Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

Как что? Точно не стоять на месте!

Когда я первый раз увидел разбитый лагерь тёмных, мне в глаза бросилась одна интересная деталь — возле стены зияло огромное отверстие, похожее на вход в разлом. Я ещё раз на всякий случай проверил карту — разломов в этой области не наблюдалось. Между деревьями начал появляться неестественный туман. Каким-то образом верховные обращённые знали, когда появятся порождения Фарафо и успевали на это реагировать. Проклятье! Мне бы поговорить с серым мастером в спокойной обстановке за кружечкой чая! Желательно, конечно, чтобы кружечка была только у меня, да и то в одной руке, а в другой находился раскалённый стальной прут, которым бы я периодически побуждал связанного по рукам и ногам серого к разговору.

Решение о том, как поступить, пришло спонтанно. Раз здесь есть место, похожее на разлом, но не являющееся им, то мне, как специалисту широкого профиля по уничтожению мест обитания Хозяев, сам Свет велел спрятаться именно там. Сражения с сержантом Фарафо я не боялся, но очень не хотелось показывать серому мастеру свои способности. Ибо с такой командой обращённых это он окажется с кружкой чая и раскалённым прутом, а мне будет уготована судьба отвечающего на вопросы связанного кокона.

Пробегая мимо лагеря, я заметил, что лошадей здесь уже не было. Либо их сожрали, либо их тоже затащили наверх, подальше от порождений Фарафо. Что не лишено смысла — туманные твари не будут разрушать лагерь, потому что в этом нет смысла. Жрать там нечего.

То, что это место отличается от разлома, стало понятно сразу. Если последние состояли из многоуровневой системы объединённых друг с другом пещер, то здесь я попал в какое-то логово огромного земляного червя. Проход поднимался, опускался, пересекался с другими проходами, постоянно сворачивал в разные стороны, разветвлялся то на два, то на три коридора. И, что меня больше всего нервировало — везде был туман. Причём вёл он себя здесь ещё страннее, чем на поверхности. Там клубы дыма просто висели над землёй, здесь же они являлись неотъемлемой частью пола. Туман не смущало, что проход уходил вверх или вниз, он следовал ему один в один, постоянно удерживая одну и ту же высоту — примерно до моих колен. Минут десять я петлял по этим коридорам, не встретив ни одной живой души. Даже порождения Фарафо. В какой-то момент мне начало казаться, что я заблудился, но спасла мигающая пиктограмма карты. Оказалось, что в районе развалин появилась точка «???», нажав на которую мне открылось новое окно, где находилось трёхмерное изображение уже изведанной системы коридоров. Учитывая, что на этой карте отмечалось моё текущее местоположение, можно не бояться заблудиться.

Тем не менее меня не оставлял вопрос, кто все эти коридоры сделал? Вытянув руку вверх, я сумел дотянуться до потолка только на носочках. Учитывая мой рост, высота коридора составляла более двух метров. Как и ширина. Стены казались гладкими, но только на первый взгляд. Кристалл освещения рисовал забавные тени, стоило его расположить у стены под разными углами. Это было явно рукотворное творение и возникал резонный вопрос — кто или что могло создать такую кажущуюся на первый взгляд хаотичную систему переходов? Что, если создатель этого чуда ещё здесь и…

Додумать я не успел — внезапно проход передо мной превратился в сплошную стену. Прежде чем я успел сообразить, в чём дело, эта сплошная стена выстрелила двумя клешнями, сдавливая мой купол защиты, а восемь отростков-щупалец, располагавшихся в районе живота, принялись высекать искры в моей защите, желая поскорей добраться до сладкого тела. Всё произошло настолько быстро, что я даже руки поднять не успел и сейчас они оказались зажаты клешнями. Пусть продавить мою защиту невесть откуда взявшийся сержант не мог, ему, тем не менее, удалось заблокировать мои руки. Не сильно — если извернуться, у меня была возможность освободиться, но мельтешащие отростки слишком быстро уничтожали мою ману. Всего за секунду она снизилась на пятьдесят процентов! У меня не было права тратить время на то, чтобы вытаскивать руку, целиться и стрелять из арбалета. Следовало как можно скорей реагировать на ситуацию. Кисть нырнула в карман куртки, где хранилось моё ультимативное оружие и, даже не вытаскивая его наружу, большим пальцем мне удалось отодвинуть заглушку в сторону. Всё это заняло буквально мгновение, но этого времени хватило, чтобы мана окончательно закончилась и защитный купол благополучно оставил меня один на один с опасной тварью. В левое плечо врезался один из отростков, едва ли не пробивая его насквозь, клешни сжались, почти раздавив меня на три части, но на этом потуги сержанта закончились.

В подземелье пришёл эксклюзивный тёмный с девятого уровня разлома!

Порождение Фарафо начало дрожать, словно голый на морозе. Клешни раскрылись настолько широко, что едва не вывернулись в обратную сторону. Я грохнулся на камни и, ударившись больным плечом, едва не потерял концентрацию. Судя по всему, сломаны кости. Плохо. Рука не двигалась. Двойная порция зелья восстановления смогла угасить пожар в плече, но не восстановила подвижность. Направив на сержанта арбалет, я хотел было выстрелить в эту противную зубастую рожу, но в последний момент остановился. Не хватало ещё взрыв здесь устроить — большая часть проходов окажется заваленной и не факт, что мне удастся отсюда выбраться. Первой мыслью было как можно скорей убираться прочь, но потом пришло понимание, что просто так порождения Фарафо не отстанут. Они возникают, словно ниоткуда, пропадают никуда, так что убегать, когда под твоими ногами клубы тумана, не вариант. Нужно прикончить тварь. Но не так, как я сделал это в Ческонке. Проявим изобретательность!

В правой руке появился нож, и я с кровожадной ухмылкой подступил к дрожащему монстру. Итак, принимаем за аксиому тот факт, что после смерти этот гад взрывается. Что явилось главным поражающим фактором в деревне? Осколки костяной брони, что закрывает заднюю часть чудовища. Если избавить тварь от этой «нагрузки», то взрыв вряд ли окажется настолько разрушительным, как в деревне. Почему бы это не проверить?

Восстановив ману и вернув себе золотистую защиту, я без излишней брезгливости принялся вырезать «черепашку» из панциря. Нож пришлось убирать сразу —