Объект Исследования - Ника Летта

поднятые лёгким движением руки, скользнули по коже, собираясь в тонкие ручьи и находя путь по старым шрамам, будто вновь очерчивая их. Пар поднимался всё выше, окутывая его фигуру и растворяя в белёсой дымке.

Он провёл ладонью по лицу, смахнул влагу с подбородка и на короткий миг закрыл глаза.Здесь, в этой воде, он позволил себе слабость — не думать.

«Зачем я здесь?» — мысль вспыхнула и тут же была подавлена.

Его народ верил в равновесие. Храм Гармонии существовал как напоминание: всякая борьба требует баланса, иначе однажды пожирает того, кто считал себя её хозяином. Шиардан медленно провёл ладонями по груди, чувствуя, как горячая влага вытягивает напряжение, копившееся месяцами. На мгновение даже разум будто очистился, словно вода забирала с собой мысли об Академии, Совете… и о землянке.

Именно это заставило его вновь открыть глаза.Она не уходила из его мыслей. Неуступчивая. Чужая. Непредсказуемая. В ней было что-то, что не поддавалось привычной логике, и именно этим она цепляла опаснее всего. Шиардан коротко выдохнул, позволяя и этой мысли раствориться в пару.

У дальней стены один из старших служителей храма наблюдал за ним с почтительным молчанием. Шиардан склонил голову вперёд, и вода, стекая по волосам, тяжёлыми каплями разбилась о поверхность бассейна.Его уединение прервал другой служитель.Тот почти сбился с дыхания, остановившись у кромки воды.— Прошу простить… Я знаю, что прерывать очищение нежелательно, но прибыл срочный запрос.Шиардан даже не стал спрашивать от кого.Лишь одна сила в галактике могла позволить себе вмешаться в процесс стабилизации в Храме Гармонии. И это была не просто власть. Это был один конкретный эрх. Ронан.

Откинув с лица мокрые пряди, Шиардан неторопливо вышел из воды. На гладком камне остались влажные следы его шагов. Горячий пар, клубившийся вокруг, не смог скрыть холод, проступивший в его лице. Он не спешил, хотя прекрасно понимал: промедление вызовет недовольство. Для других имя Ронана звучало как эхо вселенского порядка. Для него как напоминание о том, что один эрх однажды возомнил себя богом.

Служитель, низко склонив голову, молча протянул ему голографический браслет. Шиардан застегнул его на запястье, не удостоив слугу ни взглядом, ни словом. С тихим щелчком устройство активировалось, и перед ним вспыхнула сложная сеть символов — кодовая последовательность для связи с флагманом «Триумф Ронана».

— Разумеется, он не может подождать, — пробормотал Шиардан, проводя пальцами по голограмме и вводя личный идентификатор.

На мгновение в воздухе воцарилась тишина.Затем пространство перед ним заполнила проекция: массивный зал флагмана, холодный, выверенный, давящий своей безупречностью. В центре, на троне, восседал его личный кошмар.

Дражайший кузен. Лицо Ронана, освещённое мягким светом экранов, оставалось бесстрастным, но в глазах уже читался привычный холодный расчёт. Шиардан не заговорил сразу.

Он слишком хорошо знал, как сильно Ронан ненавидит паузы, которые не может контролировать. Поэтому позволил молчанию повиснуть ещё на несколько секунд. Лишь потом слегка склонил голову — не в знак уважения, а скорее признавая сам факт чужого присутствия.

— Вызывали, Ваше Величество? — произнёс он. Его голос был ровным, вежливым, как того требовал протокол, но в янтарных глазах читалось явное презрение, которое он даже не пытался скрыть.

Голограмма Императора оставалась неподвижной, словно изваяние, высеченное из мрамора. Лицо Ронана было холодным, лишённым эмоций, но в его взгляде, направленном на Шиардана, читалось сдержанное раздражение. Он выдержал паузу — слишком долгую, почти нарочитую. Достаточную, чтобы любой другой уже потерял самообладание.

— Происшествие с землянкой, — наконец произнёс он. Голос прозвучал глухо и тяжело, как удар в пустоте шахты флагмана. — Тебе известно, что она не повелась на «аварийную симуляцию»?Шиардан едва заметно прищурился. Он не знал. И короткое, почти физическое беспокойство кольнуло изнутри. Она снова в эпицентре.

Но ни один мускул на его лице не дрогнул.— Разумеется, — спокойно ответил он, скрестив руки на груди. — И, полагаю, вы уже сделали выводы, Ваше Величество?— Она не поддалась, — продолжил Ронан, игнорируя оттенок в его голосе. — Не сломалась. И это ставит под сомнение всё, что было запланировано. Ты утверждал, что её нестабильность можно использовать. Пока я этого не вижу.

Шиардан медленно кивнул. В его голосе появилась едва уловимая насмешка.— Я говорил, что нестабильность — это ресурс. Но, как и любое оружие, её нужно уметь держать. Иначе она оборачивается против владельца. Возможно, проблема не в землянке… а в тех, кто пытается ею управлять?

Ронан сузил глаза. Взгляд стал тяжелее, холоднее. Он коротким жестом отпустил советника. Двери за его спиной мягко сомкнулись, отсекая лишние уши. Теперь были только они.

— Ты хочешь сказать, что это моя ошибка? — его голос опустился до опасного шёпота.Шиардан выдержал этот взгляд. Янтарные глаза не дрогнули.— Я говорю, что контроль без понимания обречён. Её нельзя переписать. Нельзя подавить. С ней придётся работать иначе.

Ронан откинулся на спинку трона. Его губы тронула едва заметная усмешка — больше похожая на оскал.— Именно поэтому я и обращаюсь к тебе. Твой «иной подход» пока не дал результата. Моё терпение не бесконечно. Мне нужен прогресс. Быстро.

Шиардан усмехнулся коротко, почти лениво.— Хотите прогресса? Тогда дайте мне работать так, как я считаю нужным. Или предпочитаете использовать её… пока она окончательно не сломается?

— Ты играешь с огнём, — голос Ронана стал жёстче. В глазах мелькнул холодный разряд. — Если она выйдет из-под контроля, последствия будут катастрофическими. И что важнее это будет на твоей совести. Не рассчитывай, что родственная кровь тебя защитит.Шиардан лишь пожал плечами.

— У меня нет совести, Ваше Величество. Есть только работа… и истина, которую я ищу. — он намеренно проигнорировал намёк на родство. — Если вы хотите получить из неё оружие — дайте мне свободу действий. Иначе вы получите обломки.

Ронан замер. Его взгляд стал острым, почти режущим.— Ты должен сделать её преданной. Заставить доверять тебе. Пусть она сама поверит, что только ты способен её понять… и добровольно согласится на дальнейшие тесты.

Шиардан прищурился. В чертах проступила жёсткость.— Вы хотите, чтобы я привязал её к себе?

Мысль была грязной. Почти физически неприятной.— Всё ещё верите, что с её помощью можно усилить вашу систему?

Ронан чуть склонил голову.— Ты сделаешь так, чтобы она поверила. Остальное тебя не касается.

Молчание повисло между ними. Пальцы Шиардана едва заметно сжались.

— Как… предсказуемо, — тихо произнёс он. — В духе эрхов.В его голосе не было злости. Только холод и усталое презрение. Ронан улыбнулся. В этой улыбке не было ни