Ведомости Бульквариуса 4 - Руслан Алексеевич Михайлов

золотых монет! За то, чтобы протащить шесть перегруженных повозок с каменными плитками по дорогам до третьего живого моста. При этом сроки поджимали, груз был очень тяжелым, но из пятнадцати монет две я потратил на завоевание усердия возчика и на питание и усиление ящера. Они только что проплыли мимо и двигались с заметным опережением графика. Я успел позаботиться о том, чтобы назад плезиозавр шел с полной загрузкой... и если не случится никаких осложнений, то мой «левый» ящер к закату принесет мне минимум семь золотых монет чистой прибыли.

Это плохо? Да нет – это просто отлично!

На правых дорогах все было чуть хуже, но там есть постоянный заказчик, плюс кое-что уже заработано и есть надежда продолжить в том же духе до самого вечера.

Пару часов я проторчал на безымянном рынке в двух лигах от основной дороги – узнал о рынке от одного из бродячих торговцев, что направлялся сюда же. Здесь подпитанный купленным дешевым зельем Фортес отлично повоевал, а я познакомился с кучей народа, раздал визитки, приобрел зелья для самого себя, а к ним добавил заклинание ауры «Шустрые рыбки Кегхора». Аура на низшем ранге образовывала вокруг меня пузырь два на два метра и ожидаемо ускоряла скорость плавания – на два процента – постоянно поджирая при этом ману.

Здесь же на рынке у перекошенного прилавка из гнилых досок, я познакомился с закутанной в множество разноцветных старых тряпок старушкой торговкой по имени Ведь-Арга. Лица я не рассмотрел – из-под старой тряпичной шляпы только торчал длинный нос с бородавками и торчащими из них седыми волосами. Ведь-Арга торговала тем же самым ингредиентом для будущего вкусного желе который я продал недавно одному важному дельцу Приглубья. Правда, она могла предложить лишь сто двадцать глиняных горшочков, но по цене чуть ниже рыночных... и я радостью приобрел их и спросил не может ли она к завтрашнему дню приготовить как минимум столько. Старушка отмолчалась и отвернулась, вернувшись к чтению старой толстой книге. Извернувшись, буквально крутнув сальто в воде, я успел сделать скриншот обложки, улыбнулся удивленной моим странным поведением старушке и ушел искать средство транспортировки для своих покупок.

Нужное мне отыскал у старой накрененной башни под ветхим навесом, где обитал сварливый старьевщик. За три серебряные монеты он уступил мне повозку с высокими бортами, а еще за одну серебряную монету я отыскал того, кто смог провести быстрый полевой ремонт и помог мне перегрузить горшочки. Потом я нанял медлительного слизнеролла, оттащившего повозку к тракту, где я, ничуть этим не смущаясь, воспользовался услугами чужой компании по перевозки грузов и подцепил свою повозку по направлению к Приглубью. Но перед тем как позволить им отправиться, я сделал то, к чему был готов еще вчера – раскатал по борту сделанный в мастерской визиток трафарет, достал из инвентаря горшочек белой краски с кисточкой, и написал крупно новым белом по старому серому: «Перевозки Бульквариуса». А затем повторил операцию на другом борте. И вот потом уже помахал повозке вслед, едва не пустив слезу умиления и не забыв сделать несколько скриншотов.

Да... вокруг столько народа, а никто не обратил внимания, никто даже и не заметил... а для меня это невероятно знаковый день... тут есть отчего быть счастливым...

Так хотелось отправить скриншот с повозкой Полундре... но я не стал хвастаться и не стал ей мешать.

У всех свои дела... а у меня так их вообще выше крыши...

**

- Вот так дешево, да? – в третий раз спросил почтенный ахилот Тур-Урэл, глядя на меня все с тем же недоверием.

Мы находились в той же комнате, сидели на тех же самых местах и даже поза у него была та же самая – поэтому я намеренно уселся столь же почтительно, но чуть иначе, а то уже чудится что день пошел в повтор.

- Вот так дешево, господин Тур-Урэл – в третий раз ответил я – Хотя на самом деле даже немного дешевле.

- Да – признал он и медленно кивнул – На этот раз товара ты привез вдвое меньше, но качеством не хуже... да еще и дешевле. Не стану спрашивать, как тебе это удалось, юный торговец, но товар забираю по предложенной тобой цене. Не скрою – мои помощники задавали на рынке и на улицах вопросы о тебе и о том, как ты ведешь свои дела... Удивительно, но почти никто не слышал о тебе...

- Это прискорбно – со вздохом вставил я.

...а те, кто слышал, не произнесли ни единого худого слова.

- А вот это радует мою душу – улыбнулся я.

- Слышал я, что ты не скупишься на жертвы светлому богу Таллуруану...

- Без божьей на то разрешения и песчинка на дно не упадет, не говоря уж о золотинке в кошелек торговца...

- Но коли во всем на богов полагаться...

- Никто не любит лентяев, господин Тур-Урэл – ответил я – Предпочитаю верить, что деньги я зарабатываю сам, а светлые милостивые боги милостиво разрешают мне это... и защищают дело мое от темных козней, а душу мою от темных соблазнов. И за это славлю и почитаю я великого Таллуруана.

После моего неспешного и, наверное, слишком длинного ответа, я замолк, Тур-Урэл тоже молчал, обдумывая мои слова и в комнате ненадолго повисла тишина. Ну... с недавних пор тишина меня совсем не напрягала, а скорее наоборот радовала – с того момента, когда я перестал шататься по шумным барам и бухать, сменив это все на спокойное и вдумчивое чтение умных книг.

- Уж слишком мудро ты рассуждаешь для своих юных лет – заметил Тур-Урэл, первым нарушив молчание.

Он не высказал ни единого подозрения, но я буквально ощутил его тяжелую задумчивость и... просто пожал плечами. Мне скрывать было нечего, за мной никто не стоял, а все мои планы были направлены лишь на углубление нашего знакомства. Поэтому я пояснил просто:

- Книги, господин Тур-Урэл. И чужие умные беседы, ведущиеся так громко, что и подслушивать не надо. Как только выдается свободная минутка, я посвящаю ее либо чтению, либо познанию мудрости седобородых торговцев.

- Не в рыночной ли таверне ты познаешь эти мудрости?

Я кивнул:

- И там тоже. Хотя дни мои долгие и за это время я проплываю немало десятков лиг, а когда останавливаюсь ради заключения очередной небольшой сделки, то выпиваю пару чашек крепкого кофе для бодрости, попутно внимательно слушая слова отдыхающих торговцев.