Тройная метка. Истинная диких Альф - Екатерина Антонова

— Безопасность в бане с Власом? Ну-ну! — Савва тихо смеется. — Смотри, как бы потом локти кусать не пришлось, когда он заберет себе ее нежность. Научит ее всему.

Я замираю. Инструмент в руке кажется необычно тяжелым.

Слова Саввы падают на благодатную почву моей ревности. Волк внутри яростно скребет когтями о ребра, требуя немедленно бежать и забрать свое.

Защитить самку. Показать, кто здесь главный альфа.

Савва это знает. Он слишком умен.

— Ладно, — соглашаюсь, бросая замок на пол. — Пошли. Но если этот паршивец к ней притронулся — я за себя не ручаюсь.

Мы выходим из дома. Темнеет. Прохладный лесной воздух должен меня успокоить, но как только мы приближаемся к бане…

В уши врывается тихий, надрывный, безумно сладкий девичий стон.

— Ах… Влас! Влас, боги…

Ева… он что-то с ней там делает!

— О чем я и говорил, — выдыхает Савва, глаза друга вспыхивают алым.

Сам не замечаю, как оказывается в предбаннике.

В голове пустота. Меня ведет лишь первобытный инстинкт.

Срываю с себя одежду, швыряя ее в угол. Хватаю первое попавшееся полотенце, оборачиваю вокруг бедер.

Савва делает то же самое. На его губах играет хитрая ухмылка, а в глазах волчий голод.

Из-за двери парилки снова доносится стон Евы. Более громкий, отчаянный.

Мой зверь настойчиво требует ворваться, посмотреть, поучаствовать. Все мои барьеры падают с каждым стоном моей самки.

Тонкий, пронзительный крик прерывает мои размышления. Ева кончает, отдавая всю себя без остатка.

По телу прокатывается мощная волна огня. Кровь стучит в висках, оглушая.

Член мгновенно оживает, каменея и наливаясь кровью.

— Она кончила, — выдыхает Савва, затем облизывается.

Да…

Я чувствую это каждой клеткой своего тела. Оргазм Евы взорвал мой разум, разрушил все выстроенные стены, разбил вдребезги самоконтроль.

Толкаю деревянную дверь. Мы с Савелием вваливаемся в парилку. Нас окутывает густой влажный пар.

Ева лежит на полке, раскрытая, беззащитная. Вся дрожит, глаза закрыты.

Полотенце съехало в сторону, полностью оголив ее аккуратную, невероятно красивую грудь. Розовые соски стоят твердыми бусинками.

А в ее ногах устроился Влас. Этот наглый щенок сидит на полу, порочно ухмыляется. Затем встает и демонстративно облизывается, глядя на нас.

Мой зверь взвивается от ревности. Она подо мной кончать должна! Со мной! Блядь…

— Ты… — рычу, делая шаг вперед. Кажется, взглядом сейчас прожгу в нем дыру.

Влас не реагирует. Только ухмыляется шире, глядя на меня с вызовом.

Ева распахивает глаза. В них мгновенно вспыхивает дикий ужас и жгучий стыд.

— В-вы что тут делаете?! — взвизгивает, ее голосок срывается.

Она дергается, судорожно пытается натянуть съехавшее полотенце обратно на грудь. Но из-за паники путается в ткани.

— Мы? Пришли помочь нашей девочке, — Савва порочно ухмыляется, вальяжно прислонившись спиной к косяку и отрезая ей путь к спасению.

— Выйдите, пожалуйста…

Она просит. Но мой зверь не слышит. Он чувствует только её запах.

Ева начинает в страхе метаться. Совершенно голенькая, ладная, с точеной талией и упругими бедрами. Щеки все пунцовые.

— Ой! — взвизгивает испуганно, роняя полотенце.

— Кажется, оно против твоей городской скромности, маленькая, — улыбается Влас.

Глаз отвести не могу. Она совершенство. Моя! Наша! Метка на ее животе словно живая, притягивает взгляд.

— Нет, нет, нет! — Ева пытается проскочить мимо нас к выходу из парилки.

Бежит, сверкая манящей наготой. Но на полу ее ножки предательски поскальзываются, и малышка пикирует носом.

Не думаю. Просто реагирую — быстрее, чем мой разум успевает осознать. Я ловлю свою девочку, прижимая к себе.

Меня тут же окутывает сладкий аромат ее смазки и смущения. Безумный коктейль!

— Куда? Упадешь же, глупая, — хриплю, меня переполняет нежность к нашей малышке.

От резкого движения короткое черное полотенце соскальзывает с моих бедер и падает на пол. Я остаюсь абсолютно голым.

Ева вся дрожит, судорожно всхлипывает, пытаясь сжаться в комок.

Ее кожа безумно нежная, гладкая. Мой огромный, пульсирующий член упирается прямо в ее влажные бедра.

— Пусти… Демьян, пожалуйста… — хнычет малышка, пряча лицо в моей груди.

Вжимаю ее в себя еще сильнее. Глубже вдыхаю пьянящий аромат ее возбуждения.

Зверь внутри победно воет. Я смотрю на Савву и Власа. Их взгляды красноречивее любых слов.

То же самое я читаю по рыку моего внутреннего зверя. Мы ее ни за что не отпустим.

Ева останется здесь, с нами…

Глава 36. Во власти троих

Ева

— В-вы что тут делаете?! — взвизгиваю, судорожно пытаясь натянуть полотенце.

Альфы. Все трое здесь, передо мной. Их тела кажутся еще более огромными. Могучими.

Словно боги, сошедшие со страниц древних волчьих мифов. Окутанные клубами горячего пара.

От их вида моя волчица сходит с ума.

Становится трудно дышать. Метка сильно жжет кожу, словно сопротивляясь моим мыслям о порочности того, что происходит. Будто это… нормально…

На Савве крошечное белое полотенце, едва прикрывающее бедра, на Демьяне — черное. А Влас вообще стоит рядом со мной абсолютно голый.

Что они планируют делать?! Мамочки!

Три огромных, мощных самца. Три диких волка. И я…

— Мы? Пришли помочь нашей девочке, — Савва порочно ухмыляется, прислонившись к косяку.

— Выйдите, пожалуйста… — паника накрывает с головой.

Дергаю полотенце, чтобы хоть как-то укрыться от мужских голодных взглядов.

Пытаюсь замотаться, но ткань предательски выскальзывает из рук. Отшвыриваю.

— Ой! — испуганно пищу, оставаясь абсолютно беззащитной перед ними.

— Кажется, полотенце против твоей городской скромности, маленькая, — тихо смеется Влас.

— Нет, нет, нет! — в ужасе лепечу и, наплевав на всё, просто улепетываю прочь из парилки.

Бегу мимо ошарашенного Власа. Но…

Поскальзываюсь. Вскрикиваю, теряя равновесие. Уже мысленно прощаюсь с целыми коленками, как вдруг меня ловят крепкие сильные руки.

— Куда? — Демьян с силой прижимает к своей широкой груди. — Упадешь же, глупая.

Каменею, упираюсь ладонями в литые мышцы.

Сердце вожака отбивает бешеный ритм в унисон с моим. Демьян —