Месть полукровки - Раиса Николаева

возраста знал, что у женщины могут быть дети, но, поскольку, он, до момента знакомства с Трией, не влюблялся, не целовался, не обнимался… и никогда и ни с кем не обсуждал вопросы, связанные с сексом (ну там в компании, бывает парни сетуют, что нанесение артефакта на кожу, защищающего девушку от всех проблем слишком дорого стоит у профессионального мага, а просить старшекурсников как-то страшновато, вдруг, некачественно сделают, проблем потом не оберешься). Таких проблем могло быть две. Первая, что девушка все-таки могла забеременеть, а вторая — мужчина мог остаться бесплодным до конца жизни. Дэвир даже и разговоров подобных не слышал и в них не участвовал. А еще он полностью верил Трие. Если бы она ему сказала, сделать себе такой амулет, или хотя бы спросила, есть у него такая защита или нет, все бы сразу выяснилось. Атак… в первые несколько раз для Дэвира вообще прошли, как во все, да и потом, он думал совсем о другом, о том, как сделать нужный артефакт, о том, как его усилить, о том, что еще можно придумать, чтобы огненный дракон Трии стал сильнее.

…Это случилось, когда Трия сдала последние экзамены и готовилась к торжественному балу в честь получения дипломов и окончания учебы. До бала оставалось два дня, и Трия решила провести их с Дэвиром. Она была рада окончанию учебы, и к балу готовилась основательно, позаботившись и о платье, и о туфлях, и об украшениях. На бал должны были прибыть ее родители и, это тоже накладывало особый отпечаток, но все эти хлопоты должны были начаться еще через день, а пока Трия могла насладиться последними моментами своего счастья.

Утром она потянулась, как кошка, задевая Дэвира рукой, заставляя проснуться и его. Он сразу же открыл глаза, и в них сразу же зажглось восхищение. Трия пропустила сквозь себя волну энергии, и вдруг ощутила, что что-то не так. Огненной энергии стало больше. Но это было не то ощущение, которое она испытала от возрастания своей огненной ипостаси. Сейчас эта новая частичка огненной энергии, ей вроде бы не принадлежала, хотя и была в ее крови. Трия подскочила на кровати. Страшная догадка забрезжила на окраине сознания. Трия легла на пол и в несколько вздохов вогнала себя в состояние транса, когда она могла, словно видеть себя изнутри. И она увидела крошечный огонечек, который ей не принадлежал. Небольшой сгусток еще не сформировавшейся энергии.

Трия резко пришла в себя. Ее прошиб холодный пот, ничего не объясняя Дэвиру, она закрыла лицо руками. Перед ее глазами встало лицо Дезии, и Трия, словно наяву, услышала:

— Ребенок будет отправлен на другой конец империи, ни он о нас, ни ты о нем, никогда больше не узнаешь. Но это меньшая из проблем. Представь себе, как вдруг через двадцать, через тридцать лет к тебе явится твой любовник, у которого возникнут какие-то проблемы и попросит тебя помочь, угрожая, что расскажет всем, о том, что у тебя с ним была любовная связь, и результатом этой связи стал ребенок. Его проверит маг и увидит эти воспоминания, что тогда? Так вот выход один — этот человек должен исчезнуть сейчас и навсегда, пока не стало слишком поздно. Если ты его предупредишь, и он попытается спастись, рассказав кому-нибудь об опасности, то знай, единственным следствием всего этого будет только еще большее количество исчезнувших людей. И не говори мне, что он не знал о твоей беременности, он мог знать, мог не знать, но мы все равно перестрахуемся. Ты, Трия сама виновата. Ты подписала смертный приговор своему любовнику своей преступной безответственностью. — Трия отняла руки от лица и встретилась взглядом с Дэвиром. В его глазах плескался настоящий ужас. Он не понимал, что происходит, но чувствовал, что происходит что-то страшное.

— У меня должен быть ребенок, — коротко сказала она. Глаза Дэвира вспыхнули и тут же погасли. Он был умен, и, прокрутив в голове слова Трии, понял, что она говорит о ребенке… в прошедшем времени. И снова ужас полыхнул в глазах Дэвира. Он понял, что Трия вынесла ребенку смертный приговор. Он бросился на колени, обвив ее ноги руками.

— Трия, не убивай его! — взмолился он.

— Если он будет жить — тогда убьют тебя, — Трия и не думала что-то скрывать или как-то приукрашивать правду.

— Пусть убивают, — прошептал Дэвир, спокойно и обреченно. Трия вздрогнула, она не хотела, чтобы Дэвира убили.

— Нет, — коротко ответила она.

— Трия, не убивай, его, — снова попросил он. — Может, мы как-то скроем его рождение? Я сам его воспитаю. Никто ничего не узнает…

— Не узнает? — ядовито переспросила она. — Да в моей ауре, уже наверняка…

— Ничего в твоей ауре нового нет, и никогда не появится, — перебил ее Дэвир. — Артефакт будет всегда показывать немного потускневшую ауру, и всегда одну и ту же. — Трия взглянула на него уже немного осмысленным взглядом и села на кровати. Дэвир, поняв, что есть надежда ее переубедить и спасти ребенка, остался все также на коленях, но теперь прижимался к ее ногам всем телом.

— Но, по ауре ребенка можно будет понять, что он наполовину дракон да еще с большой примесью крови огненных драконов, — привела она новый аргумент.

— Я сделаю артефакт, который покажет ауру обычного человека, — уверенно ответил Дэвир. — Надо будет сразу после рождения поместить его под кожу. Артефакт полностью блокирует драконью кровь, ребенок и сам не будет знать, что он наполовину дракон. — Трия задумалась. Задумалась основательно. Она вдруг подумала, что после рождения ребенка она попадет в зависимость от Дэвира, и эта зависимость не на год, не на два, а навсегда.

— Дэвир, — твердо сказала Трия. — Представь такую ситуации. Вдруг через несколько лет тебе будет грозить опасность. И ты придешь просить моей помощи, зная, что я не смогу отказать, поскольку ты… — Дэвир мгновенно догадался, о чем Трия ему хочет сказать. Он схватил со стола нож для нарезания фруктов и резанул себя по руке.

— Клянусь, что никогда ни делом, ни словом, ни взглядом, ни любым поступком я не наврежу Трие… — Он на секунду запнулся. — Этриэлианне Мэрт из клана огненных драконов. Даже если от этого будет зависеть моя жизнь или жизнь моего ребенка! Клянусь, что никогда не напомню о своем существовании, клянусь, что никогда и никому не расскажу о наших отношениях, даже под страхом смерти и пыток меня или ребенка! — Его руку охватило зеленоватое сияние. Магическая клятва была принята.

— Это еще не все, — устало, уже смиряясь с судьбой, продолжила Трия. — Я хочу, чтобы