В большой мир? - Артур Фатыхов

мы, если понадобиться, рубимся в рукопашку. Если же дела пойдут слишком туго, — просто сваливаем и всё, чтобы потом ещё раз вернуться или переместиться в другое место. У скелетов против нас нет шансов. План хорош. Вот, только любой план хорош, пока не начался бой.

— Всё будет хорошо, — послышался негромкий мурлыкающий голос рядом с правым ухом. — Мы справимся.

— Спасибо, Клык, — я накрыл её лапку своей ладонью.

Глава 15

«…Вы получаете опыт: 33 единицы…»

— Началось!

Я произнёс это негромко, но стоящий рядом со мной на крыльце Глюк услышал, кивнул, и я не сомневаюсь, что мгновением позже об этом узнали все слуги Сердца Замка. И подтверждая мою догадку, тут же послышался короткий рык Акелы, присвист Фомы и цыканье Харис с крыши. «Приняла», — словно ручеёк плеснул волной на камень, прожурчал голос Лето, а сзади, от открытой двери в избушку, раздалось кряхтение и перетоптование домового. Не знаю, распространялось ли умение мажордома на домового, всё же он как-то на особицу был ото всех остальных, живших в моей избушке. Вроде и дух, как другие слуги Сердца, но ежедневно составлял нам с фурри компанию за столом и уплетал не меньше нашего. Обычная еда Бичуре-бабаю была нужна, но в то же время он и без неё мог столетиями обходиться. В общем, не Слуга — Смотритель. Хотя он предпочитал, когда его звали «Хранитель».

Кстати, наши гаргульи чем-то на него похожи, тоже вроде как не нуждались в еде, а всякую пойманную летающую мелочь уплетали за милую душу. Особенно, Харис. Но при этом с гаргульей дальняя связь у мажордома появилась буквально моментально, как только та обосновалась на крыше. А вот есть ли такая связь с домовым, до сих пор не знаю.

— Ты не слишком любопытный, Хозяин. — Непонятно, то ли хваля, то ли с укором, заметил вчера домовой, когда я предавался лени в оружейке, нежась под одеялом и наслаждаясь особым напитком, подогнанным всё тем же будущем магоинженером.

Тему эту Бичура-бабай тогда развивать не стал, а я не настаивал, хотя цепануло. И вот теперь вспомнилось. Может быть, действительно, надо больше времени подобным мелочам уделять. Но когда? Мне бы с текущими вопросами разобраться.

К чести домового, надо добавить, что как только Акела начал назначать зоны ответственности, раздался его голос, ещё больше смахивающий на скрежет жерновов, перемалывающих особо крепкую песчинку.

— Эй, хвостатый, меня в расчёт тоже бери. Я с крыльца, конечно, сойти, не могу, но на него ни одна нежить поганая вступить не сможет. Прости, мажордом, это к тебе, конечно, не относится.

Глюк только молча кивнул. Акела же, проигнорировав столь фамильярное обращение, довольно рыкнул оскалившись.

— Добро! Тогда, Старый, и крышу, на всякий случай, под присмотр возьми.

Да, крыша была нашим козырем. И она же была нашей слабостью. Ещё бьёт по нервам воспоминание о налёте птеродактилей, а, главное, наша при этом беспомощность. Здесь мы, конечно, ничего такого не ожидали. Но этот вопрос сам собой поднялся при обсуждении деталей плана…

— Принял. — Домовой, сжимавший в руке обычный молоток, задрал лицо и разразился горгуличьим цыканьем.

— Я всё поняла, уважаемый Хранитель, — раздался сверху негромкий голос Кыш-апа. — Исполню.

…И вот вопрос решился. Домовой на крыше — сильный козырь: территория формально всё ещё в зоне его ответственности, а значит, и силу свою, в случае чего, применить сумеет.

Началось! Но опять всё никак планировалось.

— Что за хня⁈ — вырвалось у меня, когда утром вышел на крыльцо.

Утра не было, — сумерки! Пусть и негустые, подсвеченные двумя осколками, сияющими золотыми серпами в чёрном небе по обе стороны от крыльца. Я аж невольно развернул интерфейс и взглянул на часы: «09:28». Всё-таки утро, и совсем не раннее.

— Затмение, — невозмутимо проинформировал Глюк, уже стоявший на крыльце и наблюдавший, как Пушистик с Блудом нападают на довольно большого краба, уверенного отбивающего атаки с двух сторон и бочком-бочком подбирающегося к урезу воды. Похоже, малышня в этот раз нашла себе соперника не по зубам. Краб оказался опытный. Каждую атаку встречал то правой, то левой клешней и только ловкость малышни позволяла им чуть ли не в последний момент уворачиваться от громко клацающих зазубренных хитиновых ножниц. Даже фирменное умение Блуда — Ядовитое дыхание, которое он решился применить, шипением предупредив друга, чтобы тот отскочил подальше, не нанесло видимого ущерба. Краб всё так же боком двигался к воде, до которой ему оставалось меньше полуметра.

Я снова бросил взгляд на мажордома, не сводящего взгляда с разыгравшейся битвы. Нет, он не спешит помогать своему любимцу, хотя видно, что переживает и расстояние до воды позволяет ему это сделать. Тут раздался разочарованный писк Пушистика и недовольное шипение дракончика, — краб таки добрался до воды, куда малышне хода не было. Мне показалось или мумия разочарованно вздохнула? Да не, показалось… Зачем мумии вздыхать?

Я снова посмотрел на небо: затмение. Обычное затмение. И обернулся с немым вопросом к Акеле, сопровождающим меня после лёгкой разминки в оружейке. Не, правда, она была лёгкая, только для разогрева тела, — сам удивился.

— Думаю, операцию откладывать не стоит, — рыкнул волколак, сообразив, что я хочу узнать. — Если что-то пойдёт не так, — мы просто вернёмся сюда.

— Хорошо. Когда можем отравляться? — я перевёл взгляд на мумию.

— Хоть сейчас. Все уже готовы и только ждут приказа.

— Отлично. — По уже въевшейся привычке, мои ладони легли на пояс, проверяя на месте ли тесаки. — Тогда я в оружейку за молотом и можем лететь.

Поляна, на которой произошла первая драка со скелетами, за сутки не изменилась. И костяки упокоенных, надеюсь, что уже навсегда, скелетов никуда не делись. Кучки костей серыми пятнами выделялись на тёмной, истоптанной до грязи траве. А вот где их ещё неуспокоенные собратья по нежизни, опасаясь очередной приближающейся волны которых, мы тогда быстро смылись. Затаились в тени ближайших деревьев и кустов? Или вернулись на место своей постоянной дислокации? Если, конечно, есть такая. А если есть, то кто её определяет? Те самые личи, что грозили нам из окон? Или есть кто ещё? Ведь Кыш-апа могла многого просто не увидеть. И как этот кто-то отнёсся к факту попытки вторжения на его территорию? Вопросы, вопросы… Возможно, надуманные…

Мы зависли над поляной на высоте метров в семь. И не выделялись заметным пятном на