В большой мир? - Артур Фатыхов

Бой шёл на запредельных для меня скоростях, и приходилось концентрировать всё своё внимание, чтобы хотя различить часть ударов. Поэтому я не сразу и сообразил, что въедливый старик от меня хочет.

— Стоило оно того, — повторил свой вопрос Бичура-бабай, — чтобы позволять бабе так себя избивать?

— Она мой вассал, а не моя баба, — буркнул я, стараясь даже не задумываться над этой стороной вопроса.

— Ну да, ну да, — отвернувшись, чтобы спрятать ехидный блеск в глазах и насмешливую улыбку, хмыкнул домовой.

— Вот за что я тебя терплю? Никакого уважения к лорду.

— Может быть, за это? — протягивая кружку, вновь полную амброзией, подмигнул мне старик. Когда успел её наполнить? — Так стоило оно того?

— А вот сейчас и посмотрим, — весело улыбнувшись, отхлебнув немного от из кружки, я открыл интерфейс.

'Поздравляем!

Благодаря упорным тренировкам,

вы открыли вторичную характеристику «Стойкость тела».

Стойкость тела: 1 (х2).

Параметр данной характеристики позволяет нейтрализовать 1% (х2) любого входящего физического урона, оставшегося после воздействия защитных аур и амуниции.

Может вступать в синергию с умениями и заклинаниями аналогичного действия.

Показатели вторичной характеристики «Стойкость тела» зависят также от показателя первичной характеристики «Телосложение»'.

— А знаешь, не зря, — сделав ещё один глоток из кружки и вернув её домовому, довольно улыбнулся я. — Правда, вопросов стало ещё больше. Два процента игнорирования урона — это много или мало? И, вообще, способны хоть как-то защитить?

— Это только начало, — растянул уголки губ домовой и, подняв кружку в приветствии, негромко добавил. — За продолжение!

— Кстати, Бичура-бабай, а ты, что тут делаешь?

— То есть того, что тебе компанию составляю, этого тебе мало, мой лорд? — улыбка домового стала ещё шире.

Хмыкнув в очередной раз, я посмотрел, как домовой демонстративно поправил под моей головой подушку.

— То, что ты заботу обо мне проявляешь, конечно, лестно. Но зная тебя… Ты, даже если бы настоечку свою употреблял, то листая страницы пособия по магоинженерии. Тем более, ты так экзамены хотел побыстрее сдать. Колись давай.

— Да, за печкой я приглядываю, — буркнул домовой, враз становясь серьёзным. — Нашёл в учебнике рунную вязь, вроде и простейшую, но интересную. А главное, она хорошо ложится на молот, что Акела тебе сделать решил. Мы с ним посовещались, — вроде бы должно получиться. Он заготовку сделал, я руны наложил. Теперь молот в печке, руны запекаются. Их надо три часа при строго определённой температуре выдержать. Вот я и слежу, пока волколак развлекается.

— Печка? — я с удивлением посмотрел на домового, потом с любопытством оглядел оружейку, естественно, никакой печки не увидел, да и раньше её тут не было, бросил подозрительный взгляд на кружку, из которой только что отхлебнул, и снова уставился на домового. — Печка, Бичура-бабай? Я не ослышался? И где она? Почему не вижу?

— Да вон же она, — ткнул пальцем старик в сторону стола, на котором ничего не было. — Муфельная, стандартная, предназначена для работы с небольшими артефактами.

— Кто из нас явно перебрал, если ему уже печки мерещатся! — повернувшись на боку, я уставился в удивлённые глаза старика.

— Ай, прости, Хозяин, — домовой хлопнул себя по лбу. — Всё забываю, что ты ещё не всё видишь, да и про хозяйство своё многого не знаешь. Оно, конечно, понятно, владеешь им без году неделя… И вроде бы стараешься, но во многое ещё не вник.

Мне пришлось глубоко вздохнуть, чтобы унять немного раздражение, прежде чем ответить этому вредному деду.

— Бичура-бабай, давай ты мне нотации в другой раз читать будешь, когда я тебе об этом отдельно попрошу. А пока ответь на мой вопрос.

— Извини, Хозяин, — тут же склонил голову старик, — забылся. У каждого рабочего помещения, к которому приписан слуга Сердца Замка, есть ещё дополнительное подпространство, расположенное на плане духов. Обычно они там и устраивают своё жилище. Ты же не видел ничего из их личных вещей: кресла-качалки там, она у Фомы, сидя в котором наш хомо-суслик любит наблюдать за садом. Его пространство реально на бобровую хатку похоже, трёхэтажное, несколько входов и выходов. Или двухпудовые гири Акелы? У него, кстати, берлога двухкомнатная: спальня, вход в которую перекрывается завесой из настоящей живой тьмы. Не спрашивай, что это такое, но оно реально будто дышит и ждёт, чтобы кто-то чужой к ней прикоснулся. Я ни за какие коврижки туда не сунусь. И мастерская, мы как бы в ней сейчас лежим. Вон там у него стол, а на нём как раз эта муфельная печь, за температурой в которой я слежу, и стоит.

Я посмотрел в указанном направлении, но… Как не вглядывался, ничего не увидел: только стеллаж возле стены с почти пустыми полками.

— А летунья наша, — продолжал просвещать меня домовой, — что-то типа гнезда себе свила в дупле. Сидит там, пледом укутавшись, книжки на непонятном языке читает.

— Кстати, а чем они сейчас заняты? Фома вроде бы ту же был, если мне не причудилось, конечно.

— Фома ушёл сеть для ловли креветок плести. Алхимичка наша, что-то в их мясе такое обнаружила, что потребовала от садовника как можно быстрее поймать ей хотя бы штуки три красных, а лучше больше. Садовник наш как раз собирался пойти тренироваться в стрельбе из арбалета. Ну и послал её, типа на тренировку у него ваше разрешение есть, поэтому тратить время, на что-то непосредственно не касающееся его прямых обязанностей, он не будет. А если алхимику что-то срочно надо, пусть с Хозяином сама договаривается. И Глюк, стоящий рядом, слова Фомы подтвердил. А ты тут без чувств лежишь, а возле тебя львица наша квохчет. В общем… А тут фея наша спор предложила, а Глюку судьёй быть. Если она болтом из арбалета попадёт в подброшенную деревяшку, Фома плетёт сеть, а если нет, — выполнит любое желание как Фомы, так и мажордома. Только нужно, чтобы садовник арбалет взвёл, у неё самой на это сил не хватит… Вот Фома и сидит, плетёт сеть, а алхимичка с садовыми феями возится, какое-то снадобье для них приготовила и следит за результатом.

— Вот только я вход в комнату нашего мажордома не найду никак, — тяжело вздохнул Бичура-бабай,