Правила волшебной кухни 10 - Олег Сапфир

— Просто подруги, — повторил я. — Верю-верю. Вот только, знаешь, мне за всю жизнь не попадалось подруг, которые бы мне…

— Маринари! — прикрикнул Матео. — У нас тут речь о спасении мира!

— Ну да, — согласился. — Действительно. Что там у тебя?

— Кажется, у Жанлуки есть информация, которая могла бы тебя заинтересовать. Но разговор не телефонный, так что подъезжай ко мне так быстро, как только можешь. Лодку я уже заправил.

— Зачем?

— Затем, что… так надо. Чем рассказывать, лучше один раз покажу, и ты сразу же сам всё поймёшь.

— Ну допустим, — тут я выглянул в окошко, прямо перед которым стойло моё потное краснорожее войско. — Только есть один момент. Со мной люди придут. Ничего не могу с этим поделать.

— Ах да, — рассмеялся Матео. — Ты уже у нас теперь почти Дож. Ничего страшного! Возьму баркас побольше, чтобы все поместились. И хватит уже разговоров! Давай! Дуй уже скорее ко мне…

Глава 11

Я вышел из «Марины» с чувством лёгкой обречённости — уже примерно понимал, что будет дальше. Не конкретно у Матео, правда, — рыбак умеет подвесить интригу, — а по пути к нему. Солнце вовсю припекало, стоял прекрасный погожий и что важнее всего — туристический день. А за моей спиной тем временем, чеканя шаг, шуровала гвардия во главе с Голубем. Сверкающие кирасы, плюмажи, алебарды. Как с такой красотой не сфотографироваться?

Правильно. Никак. Мы не прошли и ста метров, как нас остановила первая группа туристов. Семейство из Германии сперва восторженно уставилось на гвардейцев. Затем началось робкое преследование. Затем преследование неробкое. В конце концов лысый глава семейства перегородил нам путь и буквально принудил мою охрану к фотосессии.

Гвардейцы, наученные горьким опытом и законами города, которые строго-настрого запрещали шарахнуть гостя Венеции наотмашь алебардой, остановились и позволили щёлкать себя с разных ракурсов.

Я тоже не остался без внимания. Ко мне подбежал молодой парнишка азиатской внешности, схватил меня за руку и начал махать другой рукой женщине с телефоном, — предположительно матери. Та очень сильно извинилась за поведение отпрыска, но снимок всё же сделала. Артуро Маринари — ресторатор, префект Дорсодуро, ВРИО Дожа, а теперь ещё и достопримечательность.

Следующие двадцать минут мы, по сути, практически не тронулись с места, потому что каждые десять минут нас останавливали новые туристы. Кто-то фоткался с гвардейцами, кто-то с Голубем, кто-то со мной. По ощущениям мой путь к хижине Матео напоминал бег по болоту в сапогах на вырост. И я уже было дело начал уставать от этой бесконечной фотосессии, как меня вдруг осенило: я ведь могу извлечь из неё выгоду.

На ухо синьору Голубю я шепнул, что с этих пор просто так мы не фотографируемся. И каждый, кто хочет получить внимание от гвардейцев, обязан сперва взять визитку «Марины». Получилось в итоге просто прекрасно. Туристы с радостью соглашались, хватали карточки и обещали вечером обязательно зайти на ужин.

В какой-то момент я понял, что рекламный ход с перебором хорошо. Визитки разлетались с невероятной скоростью и спустя полчаса я раздал все двести штук. На самом деле тащил их с собой, чтобы оставить соседу Матео — синьору, который торговал на набережной креветками, которые туристы щёлкали как семечки. Но… что ни делается, всё к лучшему, наверное.

— Ладно, — сказал я сам себе. — Успеется.

Долго ли, коротко ли — дошли. Матео сидел на пороге своей хижины и несмотря на жару потягивал из кружки что-то дымящееся.

— Артуро.

— Матео.

Рукопожатие свершилось и можно было перейти к главному:

— Что ты хотел мне показать?

— Заходи…

Как-то мы с ним сегодня оба оказались немногословны. Жара, наверное? Не суть. Суть в том, что Матео провёл меня в хижину, в комнату на первом этаже, по центру которой стоял здоровенный аквариум. И что хочется сразу отметить? Для разнообразия, сегодня синьор Жанлука был абсолютно голым и даже напоминал обычную, нормальную рыбину.

— Давай, Жанлука, — Матео наклонился и костяшкой указательного пальца постучал по аквариуму. — Говори. Что ты хотел рассказать синьору Маринари?

Тунец в ответ начал медленно плавать по аквариуму туда-сюда, будто важный чинуша, что перед принятием решения расхаживает по кабинету. Затем Жанлука остановился. Замер, будто бы собираясь с мыслями. Зажмурился и…

— Блюк…

…выпустил изо рта здоровенный пузырь. Пузырь всплыл. Пузырь лопнул.

— Так…

— Ну вот! — со знанием дела указал Матео на своего другана. — Видишь?

— Что вижу?

— Всё!

— Ну… стоит признать, информация не самая простая к освоению, — сказал я.

А тем временем тунец, будто серьёзный мыслитель, задумчиво уставился в окно. Задумчиво и загадочно, само собой.

— Матео, — обратился я к рыбаку. — А не мог бы ты расшифровать мне это послание?

— Артуу-у-у-уро, — с улыбкой протянул Матео. — Ну и как я это, по-твоему, сделаю? Я же не рыба. Рыбы булькают, а мы с тобой люди.

— Э-э-э…

— К тому же я косноязычен. Есть такой грешок за мной, к чему скрывать? Как Жанлука речи задвигать не умею. Ну да ладно…

«Ну да ладно». После этой фразы у меня сложилось чёткое впечатление, что Матео заразился дегенеративным расстройством личности от синьора Контарини или ребят из Лиги Свободных Людей, — или как их там называли? То есть… бросай все дела, Маринари, беги сюда, посмотри, как тунец выпустит изо рта пузырик, а потом — «ну да ладно». Просто сказка. Однако:

— А теперь поплыли, — сказал Матео.

— Куда? — уточнил я. — В страну булькающих рыб?

— Почти, — загадочно улыбнулся рыбак.

После мы вышли из лавки и всем составом загрузились на большой баркас. Голубь, правда, долго сопротивлялся и говорил, что ему с гвардейцами без прямого указа Дожа на воду нельзя. Особенно в нейтральные воды, где у них заканчиваются полномочия. Но… как ВРИО я прожал эту затею именно тем нехитрым тезисом, что я ВРИО.

Мы отчалили. Я тут же застолбил себе гамак на корме, разделся по пояс, залез в него и пока суть да дело начал отдыхать изо всех сил. Ну а тем более, что плыли мы долго. В какой-то момент я совершенно потерял счёт времени, зевнул, поднял взгляд к небу и аж выругался. Вместо солнца — луна, вместо чаек звёзды, и явно что наступила ночь.

—