Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

— Уверен, что это безопасно? Не будет большого взрыва, когда их там окажется некая критичная масса? Не нужно рисковать. Действуй. Мы сейчас подойдём.

Предостережение было разумным, так что я выделил ближайшего ко мне сержанта и вкатил ему лошадиную дозу «Лечения». В прошлый раз этого хватило, чтобы порождение сошло с ума и ринулось уничтожать себе подобных. Вот только это было в прошлый раз. Сейчас времена поменялись. Тварь как игнорировала меня раньше, так продолжила игнорировать и сейчас, даже не думая реагировать на лечение. Вскоре двухметровая туша скрылась за своими товарками, но взрыва не последовало, даже когда я досчитал до ста.

Пришлось использовать второе оружие. Нацепив зеркало, я активировал усли пятого уровня, решив действовать по привычной схеме. Почему пятого? Потому что в нескольких метрах за моей спиной стояло пятеро магов. Я услышал приглушённую ругань графов Шубного и Вяземского — эти двое оказались не готовы к такой нагрузке. В то время как старик Кузьминский с лёгкостью перенёс знакомство с усли. Исследователь-то совсем непрост! Откуда у него такое сопротивление?

Решив отложить этот вопрос до лучших времён, я вернулся к порождениям Фарафо. Согласно установленным правилам, сержанты под моей тёмной аурой застывают на месте, начиная дрожать, аки осинка на ветру, а солдаты падают на землю и катаются, пытаясь выбраться из зоны действия неприятного давления. Но сегодня правила совсем не действовали — монстры проигнорировали мою ауру, как что-то несущественное. Они продолжили хаотично носиться по туману.

— Это майор Фарафо? — послышался голос графа Кузьминского. Я отошёл на несколько шагов, чтобы увидеть далеко впереди возвышающийся над всеми пудинг. Причём не один.

— Он, — ответил я, окончательно перестав понимать происходящее. — Только эта тварь должна сидеть на третьем уровне подземелья Фарафо и присутствовать всего в одном экземпляре…

— Однако она на поверхности и их три штуки, — заметил Кималь Саренто. — Аура на монстров не действует?

— Вообще никак. Ни лечение, ни аура. Они словно не живые.

— Максимилиан, привяжи-ка к себе верёвку и войди в туман, — неожиданно предложил граф Кузьминский. — Есть подозрение, что так многое станет понятней. Верёвка нужна нам. Если тебе резко станет плохо, то мы тебя вытащим обратно.

— Есть какие-то подозрения? — Кималь Саренто обернулся к старику. — Не хотелось бы терять важного для меня человека из-за недомолвок.

— Какие тут недомолвки? Поле из тумана похоже на круг. Конечно, не хватает оценки сверху, но я могу предположить, что этот круг имеет идеальную форму, внутри которой сейчас концентрируются туманные монстры.

— А у любого круга всегда есть центр, — задумчиво произнёс Кималь Саренто и, приподнявшись на носки, постарался заглянуть поверх сержантов.

— Всё верно, есть центр. И в данный момент в его качестве выступает один интересный объект под названием «разлом искусственного происхождения». Мне очень хочется ошибаться, но если я прав, то вся эта огромная толпа собралась здесь для одной единственной цели.

— Быть поглощёнными разломом, — финальную фразу произнёс уже я.

— Закат будет минут через десять. Либо мы стоим и смотрим, что произойдёт, либо Максимилиан входит внутрь круга и уничтожает как можно больше тварей, чтобы они не достались разлому. Верёвка нужна для того, чтобы вытащить охотника на тёмных обратно, если Хозяин его поработит. Существует теория, что у некоторых Хозяев есть способности ментального контроля. Что, собственно, мы сейчас имеем возможность наблюдать. Порождения Фарафо не реагируют на лечение или тёмную ауру охотника. Их воля полностью подавлена и находится во власти некой сущности. Куда?!

Я не стал ждать, пока народ найдёт верёвку и, сделав несколько шагов, оказался внутри тумана. В голову тут же ударил чужой разум — я его прекрасно чувствовал. Вот только меня этот разум мало заботил — эксклюзивное кольцо позволяло блокировать ментальные атаки любой мощности. Но чего оно точно не умело — избавлять меня от действия тёмной ауры! Сдавило так, что я рухнул на колени, не сумев устоять на ногах. Несмотря на то, что в желудке с самого утра ничего не было, он поспешил опорожниться. В груди сжало так, что стало невозможно дышать, голова налилась тяжестью, а перед глазами появилась кровавая пелена. Такое у меня было всего один раз — когда я в первый раз полз на восьмой уровень, наплевав на адаптацию. Собственно, именно это воспоминание позволило мне сохранить рассудок и какие-то силы. Я уже мало что видел и слышал, но помнил, что туман заканчивается всего в шаге от меня. Оттолкнувшись, я пополз на четвереньках назад. Каждое движение отдавало чудовищной болью, меня разрывало на части, но позволить себе такой роскоши, как использовать «Лечение», я не мог. Потому что это было выше моих сил. Нужно во что бы то ни стало выбраться назад.

Я не ощутил, как меня схватили за ногу. Не помнил, как выдернули из тумана. Не видел, как разжали рот и влили зелье восстановления. Но результат всего этого действа я уже осознавал — сознание прояснилось достаточно для того, чтобы я занялся самолечением. Потребовалось опустошить флакон на ману, чтобы вернуть своему телу прежние кондиции. Складывалось ощущение, что меня каким-то образом досуха выпили, разом лишив всех сил.

— Ментальный контроль? — обеспокоенно спросил граф Кузьминский, но я, как только появились силы, покачал головой и с тревогой посмотрел на горизонт. Солнце уже успело его коснуться и через несколько минут скроется окончательно.

— Нужно уходить, — произнёс я, как только голосовые связки стали мне подчиняться. Прикоснувшись к плечу, я спросил: — Алия, вы как?

— Нормально, — послышался голос личной служительницы. — Люди устали, но держатся. Новых нападений не было. Сами-то как?

— Плохо. Хозяин разлома каким-то образом подчинил и поглотил туманных тварей Фарафо. Не останавливайтесь! Найди транспорт и увози верховного епископа как можно быстрей и как можно дальше.

— Максимилиан, можешь объяснить, что происходит? — обеспокоенный голос Кималя Саренто явно выбивался из его образа. — Что значит поглотил? Хочешь сказать, это тени? Галлюцинации? Твари не реальны?

Я поднял наполненные болью глаза на ректора и какое-то время молчал, не зная, как сказать то, что мне только что довелось узнать. Да, я тратил время, которое мы могли использовать для того, чтобы убраться отсюда как можно дальше,