Путь трёх совершенствований. Том 5 - Дмитрий Крам

убийство часовых у недорытой хоббичьей норы. И найдутся свидетели, которые подтвердят ваш несуществующий конфликт. Но более тяжелое это, конечно, убийство Тадеуша. Дело в том, что вы сами как бы спровоцировали его в лагере, сыграв сценку с Самантой.

— Да нет же! Они это обсуждали ещё после обыска в норе троллей!

— Это всё неважно для обвинения. И даже то, что он сокрыл пистолет и свою одарённость. Я уже говорил с его психологом, и эта прекраснейшая во всех смыслах мадам уже пообщалась с ищущими и передала им весь расклад. Тадеуша признают невменяемым.

— Да как они могут его таким признать?

— По её записям и опосредованно, так сказать, дистанционно, по имеющимся свидетельствам. А вам, по сути, припишут убийство не совсем дееспособного. Но и это не самый тяжкий эпизод. Хуже всего с пилотом, со вторым. Они регулярно проходят медосвидетельствование и беседует с врачом перед вылетом. Ну не знаю, кстати, беседуют или нет, отметка в журнале во всяком случае стоит. Вот тут я пока нахожусь в неком тупике, пока не знаю, как выпутаться. Ликтор будет отрицать, что стрелял. А с его связями, я думаю, имеющуюся запись со второй вертушки почистят, и там будете только вы с пистолетом. Но ещё ничего не потерянно. На нашей стороне поддержка общественности, ваши друзья не последние люди, точнее, родители некоторых из них имеют вес.

— От меня что требуется?

— Для начала рассказать всё. Я понимаю, что вы там им врали нещадно местами. Они, вас, кстати, ещё на детекторе лжи не гоняли? Нет? Ещё впереди. Хотя зачем это надо, если учесть, что ментат и так всё чувствовал, не знаю. Но вроде как третий голос — голос прибора, беспристрастный.

— С чего начать?

— С заключения договора.

— У меня как бы нет денег.

— Господин Богданов, само участие в этом процессе для меня всё окупит, это раз. И мне уже заплатили, это два, — довольно заявил он. — Первый раз у меня было такое, чтобы столько людей пришло. Моя приёмная стала невероятно тесной. Вы меня не знаете, хотя я порой мелькаю на городских билбордах. Но будьте уверены, мы поборемся. Лео Шуббарт — это Имя в юриспруденции. Ну хотя вру, Лео не очень, а вот Шуббарт, всё же знак качества, династический. Но после этого дела я, может, и дотянусь до славы своего отца. Впрочем, отвлеклись. Рекламные слоганы про меня, вы и в кабинете у меня начитаетесь при следующей встрече.

Он протянул мне договор.

Ненавижу вчитываться в это всё, но придётся. Я заметил самое главное, и правда, предоплата была внесена в полном объёме. Двести тысяч эргов. Челюсть отвисла. Я поднял на него ошалевший взгляд на адвоката. Затем снова опустил глаза в документ и обомлел ещё больше. Остальная часть будет выплачена, только если адвокат выиграет дело. Остальные восемьсот тысяч.

— Это… — я даже охрип. Взял ручку.

Адвокат потешался с моей реакции.

— Я же говорил Шуббарт — династия. Шуббарт — стоит дорого. Удивлён, что вы не слышали. Хоть бы по тому же телевизору.

— Да я как-то не особо его глядел. Да и далёк от всех этих дел был. У нас в гетто адвокат только бесплатный. То бишь лучше без него.

Я перевернул лист. Подписать надо было с двух сторон. Ещё бы вспомнить, вообще, как это делать. Я стал подписывать, а адвокат довольно кивал.

— Честно говоря, я собирался переехать, и вот вы мне подарили эту возможность, — улыбнулся он.

В коридоре послышался какой-то шум, а дверь-то как бы звуки до этого не пропускала, а затем внутрь буквально ворвался парень со взъерошенными волосами, помятом костюме, растянутом галстуке и съехавших очках, он захлопнул дверь и провернул замок, в коридоре развернулась стычка.

Шубберт замер, в недоумении глядя на незнакомца, а тот подбежал и вырвал лист у него из рук. Только вот Лео держал крепко, и половина договора осталась у него.

— Успел подписать всё же, — недовольно проговорил очкастый.

— А ну верните документ! Что вы себе позволяете? — пыжился мой адвокат. Точнее, ещё не мой, пока часть с подписью у второго.

— Я тебя щас вырублю, — сказал я незнакомцу, а он взял, оторвал место с моей росписью, запихнул в рот, и, немного пожевав, проглотил.

Глава 16

— Не кипятись, парень, — сказал незнакомец.

Лео Шуббарт уже доставал новый договор и протянул мне со словами:

— Не позволь ему выхватить, я почему-то уверен, что у тебя получится.

Я взял ручку и едва коснулся листа, как парень в очках сказал:

— Ни в коем случае не подписывай это.

— Не слушай этого проходимца, — отмахнулся от него адвокат.

— Шуба, не пудри парню мозги.

— Шубберт! Не коверкайте мою фамилию, кто бы вы ни были, а не то подам на вас в суд за оскорбление чести и достоинства!

— Анд, не спеши подписывать, — обратился ко мне незнакомец. — Я еле прорвался сюда, мои охранники рискнули здоровьем, чтобы пропихнуть меня.

— Не слушайте этого странного оборванца, — сказал Шубберт. — Подписывайте, и выставим его прочь. Я, кажется, догадываюсь, кто он. Аферист, что работает на семью Кригер.

— Меня зовут Александр Рио, можно просто Алекс, — представился наконец парень. — И я твой реальный адвокат, а этот плешивый тебе вовсе не друг.

— Так, — хлопнул я рукой по столу. — Сейчас будете драться, кто победит с тем и подпишу договор.

— Как это драться? — растерялся Лео. Второй лишь пожал плечами и сказал:

— Меня, конечно, предупреждали, что ты сложный, но, чтобы драться за клиента, такого делать мне ещё не приходилось.

— Я сейчас позвоню Элен Маверик! — объявил Шубберт.

— Или лучше я ей позвоню, — усмехнулся Алекс. Оба они набрали номера и протянули мне телефоны.

Я приложил аппарат Лео к левому уху, а аппарат Рио к правому.

— Алло, — синхронно раздался голос Элен в обоих ушах.

— Привет, это…

— Мог и не представляться, — усмехнулась Элен слева.

— Думаешь, я тебя не узнаю? — вторила ей справа.

Какого хрена? Это был её голос, её манера, её тембр.

— Слушай, у меня тут такой вопрос, — сказал я. — Вы, я так понял, скинулись с ребятами. А какого ты мне адвоката прислала? Их тут два, гадаю вот, который врёт.

Девушки начали описывать каждая своего. Я не мог их различить.

— Понял. Спасибо, — сказал я. Ну сейчас одна из них посыплется на проверке. — Увидимся вечером?

— Эм… у меня были дела. Но если ненадолго, то можно, — ответила левая.

— Охренел, Богданов? Сразу после ужина у Фобос? Ты совсем