим правилам. И также быстро стали эти правила менять. А теперь что? Я леший без леса, машу метлой за цветные бумажки и даже сорванцов не могу наказать по совести. Тьфу!

Он натурально плюнул на пол, а его плевок превратился в крохотный клочок изумрудного мха. Отнюдь не первый на поверхности бетонной плиты.

Закипел чай. Бор голой рукой наклонил горяченный котелок и налил тягучую черную жидкость в кружку, похожую на небольшой коряжистый пень. Воздух наполнился густым ароматом малины, черники, липы и почему-то грибов. Странное сочетание, но от него у меня началось такое обильное слюноотделение, что еще чуть-чуть и у школы появился бы свой бассейн.

— Я передумал. Тоже буду чай. Можно?

— Нужно. — ответил старик, и уже скоро у меня руках