Охотник 7: Сердце Подземелья - Александр Робский

каким-то загадочным образам смогла подчинить себе разум «Иной Расы», при этом находясь в клетке. Но Артёму было плевать. Он уставился на девушку с алыми глазами, словно свежая кровь, и пышном чёрном платье, которое словно собрали из перьев «Ликов».

«Кто же ты такая на самом деле?..»

Да, это то самое, что гложет Артёма на протяжении последних двух недель. Но в тоже время… он всё ещё не может поверить в то, что она его предала и пыталась убить. Это мысль, сама суть её поступков, никак не может уложиться у него в голове и стать правдой. Или же Артём просто заржавел и уже не понимает, кто истинный враг, а кому действительно можно доверить свою жизнь.

Смерть повернула лицо в сторону Артёма и их взгляды сошлись. Да, она смотрит не на Охотника, а на Безымянного, что в отличие от всех своих родственников — просто молчит, уставившись в одну точку немигающим взглядом. Но даже так, зная, что это просто воспоминание, Артём задал вопрос, который так и останется без ответа:

— Наши разговоры, и время, которое мы провели вместе… разве для тебя это было и правда, просто игрой⁉…

Когда Артём ложился спать, Смерть изредка заглядывала в его сновидения. И они всегда находили тему для разговора. Так же и сам Артём не раз взывал к Смерти, дабы просто увидеть её. Он чувствовал к этой женщине некие родственные чувства. Прямо как с Аякой Шторм. Она была важна для него. Как в этой жизни… так и в другой… но Артём — это не Гильгамеш. Это совершенно два разных человека.

Размышления Артёма прервал громогласный хлопок. Самюэль ударил кулаком по золотому столу, из — за чего тот весь покрылся трещинами. И это, без сомнений, помогло заткнуть горластых родственников.

— Сядьте на место! — бросил Самюэль взгляд на Азарока и Миеру, которые спорят с Силифом.

Корон, тот, кто и возглавляет собрание, вздохнул с облегчением. Он был рад, что шум родственничков наконец — то кто — то пресёк.

— Нет смысла забивать себе голову, как Нега смогла поработить разум наших собратьев. Ответа у нас нет, и не будет. Поэтому сейчас мы должны разнести молву, что в «МежМирии» разрастается великая угроза. Придумаем историю о злой сущности, которая вырвалась из соединения Мироздания и Тьмы в их великом последнем бою. Эта сущность опасна и подчиняет себе разум наших собратьев. И если оно выберется наружу, то уничтожит всё в «МежМирии». Никто не сможет ему противостоять. Скажем, что мы создали для этого существа клетку, которую он смог прорвать, тем самым затуманив разум наших собратьев. Так мы убережем тех, кто может пасть под контроль Неги. Или же тех, кто увидит, что с собратом что — то не так.

Первородные переглянулись, а следом их взор упал на Корона. Ведь за ним последнее слово.

— План хороший. Но что мы будем делать с «Крестоносцами Света»? По всей видимости, Мирграт разнёс свою веру по всему «МежМирию». И мы их никогда не отследим. Они скрываются в тенях и ждут удачного момента, что бы вновь пробраться в клетку.

— У меня уже есть решение этой проблемы! — стал взор Самюэля твёрдым, — Я предложил создать блеф о жутком существе не просто так. Помните, я говорил вам, что когда Мироздание и Тьма убили друг друга, из сопряжения их сил вышла загадочная девушка.

И вот тут за столом растянулось не шуточное напряжение. Ведь по правое плечо от Самюэля возникла девочка лет десяти. У неё чёрные волосы, под-стать цвету её платья, а радужка глаз белоснежного оттенка, словно внутри неё существует неугасаемый источник света.

— Рада вас приветствовать, О «Великие» Первородные! Меня зовут — Плеяда! — поклонилась девочка.

Семейство Самюэля, не то, что проглотили язык, они вообще потеряли дар речи.

— Она явилась, дабы дать ответы Вильдрифу. И эти ответы, несомненно, помогут нам разгадать тайну: кто такая Нега и что это были за люди, которые сотворили для неё клетку… и… это поможет нам разобраться, как вернуть Малию.

Не успел никто задать вопрос, как Плеяда встала посередине стола, прямо между всеми Первородными, и вновь поклонилась.

— Я не могу поведать вам «правду». К сожалению, для таких, как «вы», мои уста закрыты. Лишь Вильдриф способен постичь «правду». И всё благодаря крови той женщины, которую вы использовали для его создания. Она и стала ключом к ответам. Пройдёт определённый промежуток времени, и вы узнаете, кто такие Призраки и… кем были Мироздание и Тьма на самом деле. Ну и, конечно же, я приведу вас к ответу, как вернуть Малию.

— Самюэль… — дрогнул голос Корона, — Это и правда, та девушка? И то, что она говорит, не блеф?

— То, что она явилась из сопряжения сил Мироздания и Тьмы, да, всё именно так. Насчёт остального… только время покажет нам правду, — он ещё раз окинул взглядом сородичей, дабы увидеть их настрой к предстоящему диалогу, — Я понимаю, вы в смятение. Но! Я придумал план, как выманить всех «Крестоносцев Света». Дела обстоят так. Контроль разума припишем к чудовищу, которое возникло от сопряжения сил Мироздания и Тьмы. А Плеяда… она станет наживкой. Мы скажем, что она ключ к клетке двух великих существ.

— Что⁈ — опешил Силиф, — Ты хоть понимаешь, что предлагаешь⁈ Если мы так сделаем, то появятся те, кто захочет освободить Мироздание и Тьму.

— И тогда они начнут охоту за Плеядой. Верно! — сказал Самюэль свою истинную идею, — Вы понимаете, что происходит⁈ Эти гребаные Призраки, Нега, Существо, что сидит в теле моей сестры. Они снова активировались. Сейчас они используют молву о том, что Мироздание и Тьму можно разъединить. И нашим собратьям плевать на последствия. Как вы все знаете, мы переписали им память. Изменили события. И всё, что мы смогли пересобрать, касаемо Мироздания и Тьмы, что эти двое сошлись в бою, сплелись в одну суть и заперли себя в клетке, которую невозможно найти. И всё из — за того, что когда «Иная Раса» была под контролем Призраков, они увидели, как высшие существа сошлись в своём последнем бою. Я же сейчас предлагаю использовать эту историю, дабы найти всех наших врагов. «Крестоносцы Света» не упустят возможность завладеть Плеядой. И мы их всех перебьём. Так же на неё будут нападать те, кто только решился вступить на тёмную дорожку. Таких мы будем спасать. Перепишем им воспоминания. А если ничего не сработает, и они снова возьмутся за старое, что ж… мы пытались.

Первородные переглянулись между собой, а следом начали молча