Месть полукровки - Раиса Николаева

Кейрин там не нравилось, она хотела жить в городе, где у нее была подружка (ее молочная сестра). Соседка кормила одновременно свою дочь и Кейрин, получая неплохое вознаграждение, девочки постоянно были вместе, и Кейрин не хотела ехать в лес, обливаясь слезами и протестуя против поездки всеми возможными способами. Но Дэвир был неумолим, во-первых, он понимал, что его приемным родителям нужен отдых, во-вторых, его настоящие родители очень любили девочку и просили Дэвира привезти ее к ним до осени.

Дэвир работал в Академии и готовился к поступлению в магистратуру, когда его неожиданно вызвали родители. Встревоженный Дэвир не пожалел портального камня, чтобы оказаться у них как можно быстрее. От одной мысли, что с Кейрин что-то случилось, его охватывал ужас. Но все было в порядке. Радостная и смеющаяся Кейрин повисла у него на шее.

— Папа, что случилось? — спросил он отца, не переставая прижимать дочку к себе.

— Надо поговорить, — коротко ответил Орен. Только глубокой ночью, когда Кейрин уснула, отец, наконец, смог рассказать Дэвиру, что его так насторожило и удивило. — Когда ты уехал, Кейрин плакала до самого вечера, — начал рассказывать он. — Что мы только не делали, чтобы ее развеселить и успокоить, но за эти месяцы она нас забыла. Мы надеялись, что через день другой она успокоиться и снова будет с удовольствием жить с нами, как это было в прошлом году. Мы отпустили ее погулять возле дома, оставив ей несколько новых игрушек. Я периодически выглядывал из окна, наблюдая, что она делает, и вдруг с удивлением заметил, что она таскает дрова, которые я собираю в лесу, и складывает их вдоль стены дома. Она работала очень старательно, лицо сосредоточенное. Я удивился, что это за такая странная игра? Тихонько вышел из дома и осторожно спросил у Кейрин, что она делает?

— Я складываю дрова, — бесхитростно ответила она.

— А зачем? Зачем ты складываешь дрова вдоль стены дома? — ласково и спокойно спросил я, уже понимая, что сейчас получу невероятный ответ.

— Чтобы их поджечь, — снова честно ответила Кейрин.

— Папа, она всего лишь маленькая девочка! — закричал Дэвир, сразу кинувшись защищать свою дочь, но отец, лишь успокаивающе поднял руку, показывая, что он все хорошо понимает, и что это еще не конец истории.

— Но если ты подожжешь дрова, то дом загорится. — Я говорил спокойно, чтобы не испугать Кейрин, мне надо было знать, кто надоумил ее это делать. Согласись, трехлетняя девочка, вряд ли сама могла такое придумать.

— Да! — она радостно хлопнула в ладоши. — Она тоже так сказала. Дом загорится, и мне негде будет жить, и папа сразу заберет меня домой!

— Что?! — поразился Дэвир. — Она хотела поджечь ваш дом, только для того, чтобы я ее забрал?!

— Не те вопросы задаешь! — резко перебил его отец. — Ты лучше спроси: кто ей это сказал? Кто эта «она»? Если она ни разу ни с кем кроме твоей мамы, Алиссии, кормилицы и дочки кормилицы ни с кем не разговаривала вообще ни разу, но я очень сомневаюсь, что кто-то из этих женщин мог бы ей такое посоветовать.

— И кто же эта «она»? — с явным волнением и страхом в голосе спросил Дэвир.

— Я ее об этом спросил, и знаешь, что она ответила? — Орен сделал драматическую паузу, с легкой насмешкой наблюдая за сыном.

— Что? — не выдержал Дэвир.

— Она сказала: — Не знаю. Она говорит у меня в голове.

— Что?! — в страхе переспросил Дэвир, мгновенно начав воображать всякие ужасы, связанные с психическими расстройствами, и тут же начиная перебирать в уме тех целителей, к которым он мог бы обратиться.

— Дэвир, — успокаивающе, сказал Орен. — Не бойся. С психикой Кейрин все в порядке. Ей повезло, что я первый заметил, что с ней происходит, и ей очень повезло, что она находится в нашей семье. Если бы она жила среди обычных людей, или в приюте, или еще где-нибудь, то эти странности отправили бы ее прямиком в психическую лечебницу. А поскольку голос в голове никуда бы не делся, то она всю жизнь провела бы среди душевных больных…

— Папа! — в отчаянии закричал Дэвир, не в силах выслушивать долгую речь отца. — Ты знаешь, что это за голос?

— Знаю, — утвердительно кивнул отец. — Это она сама. Вернее так проявляется ее магический дар.

— Магический дар? — удивлению Дэвира не было предела. — Что еще за дар? И откуда он у нее взялся.

— Дэвир, — теперь и в голосе отца стало отчетливо слышно волнение. — Ты много раз просил меня рассказать о моем отце. Я всегда отвечал, что был еще мал, когда мои родители погибли. Так и было, но все-таки, совсем немножко, отец мне успел рассказать.

… - Я не знаю, почему отцу пришлось покинуть его мир, — голос Орена был тих и печален. — Но знаю, что это произошло по желанию самого Кавета, поэтому наказание было не таким суровым, как если бы его изгнали насильно. Твоего дедушку прокляли, лишив его дара и магических сил, кроме этого проклятие коснулось и двух следующих поколений, также лишив их и дара, и магических сил, то есть проклятие коснулось тебя и меня, — уточнил Орен, на всякий случай. — Считалось, что дар, который получит третье поколение, будет очень слабым, но, все же он будет. Например, если проклятие касается семи поколений, то дар и силы исчезают полностью. — Дэвир молча кивнул, показав, что он это понимает. — Так вот, наша Кейрин — третье поколение, — между тем, продолжал Орен. — А это значит, что у нее есть и слабый дар, и слабые силы.

— И какой же это дар? — с дрожью в голосе спросил Дэвир, уже предчувствуя, что ответ ему очень не понравится. Но Орен не спешил отвечать, вместо этого он сказал.

— Мир, из которого прибыл мой отец, населяют демоны, обладающие разными магическими способностями и разным уровнем силы. Есть высшие, есть низшие, но и те и другие питаются энергией человеческих душ, — вздохнув, продолжил он. — Я, в некотором смысле счастлив, что лишен и сил, и дара, и мне не надо искушать людей, чтобы питаться их энергией…

— Ты хочешь сказать, что Кейрин должна питаться энергией человеческой души? — ужаснулся Дэвир, и тут же подумал, что если с Кейрин такое случиться, то пусть она питается энергией его души…. Очевидно, Орен, что-то такое прочитал в его глазах, потому что снова вздохнул и продолжил:

— Нет, по идее Кейрин, являющаяся третьим поколением, не смогла бы питаться душой, ее сил и дара, для этого не хватило бы, — и только Дэвир хотел облегченно вздохнуть, как Орен сказал сакраментальное: