Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

занятий, где выяснил, что ближайшее занятие у группы смертников состоится через два дня. Странное, конечно, название «группа смертников», при том, что она состояла из одного человека, но спишем это на универсальный подход. Следующим на очереди была столовая, где я смог найти душ и даже постирать одежду. Судя по взглядам студентов, что заходили в мужской туалет, такого зрелища наблюдать им ещё не приходилось. Выжав, как можно тщательней, вещи, я нацепил их на себя мокрыми, на скорую руку поел и отправился к коменданту общежития за ведром и тряпкой. Меня поселили в свинарник, но это не значит, что я должен жить в свинарнике. Руки у меня не отвалятся, если я потрачу свободное время и приведу своё временное жилище в человеческий вид, насколько это вообще возможно. Вот только тут и началась увлекательная дорога под названием «сломай систему». Комендант обложил меня трёхэтажным матом и отправил восвояси. Хорошо я хоть умудрился спросить, кто отдаёт ему приказы. Заведующий складом тоже особо не церемонился — он даже в мою сторону старался не смотреть, разговаривая с явным презрением. Пофиг! К этому моменту мне уже стало интересно, как далеко можно зайти в поисках обычного инвентаря, что валялся в свободном доступе в общежитии. Приходи и бери, по сути. Нет! Мне должны выдать моё, личное!

Честно говоря, я не верил, что проректор согласится меня принять. Видимо, инцидент с одним из преподавателей заставил относиться ко мне чуть внимательней, чем к остальным смертникам. Но как только проректор узнал, зачем я к нему заявился, рассердился не на шутку. Пожалуй, такой отборной ругани я даже от Густава не слышал. Оставалась последняя инстанция, ректор, но к нему оказалось не так просто попасть. Только под запись. Собственно, я и записался на ближайшее свободное окно через полторы недели. Если к этому моменту я ещё останусь в академии, обязательно схожу за своим ведром! Всю следующую ночь я посвятил начальной чистке — вытаскивал из лачуги грязную мебель, соскребал толстый слой грязи найденной палкой, постирал постельное бельё. Впервые для него, кажется, за всё время его существования. Работал я в одних трусах. Их и отмыть легче, и выдали мне их сразу три штуки. Проходящие мимо лачуги студенты всячески насмехались над голым смертником, но спровоцировать меня на агрессию ни у кого не получилось. Десятиметровую черту перед домом никто не переходил, кроме слов никто ничем не кидался, магию не использовали, а на остальное мне было глубоко наплевать. Я выше этого.

Каково же было моё удивление, когда утром ко мне явился секретарь академии со словами, что ректор готов меня принять через полчаса. Пришлось бежать в столовую и экстренно приводить себя в порядок. Получилось, конечно, посредственно, но лучше я сделать не мог. У меня не было ни расчёски, ни зубной щётки, ни мыла. Приходилось изгаляться и пользоваться тем, которым студенты мыли руки.

— Максимилиан Валевский, добро пожаловать в нашу академию, — кабинет ректора отдавал деловым стилем. Посетитель сразу понимал, что попал в место сосредоточия всей информации академии. Куча бумаг, папок, документов и книг. Шкафы, сферы, чучела тёмных — всё казалось к месту. Но больше всего меня поразил сам ректор — столь красивого мужчину я в своей жизни не встречал. Даже неловко стало, что я в таком виде явился к нему на приём.

— Благодарю за то, что смогли найти время и приняли меня, — я поклонился как старшему и занял предложенный стул. Присутствующий на встрече секретарь на мгновение скривился — стоимость стула едва ли не превосходила стоимость всего имения Валевских, а тут на него взгромоздился некто, кто даже не удосужился выгладить свою форму.

— Что ты, меня всегда интересовали люди, призирающие даже малейшие проявления правил. Напасть на преподавателя в первый же день своего присутствия в стенах академии — таких случаев за всю историю происходило от силы два-три раза.

— Не знаю, какую версию событий вам доложили, — пожал я плечами, показывая, что данный инцидент для меня несущественен. — Но я просто защищался. Смертник я, или нет — не имеет значения. Прежде всего я живое существо, как бы меня не уверяли в обратном. И если другое живое существо решит меня прогнуть или продавить своим якобы более высоким положением, мне придётся как-то на это реагировать.

— То есть если бы на его месте находился я, ты бы всё равно напал? — ректор красноречиво поднял бровь.

— То есть вы бы тоже кричали, махали руками, брызгали слюной и называли всех и каждого ходячими трупами и существами, не заслуживающими даже дышать одним воздухом с живыми людьми? Нет, в этом случае я бы точно не напал. Услышь я такое от ректора магической академии Заракской империи, меня бы просто хватил удар и вам не пришлось бы со мной мучаться. Надеюсь, вы устроили бы мне простенькие похороны? Без церемоний и длинных речей. Не люблю их.

— Что ж, оставим этот запутанный инцидент в прошлом и вернёмся к цели твоего визита. Даже хорошо, что ты решил навестить меня именно сейчас, перед началом учёбы. Как ты помнишь, тебе были обещаны бонусы, если ты сможешь принести из разлома что-то интересное. Нюкс, к сожалению, ты так и не принёс, зато магический камень, что добыли с убитого тобой элитного тёмного, заставляет закрыть глаза на это упущение и всё же наградить тебя бонусом.

— Бонусы для учёбы — всегда хорошо, — согласился я. — Но пришёл я сюда не за ними. Меня поселили в барак для смертников. Не спорю — иного места я не заслуживаю по статусу, но то, во что мои предшественники превратили это помещение, вызывает панику. Даже удивительно, как на территории вверенной вам академии может существовать столь отвратительное и грязное здание. У нас в конюшне было чище, чем там, где мне приходится жить. Не вопрос — я готов всё это убрать. Вымыть. Потому что не стыдно убрать грязь. Стыдно жить в грязи. Но чтобы это сделать, мне не хватает элементарных вещей — ведра, тряпки, щётки, чистящих средств. Сущей мелочи по меркам академии. Я обошёл всех — коменданта, заведующего складом, проректора по хозяйственной работе. Всеми был отправлен в далёкие дали. Вы — последняя инстанция, куда я могу обратиться. Если ещё и вы откажите, придётся отскребать грязь руками. Потому что мне, пусть и временному, но