Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

Пальцы еще крепче сдавили мне горло. Это плохо… возможно, мне придется прибегнуть к тайному приему, который я берег на самый крайний случай… Не хотел я его применять прямо сейчас, но…

— Послушай меня, парень, — неожиданно произнес Фома, глядя на меня очень внимательно. Безумие почти исчезло с его глаз, — Вижу, ты храбрый и ничего не боишься, но… не лез бы ты в это дело. Черное Солнце… посмотри, что оно сделало со мной, во что я превратился…

Я невольно вскинул брови. Так Фома такой… из-за Черного Солнца?

— Это проклятый артефакт, и он навлечет на своего хозяина беду… — продолжал Фома.

Яркая вспышка полыхнула перед глазами, меня отбросила на пол. Хватка с горла исчезла, я захрипел, пытаясь продышаться.

Проморгавшись, я увидел, что между мной и Фомой стоит… сам Государь Император! Вот это скорость… Он же только что находился в высокой вип-ложе, а теперь уже здесь… Я даже не увидел его движения.

— Довольно, Фома, — холодно произнес Государь. Я не видел его лица, но прямо-таки физически ощутил напряжение, повисшее в воздухе, — Ты сказал и сделал… достаточно. Я долго терпел твои выходки из уважения к твоему прошлому, но… всему есть предел.

Глава 15

Корректировка планов

Рядом с Государем встали и князья — Горовой, Кривотолков, Соколов и Бельский. Все они активировали покровы, показывая такую силу, равной которой не было во всем Синегорье…

Фома молча поклонился Императору — по старинному обычаю, до самой земли.

— Не гневайся, Государь, — произнес он, — Ты же знаешь, не со зла я… Просто… больно мне смотреть на этих дураков наивных… — он обвел взглядом притихшие трибуны, — которые не ведают, во что ввязываются…

— Фома, — с нажимом произнес Государь, — Не доводи до греха.

— Каюсь-каюсь, — Фома поднял вверх руки, — Уже ухожу…

С хлопком, больше похожим на всхлип, Фома растаял в воздухе, оставив после себя лишь выжженный силуэт на камнях.

— Он больше не вернется к нам, Государь, — негромко произнес Кривотолков, задумчиво разглядывая место, где находился Фома пару мгновений назад, — Я вижу, что вы все еще на что-то надеетесь и многое ему прощаете… К сожалению, Легенда уже давно потеряна для Империи.

Император ничего не ответил.

В толпе нарастали истерические крики. Люди вскакивали с мест, опрокидывая скамьи, пихались и толкались, пытаясь пробиться к выходу. Паника захлестнула трибуны — видимо, треснувшие защитные поля шокировали и напугал всех до глубины души. Зрители вдруг ощутили, насколько они уязвимы перед подобной монструозной силой…

Я стоял, бессильно уронив руки. Чудовищное напряжение схватки схлынуло, оставив после себя лишь звенящую пустоту и боль во всём теле. В глазах темнело, ноги подкашивались. Последнее, что я увидел перед тем, как потерять сознание — перепуганные лица друзей, склонившиеся надо мной. Черт… я перенапрягся…

Айсштиль что-то кричала, но я не разобрал слов. Настя вроде плакала. Губы Эмми шевелились, будто в молитве. А потом накатила блаженная темнота, даруя избавление от чудовищной боли. И я с облегчением в неё провалился, чувствуя, как проваливаюсь в небытие…

Как только Костя рухнул на арену без сознания, его друзья тут же бросились к нему. Айсштиль, Настя и Эмми склонились над парнем, лихорадочно пытаясь оказать первую помощь.

— Эстро, ты меня слышишь? — тормошила его Айсштиль, осторожно похлопывая по щекам, — Эстро! Эстро, ты же выше этого!

Но Костя не реагировал. Его лицо было белым как мел, дыхание — едва различимым. Из многочисленных ран сочилась кровь, пропитывая одежду.

— Да что ж ты будешь делать! — в сердцах воскликнула Эмми. Слёзы беспомощности и страха катились по её щекам. В руках она держала аптечку, — Зачем ты в это ввязался, придурок? Всегда лезешь на рожон!

Она суетливо принялась бинтовать наиболее серьёзные раны, пытаясь остановить кровотечение. Настя присела рядом на корточки, вытащила из аптечки какие-то склянки.

— Так, это нужно влить ему в рот. Поможет восполнить кровопотерю, пополнит духовную силу и запустит регенерацию, — пробормотала она, откупоривая пузырьки, — Приподними ему голову. Только аккуратно!

Пока девушки занимались Костей, всеобщее внимание было приковано к Императору и генерал-губернатору. Люди ждали реакции Его Величества на произошедшее. И она не заставила себя долго ждать.

Генерал-губернатор Горовой, мрачно наблюдавший за происходящим, наклонился к Императору и что-то зашептал ему на ухо.

Айсштиль распрямилась и прислушалась. По обрывкам долетавших фраз можно было разобрать:

— Ваше Величество, этот инцидент лишний раз доказывает, что пора к чертям запретить телепортацию в пределах города! Вон, полюбуйтесь — террористы средь бела дня врываются и творят непотребства. А потом ищи их по всему городу! Предлагаю ввести драконовские штрафы для всех, кто пользуется телепортами без соответствующего разрешения!

— Великий Князь, ну что вы как не родной, ей-богу! — подал голос Олег Кривотолков. Он стоял неподалёку и, судя по всему, прекрасно слышал разговор, — Вам лишь бы запрещать. А вы подумали о том, какое недовольство вызовут у народа постоянные запреты и ограничения? Люди же бунтовать начнут!

Горовой покраснел от гнева и обернулся к князю:

— Не лезьте не в своё дело, Кривотолков! Безопасность — это моя сфера.

— О какой безопасности может идти речь, когда мы имеем дело с Легендой? Пусть и бывшей… — хмыкнул Кривотолков, — Ему плевать на любые ограничения, которые вы почему-то уже давно хотите протолкнуть… А страдать от этих ограничений будут в первую очередь обычные подданные короны…

— С каких