Лечим аллергию на шерсть. Дорого - Аллу Сант

Вот и я сейчас пыталась убедить себя в том, что мне всё это только кажется и вообще Геральд совершенно не в моём вкусе. Меня и правда никогда не тянуло на огромных мужчин с магическими отклонениями. Стоит ли говорить о том, что в таком расстройстве чувств и брожении мыслей было совершенно невозможно заснуть.

Я ворочалась с боку на бок, не в силах сомкнуть глаз. А ведь мне надо было как следует отдохнуть, потому что уже ближе к вечеру Геральд должен был вернуться, и на этот раз мне хотелось встретить его не только с полным резервом, чтобы заняться распутыванием того клубка, в который превратились его магические каналы, но и выглядеть при этом не как пугало. Вот только размышления о том, что я могу надеть из своего скромного гардероба и как уложить волосы, ничуть не улучшали ситуацию. Даже наоборот, они её однозначно ухудшали.

— Ты чего не спишь? — в мою спальню тенью скользнул Винсент. Надо сказать, что приход Вадира явно пошел ему на пользу, точнее всей квартире. Пьянка-гулянка не только прекратилась, но и магисса заставила моего фамильяра всё убрать, аргументируя это тем, что к нам повалили пациенты, в том числе в неурочное время, а значит устраивать бардак больше не вариант. Коту не оставалось ничего другого, как убирать за самим собой устроенное им же свинство. Это явно не поднимало настроения котику, и сейчас я предполагала, что он пришел ко мне жаловаться.

Наверное, стоило бы притвориться спящей, вот только Винсент, как и любой фамильяр, чувствовал такое.

— Думаю, — многозначительно ответила я. Открывать свои размышления коту я совсем не торопилась, он был ещё той язвой.

— Запала на этого Геральда или просто любовных романов начиталась? — тут же поспешил воткнуть свою шпильку в самое больное кот.

— А ты зачем пришёл? — тут же взъярилась я.

— Я решил, что сегодня у меня не хватит сил на кошечек, а спать один я не привык, так что буду спать с тобой. Давай подвинься, чтобы мне места хватило, — нагло заявил этот паршивец.

Я же тихо подвинулась, но совсем не потому, что молча проглотила яд своего фамильяра, а потому, что знала, что в последний раз Винсент вот так пришёл ко мне спать, когда у него умерла мама. И точно так же тогда он не говорил мне настоящей причины. Так что я просто не стала допытываться. Захочет — сам расскажет. Просто повернулась на бок, а кот тут же поспешил устроиться рядом и даже замурчал, а я сама не заметила, как наконец провалилась в спасительный сон.

Несмотря на все старания, утро началось намного раньше, чем я планировала, а всё потому, что к нам в дом ввалился почтальон, который к тому же наотрез отказался отдавать письмо Винсенту, хотя он как мой фамильяр вполне мог выполнять подобные мелкие поручения. Даже больше: во многих банках фамильярам выдавали деньги со счёта их хозяев. Но этот почтальон упёрся, что письмо должно было быть отдано лично мне в руки. В результате меня, вновь похожую на чучело, вытащили из постели.

Оказалось, что письмо от Амины. Подруга в нём сообщала, что она на страшно секретном задании и вернётся домой не раньше чем через пару месяцев.

— Просто замечательно! — только и смогла сказать я, а затем, выпроводив почтальона, поспешила вновь завалиться спать.

Глава 18

Генерал Брун

Мы в молчании приехали обратно в таверну, а Валир, не говоря ни слова, отправился к себе спать. Я не мог его винить — таверну ему предстояло открывать уже через пару часов, а возможности отсыпаться целый день, такой как у меня, у него точно не было.

Я бы и сам с удовольствием отправился спать, если бы не те мысли и чувства, которые бродили у меня в голове.

Рука была не просто в прекрасном состоянии, она была намного лучше, чем до схватки. Очевидно, девушке удалось исправить не только последствия боя, который произошёл этой ночью, но и те травмы, которые были у меня до этого.

Как и у любого военного, у меня было не одно и не два ранения и несколько переломов, которые изредка, но всё-таки давали о себе знать ломотой и ноющими мышцами, и до сегодня я был уверен в том, что только так и может быть. Сколько раз у меня были повреждения этой руки? Три или четыре? Я отчётливо помнил, что чувствительность на кончике мизинца отсутствовала почти полностью. И всё бы ничего, но сейчас её как будто никогда и не было. Я чувствовал себя прекрасно, если не сказать больше.

У меня не было полной уверенности в том, что ведьма сможет решить и остальные мои проблемы. Но она точно показала себя на голову выше, чем все остальные, кого я встречал. Наши лучшие лекари даже и не думали заниматься такими мелочами, как старые травмы, и нечувствительность мизинчиков их совершенно не смущала.

Но гораздо больше, чем возможность вновь стать полноценным оборотнем, меня волновали те ощущения, которые я испытывал рядом с Маришей. Мне нравилась ведьма. Если бы кто-то сказал мне что-то подобное ещё пару дней назад, я бы просто рассмеялся, если не сказать больше. Но сейчас я не мог отделаться от желания вновь её увидеть, снова дотронуться до неё. Почувствовать её прикосновения к своей коже. Более того, мне явно хотелось большего. Именно это и пугало.

Возможно, это просто неправильная реакция моего явно больного организма? Я терялся в догадках.

Одно было мне совершенно очевидно: я обязательно приду к Марише снова, как минимум для того, чтобы разобраться в своих чувствах, если не для того, чтобы поправить своё здоровье.

К моему сожалению, это было только начало. Если Мариша в самом деле та, кто сможет мне помочь, то мне сейчас же надо начать обдумывать план, с помощью которого я смогу вывести её в земли оборотней. И было бы намного лучше, если бы мне удалось с ней договориться, потому что как вывозить девушку, которая будет сопротивляться, я не имел ни малейшего представления. Не могу же я на самом деле накачать её какой-то гадостью и вывести в бессознательном состоянии. И дело даже не в том, что это неправильно, я также не мог сказать, как это может отразиться на её здоровье и лекарских способностях.