Как я съел ваши фаерболы 2 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

В одной руке она сжимала пульсирующий багровым светом плод Игорька, а в другой — смартфон с горящим экраном.

— Ярик! Это просто полный, непереносимый звиздец! — заорала она с порога.

Демид вздрогнул, мгновенно вынырнул из овсянки с диким криком: «Плита лопнула!», но, увидев Диану, облегченно обмяк обратно. Лиза лишь крепче сжала разводной ключ во сне.

— Ди, потише, — поморщился я. — Ты мне весь утренний настрой сбиваешь. Что случилось? Опять дешевые тряпки в шкафу заскрипели? Пушок в раковину покакал?

— Да какие тряпки! Какой покакал? Хуже! — Диана с размаху швырнула телефон на стол прямо перед моей тарелкой. На стекле телефона светилась новостная лента из закрытого чата местной знати. — Читай! Читай своими глазищами, пока эти твари нас окончательно в землю не зарыли!

Я лениво наклонился к телефону. На закрытой странице красовался жирный, сочный заголовок:

«МЕДВЕДЕВЫ ПОКОНЧАТ С УГРОЗОЙ! Сегодня в полдень граф Медведев лично вскроет запертый Разлом „Северный Ветер“. Лучшие бойцы очистят узел от скверны Бездны. Для полного очищения здешних мест пройдет открытое обрядовое сожжение останков предателей — Андрея и Лилии Волковых, чей прах до сих пор оскверняет всю округу!»

В кухне мгновенно стало очень тихо. Так тихо, что было слышно, как на плиту мерно капает вода из крана.

Я почувствовал, как мой Чёрный Желудок внутри недовольно сжался. Хм, попахивает провокацией. Намеренным сливом точно в цель.

У деда Корнея застыл в руках недоеденный огурец. Медленно, очень медленно старик опустил его на стол. Его единственный глаз, секунду назад казавшийся совсем тусклым, налился ледяным синим светом. Руки старого воина перестали дрожать.

Раздался сухой, смачный щелчок. Корней с силой передернул затвор рунного дробовика, загнав патрон в патронник.

— Сожжение… — негромко, но с такой пугающей сталью в голосе произнес дед, что дядя Боря невольно вжал голову в плечи. — Костей Андрюхи и Лильки… Эти сытые свиньи решили прах моих детей на помойку выкинуть?

— Ярик! — Диана вцепилась обеими руками в моё плечо, её ногти пробили ткань футболки. В её глазах бушевала Бездна, а платье под толстовкой зашуршало, выпуская черные шипы. — Эти твари покусились на могилу! Наших родителей! Я им сейчас все потроха шипами проткну! Мой Пушок уже во дворе землю роет, готов всю их гвардию в труху перемолоть! Погнали прямо сейчас! Мы разнесем этот их Разлом на куски!

Для нее родители местных Яра и Дианы уже родня? Как разошлась-то.

— Да! — гаркнул дед Корней, разворачивая коляску к выходу. — Боря! Тащи мой ящик с бронебойными! Сегодня мы будем делать из Медведевых дуршлаг!

— Отец, Яр, стойте! — Борис в смятении вскочил, едва не опрокинув стул. — Это же верная смерть! Разлом охраняется гвардией Медведевых! Там слежка, там отборные бойцы!

— Плевать! — взвизгнула Диана. — Я сожру их и их связью закушу! Ярик, ну чего ты сидишь⁈

Я молча смотрел на светящееся стекло телефона. Мои глаза оставались совершенно спокойными, но в самой глубине зрачков медленно разгоралась бездонная, холодная тьма.

Я не спеша взял с тарелки последний прозрачный ломтик колбасы, отправил его в рот и неторопливо прожевал.

— Спокуха, Стая, — негромко произнес я, и от моего ровного голоса Диана мгновенно притихла, прижав уши. — Сядьте. И доешьте овсянку.

— Ярик! — возмутилась сестра. — Они же…

— Пахнет сливом и разводом, мелкая, — сухо оборвал я её. Я поднялся из-за стола, поправляя воротник. — Слишком вовремя и слишком красиво расписано. Слив в закрытой ленте прямо в тот момент, когда мы закончили укреплять Логово и подключили Якорь. Медведевы и их подсосы не дураки. Они поняли, что в лоб нас не взять. И решили выманить на свою территорию. Под прицелы тяжелых орудий и Чистильщиков. Это капкан.

Дед Корней мрачно нахмурился, не опуская дробовика:

— И что с того, внучок? Если волка заманивают в капкан при помощи мяса его сородичей… волк всё равно идет. И рвет горло охотнику прямо вместе с капканом.

Я хищно осклабился, обнажая острые клыки.

— Именно, дед. Волк идет. Но не как послушная дичь, а как хищник. Мы не станем ломать лбом их ворота. Мы просто воспользуемся их гостеприимством. Валерия.

Я повернулся к виконтессе, которая всё это время молча наблюдала за нами с легкой, оценивающей улыбкой ученого.

— Паучиха. Что скажешь?

Я замолчал, ожидая ответа и задумчиво постукивая пальцами по столешнице. В башке лениво зашевелились шестеренки, оценивая расклад.

Неужели этот старый пёс Медведев действительно нашел способ вскрыть «Северный Ветер», над которым его лучшие умы бились пятнадцать лет, а сам потом вот так глупо слил важные сведения в закрытые беседы? Прямо перед тем, как мы планировали их зачистить?

Совпадение? Не думаю.

— Это подделка. Дешёвая, топорная уловка, — спокойно, даже лениво обронила Валерия.

Она даже не повернула головы в мою сторону. Нож в её руке двигался всё так же размеренно и четко, срезая очередной тонкий ломтик колбасы.

— С чего такая уверенность, Паучиха? — я прищурился, разглядывая её лицо вполоборота.

— Мой многоуважаемый папенька одержим безопасностью до крайности, — Валерия аккуратно отложила его на тарелку. — Последние пятнадцать лет он не показывается на людях. Вообще. Он живет в глубоком убежище под Разломом, очищает воздух от малейшей пыли и бактерий и до смерти боится любого покушения. Граф Медведев скорее согласится добровольно выпить яд, чем устроит показное зрелище с сожжением чьих-то костей. Ему попросту плевать на честное имя Волковых. Он трясется исключительно за собственную безопасность. Так что… показушный обряд совершенно не в его духе.

Я хмыкнул, катая на языке соленый привкус огурца. Картина мгновенно обрела четкие очертания. Два и два сложились с приятным щелчком.

— Значит, этот вброс слепили на коленке, — подытожил я, откидываясь на спинку стула. — И зачинщики нам хорошо известны. Либо Комитет, либо Златогоров и Арсеньев-старший. Возможно, Голубев.

— Именно, — кивнула виконтесса, наконец приостановив нарезку. — Ты знатно поломал им кости, а Ведомство в лице Воронина умыло руки. Они поняли, что по силой тебя не взять. И решили накинуть лисью шкуру.

— Хотят натравить бешеного Волка на неприступную крепость Медведева, — кровожадно оскалился дед Корней. — Хех. Старый как мир трюк. Ловля на живца.

— Да, — подтвердила Валерия, повернувшись ко мне. — Внутри Разлома «Северный Ветер» установлен сторожевой маяк КМН.