Таверна на прокачку - Алексей Сокол

мантру «Шу». Поправил амплитуду и начал двигать топором в воздухе, стараясь настроиться и двигать руками ровно. Удивительно, но оказалось, что с топором тренировать технику сложнее чем с лопатой. Видимо дело в форме топора. Любопытно.

Руки двигались вверх и вниз, я словно вошёл в транс от однообразия движений, полностью сосредоточившись на тренировке.

Отвлекался лишь для того, чтобы поставить полено, взамен расщеплённого техникой.

Шу. Шу. Шу.

Мне показалось, что на лезвии блеснула искра, как тогда, во время драки в лесу с подельниками Леонида, и с крысоволком. Хотя и не верилось. Вроде прогресс Силы духа и учитывался, но из-за особенностей топора, мне казалось, что я всё делаю не верно.

Главное, что прогресс рос.

Шу. Шу. Шу.

Руки двигались сами по себе, я краем сознания отметил, что уже не требуется задумываться над тем, как держать ладони, под каким углом поворачивать кисть. Короткие простые движения. Раз, два, раз, два.

Шу. Шу. Шу. Шу.

Дыхание вошло в ритм с движениями рук. Прогресс рос, полешки разлетались в стороны. Я раскалывал их до тех пор, пока они способны были стоять вертикально.

Со временем даже неудобная форма топора стала казаться преимуществом. Я ощущал топорище и полотно топора продолжением своих рук. Мне казалось, что мои нервные окончания прорастают сквозь рукоятку, достигают лезвия и разрастаются внутри.

Мне стало казаться, что ощущаю дуновение ветра на металлическом лезвии, упругое сопротивление полена. Будто я бил по ним кулаками, отчего те разлетались. Раз за разом рассекая воздух, мне казалось, что ещё чуть-чуть, и я сам стану этим ветерком, постигну его суть, вдохну его и стану…

Грубый тычок в спину прервал тренировку. Я пошатнулся и едва не выронил топор. Оглянулся и увидел Леонида. От вчерашнего запуганного и деморализованного парня не осталось и следа. Как будто за ночь Леонид прошёл ускоренный курс «Поверь в себя». Подбородок надменно задран, губы брезгливо искривлены, поза горделивая даже несмотря на перевязанное плечо.

— Чем ты тут занимаешься, вонючка? — спросил Леонид.

Я поудобнее перехватил рукоятку и посмотрел ему в глаза. Где-то в их глубине промелькнул испуг, но Леонид по-прежнему держался уверенно, как хозяин.

Точно! Виктор же сегодня уезжает на охоту! Хотя, судя по властным замашкам Леонида, папочка уже уехал и оставил сына за старшего. На всякий случай, решил ненавязчиво уточнить этот вопрос, а заодно поставить Леонида на место.

— Дрова рублю, — сказал я. — Виктор поручил.

Мой расчёт оказался верным. Указания отца Леонид не стал оспаривать. Но видно было, что ему очень хотелось покомандовать, пользуясь случаем. Шестерёнки в его мозгу со скрипом проворачивались, но я, не дожидаясь, до чего он додумается, развернулся к нему спиной и поставил на колоду одно из последних поленьев. Размахнулся и ловко расколол его на две ровные половины одним ударом. Срез получился ровным, будто отполированным.

Надо будет проверить логи системы, вдруг я уже стал мастером рубки дров, но пропустил уведомление.

Леонид по-прежнему переминался у меня за спиной, подыскивая слова.

— Как нарубишь, быстро на кухню! — наконец выдал он.

Я пожал плечами:

— И так туда собирался.

— И не вздумай филонить, бездельник!

Леонид шумно выдохнул и скрылся за дверью чёрного хода. Я лишь ухмыльнулся. Тоже мне, мамкин командир. Лезвие топора со звоном впилось в следующее полено, развалив его пополам.

Переведя дыхание, изучил утренний прогресс.

Мои упражнения с топором подарили мне полторы единицы прогресса, только в укрепление тела.

Я даже не поверил своим глазам. Ведь прошло от силы полчаса.

Видимо сработало то, что я упражнялся с топором, как с оружием, и параллельно практиковал воздушный клинок.

Так, а почему тогда с лопатой так хорошо не сработало? Лопатой тоже можно огреть. В умелых руках лопата приравнивается к оружию массового поражения!

Ладно, позже разберусь с этим вопросом. Нужно не возмущаться, а радоваться открывшимся возможностям.

Что меня больше удивило, к пути духа добавилось два с половиной очка! Проверил путь знаний, но там было лишь 0,2 за счёт травничества. Ну, здесь понятно. Всё же я не измельчал бодрянку, не добавлял её в эль или похлёбку. Так что всё логично.

Но больше всего меня порадовало, что стало получаться. Ведь делал те же самые действия, но только более умело, уверенно. Я даже проверил позавчерашний результат. Я рубил дрова больше часа, а прибавилось лишь 0,3 очков прогресса усиления тела.

Может, этот мир стал принимать меня?

Я собрал дрова в охапку и направился на кухню. Мария уже суетилась возле очага. Увидев меня, кивнула на стол, где стояла кружка, поверх которой лежала подсохшая лепёшка. Я сложил дрова, уселся и принялся за еду. Огонь загудел, разгораясь, в очаге громко треснула ветка, и я вздрогнул.

В голове пронеслись полузабытые образы сегодняшнего сна. Что-то конкретное вспомнить не удалось, но внутри стали разливаться горечь и страх.

Причём это снова была реакция Макса. Меня совсем не пугал треск веток, он напоминал мне костёр в походе — шашлыки, гитара, разговоры — сплошная романтика.

Но у Макса с огнём были связаны другие ассоциации, которые он прятал в глубинах памяти.

Что ж, если что-то вспомню, это поможет восстановить картину его прошлой жизни. Если нет — тоже ничего страшного, буду строить свою новую жизнь без оглядки на скелеты в шкафу Макса.

Я жевал оставленную для меня лепёшку, погружённый в раздумья. Мария подошла и, секунду поколебавшись, положила передо мной пирожок. Легко коснулась моего плеча и вернулась к очагу.

Я смотрел на внезапный подарок судьбы. Похоже, вчерашний разговор между Виктором и Марией не прошёл даром.

Меня этот жест и подношение поразили до глубины души. Это что же, она стала ко мне лучше относиться?

Отложив лепёшку я откусил пирожок — ого, с капустой!

Тёплая благодарность разлилась по телу, как дружеские объятия.

Меня опять захлестнули чувства подростка. Показалось, что Макс готов расплакаться. Вот бедолага. Как же парня шпыняли, если простое угощение так его растрогало. Но разводить сантименты было некогда.

Я быстро сжевал пирожок и запил водой. Лепёшку тоже съел.

Пока жевал, мысленно перебирал стратегический запас.

У меня осталось два цветка бодрянки.

Со вчерашнего дня новых специй найдено не было. Причём вчера, по пути к Альберту я что-то замечал в лесу, а на обратном пути из-за чёртова крысоволка напрочь позабыл об этом.

Похоже, сегодня без бонусов за кулинарию. Бодрянка и самому пригодится. Утреннего бонуса и оставшихся цветков как раз хватит до ночи. Ну, а ночь всё решит. Судя по