Генерал под напряжением, или Как ведьма хотела замуж - Татьяна Михаль

— Кесарь, – сказала она.

— Да, мама?

— Ты выглядишь другим… Как вы познакомились? – в её тоне было так много всего.

Между строк я услышала это: «как этой ведьме-аферистке удалось окрутить моего сына?!»

— Не допытывайте меня, – попросил Кесарь.

— Ладно, – она отставила чашку. – Я не буду тебя допрашивать. Пока. Но потом, Кесарь, ты мне всё расскажешь. Всё-всё, от начала до конца.

— Хорошо.

Она перевела взгляд на меня, и я почувствовала, как моё сердце снова ухнуло вниз.

— Аглая, – сказала она, и я вздрогнула.

— Да?

— Ты любишь моего сына?

Я посмотрела на Кесаря. Он смотрел на меня, и в его глазах не было подсказки. Только ожидание.

— Люблю, – прошептала я, и это слово вылетело само, без моего разрешения. – Очень сильно.

— Я слышу в твоём голосе лёгкий испуг и удивление, но лжи нет. Это хорошо, – кивнула матушка. – Думаю, мы поладим. Я не умею враждовать с теми, кто любит моего ребёнка. И раз ты уже стала женой моего сына, то ты теперь моя дочь.

Я не поверила своим ушам.

— Что? – переспросила я.

— Ты всё слышала, – произнесла матушка, потом взяла чайник и налила мне ещё. – Я не молодая женщина, Аглая. Я устала от сплетен, интриг и от того, что все вокруг смотрят на меня и думают: «Бедная графиня, её сын так и не женился! Внуков она никогда не увидит». А теперь у меня есть невестка. Да, ведьма, но что поделать. Кесарь всегда выбирал нестандартные пути.

— Я и не выбирал, – проговорил Кесарь. – Это меня выбрали.

— Это ещё хуже, – вздохнула матушка, но я заметила, что уголки её губ поднимаются. – Значит, судьба.

— Да, судьба, – согласилась я, и это слово прозвучало правильно.

— Ты, кстати, красивая. Кесарь тоже хорош. Значит, дети будут прекрасными!

* * *

К вечеру я поняла, что Адалина Горская – не чудовище, а женщина, которая просто очень любит своего сына.

Она показывала мне дом, болтала и болтала о каждой комнате, картине и безделушке. Говорила о муже, который умер десять лет назад, и о том, как тяжело быть одной.

Показывала детские рисунки Кесаря, и я с трудом верила, что этот суровый генерал когда-то рисовал лошадей с кривыми ногами.

— Он был трудным ребёнком, – произнесла матушка, когда мы сидели в её будуаре, а Феня спал на пуфике, свернувшись клубком. – Всё время хотел порядок и раскладывал игрушки по цветам. Требовал, чтобы обед был в одно и то же время, и ни на секунду позже. Если я опаздывала на минуту, он устраивал истерику.

— Я не устраивал истерики, – раздалось из коридора.

— Не подслушивай, – крикнула матушка. – И не спорь со старшими.

— Я генерал, если ты забыла, – проворчал Кесарь, появляясь в дверях.

— Ты мой сын, – парировала она. – И пока я жива, ты будешь слушаться.

— Ох, мама, – вздохнул он, и я увидела в этом вздохе что-то, чего не замечала раньше: уважение, любовь, нежность.

Он подошёл, сел рядом, взял меня за руку.

— Мама, – произнёс он, – Аглая устала, может, ты продолжишь пытки завтра?

Я рассмеялась.

— Конечно, – матушка поднялась. – Комнаты готовы. Аглая, ты будешь спать в голубой спальне. Это лучшая комната в доме.

— Она будет спать со своим мужем, со мной, – заявил Кесарь.

Матушка посмотрела на краснеющую меня, потом на Кесаря, потом снова на меня.

— Ну что ж, – произнесла она. – Тогда в спальне Кесаря. Там кровать широкая.

Она вышла, и я услышала, как она смеётся в коридоре.

— Ты невыносим, – вздохнула я.

— Знаю, – он поцеловал меня в лоб. – Пойдём. Я покажу тебе нашу комнату.

Феня, который всё это время делал вид, что спит, поднял голову.

— А мне где спать?! – проорал он. – Про меня все забыли!

— Выбери любую комнату, – сказал Кесарь. – Их двадцать семь.

— Двадцать семь? – кот сел, и его глаза загорелись. – И я могу выбрать любую?

— Любую.

— Тогда я выбираю ту, где есть камин, самый мягкий ковёр и чтобы окно выходило на восток, чтобы солнце будило меня вовремя. И…

— Феня, – остановила его. – Не наглей.

— Я не наглею, а обустраиваюсь, – парировал он, спрыгивая с пуфика. – Ты, Глаша, как вышла замуж, совсем перестала меня понимать. Генерал, где комната с камином?

— На втором этаже, третья дверь направо.

— Я её забираю, – заявил Феня и умчался, оставив нас одних.

— Он будет счастлив, – улыбнулась я.

— А ты? – спросил Кесарь. – Ты счастлива?

Я посмотрела на него, потом на его руки, которые держали мои.

— Знаешь, – призналась я, – когда читала заклинание, я думала, что призову мужчину, своего суженого, который поможет мне спасти дом. Я не думала, что получу всё это.

— Что именно «это»?

— Тебя, и жизнь, о которой я даже не мечтала.

— Всё и всегда происходит вовремя, Аглая. Просто пришло наше время, – произнёс он.

— Кесарь, – сказала я, когда мы вошли в спальню.

— Да?

— Спасибо, что не уехал и не развёлся со мной.

— Спасибо, что призвала, – ответил он.

— Это было случайно.

— Это была судьба, Аглая, – сказал он, и я не стала спорить.

Потому что, наверное, он был прав.

Иногда магия, которая не сработала так, как ты хотела, срабатывает так, как нужно.

И ты получаешь свою настоящую жизнь. Ту, о которой даже не смела мечтать, но которая, как оказалось, ждала тебя всё это время.

Глава 20

* * *

— КЕСАРЬ —

Проснулся за час до рассвета.

Привычка рано вставать въелась в кровь за годы службы, и не отпускала меня даже с женой, которая спала рядом, положив голову мне на плечо.

Я лежал, глядя в потолок, и думал о том, как всё случилось.

Глупая, нелепая, совершенно не поддающаяся дисциплине любовь ворвалась в мою жизнь, когда я меньше всего этого ожидал. Я помнил тот момент на перевале невероятно чётко.

Цветущий вереск, ветер и моя ведьма. Аглая стояла босиком