Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

подмена и так далее. Впрочем, поскольку в чертогах Верхних Небес уже имелся прецедент, подобное уже не считалось бы невообразимым. Принц невольно задумался: «Неужели ещё один «Повелитель Земли И»?»

Пэй Мин, кажется, догадался, о чём подумал принц, и, зажимая рукой рану, прервал эти размышления:

— Ваше Высочество, о чём вы думаете? Я же сказал, что я — генерал Пэй, самый настоящий! Никакого обмана!

— Но почему вы назвали его — Мингуан?

— Потому что это его имя. Которое я ему дал. Он — мой меч!

Се Лянь ахнул и поразился:

— Неужели… «Генерал ломает меч»?

— Верно. «Мингуан» — это меч, который я носил при себе до вознесения. Многие сотни лет назад я своими руками сломал его!

Это всё объясняет!

Неудивительно, что Демон острого лезвия как свои пять пальцев знает технику Пэй Мина, будто предвидит каждый следующий шаг. Этот меч прошёл вместе с ним через множество сражений, одержал бесчисленные победы, разумеется, он насквозь видит все приёмы и уловки генерала. И теперь ясно, почему, разрубленный пополам, он по-прежнему способен свободно двигаться, а рана в живот не причинила ему никакого вреда — всё потому, что он давным-давно был разломлен на две части!

Се Лянь спросил Пэй Мина:

— Значит, ту рану в живот он сам себе нанёс? И то божественное сияние?..

— Моё. Сломав меч, я незамедлительно вознёсся. Думаю, тогда на нём и остался нестираемый след.

Тем временем Демон острого лезвия… Нет, Мингуан начал наносить удары по Фансиню, пользуясь ребром ладони словно клинком. При этом лицо его сделалось столь озлобленным, будто он рубил самого Пэй Мина.

Се Лянь не удержался от вопроса:

— Послушайте… генерал Пэй, почему ваш меч затаил на вас такую обиду? Что вы с ним сделали? И в чём же всё-таки заключается сюжет картины «Генерал ломает меч»?

Пэй Мин охлопывал себя в поисках бутылька со снадобьем, отвечая:

— Никому не интересные дела столетней давности. К чему теперь вспоминать о них? Лучше придумайте способ от него отбиться!

Магический круг охраняла Жое. Но стоит сломать Фансинь, и большая часть мощи поля сойдёт на нет, оно станет подобно двери со взломанным замком. Се Лянь поглядел за спину и немного успокоился — Хуа Чэн погрузился в спокойную медитацию и закрыл глаза, видимо, уже не ощущал происходящего вокруг.

Но голос Пэй Мина вернул принца в реальность:

— Ваше Высочество, ваш меч способен выстоять?

Се Лянь повернулся обратно и ответил:

— Не знаю. Всё-таки Фансинь уже очень стар.

— Не страшно. Мингуан тоже не молод.

Се Лянь вздохнул с облегчением:

— Что ж, если так, думаю, он сможет продержаться какое-то время, если на помощь Мингуану не придёт ещё кто-нибудь…

Неожиданно, не успел принц договорить, как со стороны леса раздались громыхающие шаги. Вскоре перед ними возник рослый мужчина свирепого вида и со смуглой кожей, одетый в изношенный доспех.

Он бросил взгляд на Се Ляня и Пэй Мина с высоты своего необычайного роста, и оба тут же ощутили каплю холодного пота, сбежавшую по виску.

Увидев, как ещё кто-то голыми руками неистово рубит по мечу, торчащему из земли, верзила слегка удивился и подошёл ближе. Се Лянь и Пэй Мин, не сговариваясь, прикрыли руками лица и отвернулись. Мингуан же, увидев огромного мертвеца, который выглядел довольно сильным, закричал ему:

— Эй, здоровяк, помоги-ка! Сломаем этот меч, разрушим магическое поле, и я отдам тебе половину жертв на растерзание!

Но видимо, верзила при жизни не был жителем Центральной равнины, а после смерти не стал даже демоном Центральной равнины — он не знал местного языка и не понял, что ему сказали, только закричал в ответ. С обеих сторон посыпались крики, но ни один так и не понял, что хотел сказать другой, только синие вены на висках обоих вздувались сильнее.

Пэй Мин, изо всех сил стараясь придать своей позе, с которой прикрывал лицо, естественное и свободное положение, шёпотом спросил:

— Ваше Высочество, что за ерунду несёт этот варвар?

Се Лянь тоже шёпотом ответил:

— Он решил, что ваш меч его задирает, разозлился и велел тому немедля пасть на колени и просить пощады, иначе убьёт его.

— Прекрасно. Надеюсь, они подерутся как можно скорее.

Неожиданно здоровяк, видимо, услышав шёпот, повернулся и пристально уставился на них, нахмурив брови. Се Лянь и Пэй Мин, уже совершенно не притворяясь, закрыли лица ещё плотнее. Однако верзила всё равно их узнал и топнул ногой так, что земля вокруг задрожала, а после взревел:

— Это вы! Заклинатель, собирающий мусор! Командир Пэй Су!

Поняв, что их узнали, оба опустили руки. Се Лянь поразмыслил и мягко обратился к нему на языке Баньюэ:

— Генерал Кэ Мо, прошу, успокойтесь.

Конечно, странным верзилой оказался не кто иной как генерал Кэ Мо, который сбежал из места своего заточения во время всеобщего волнения демонов, вызванного открытием горы Тунлу. Он был пленён Се Лянем, а позднее на допросах встречал Пэй Мина, стоящего рядом с Пэй Су. При виде недругов глаза его загорелись гневом, Кэ Мо без лишних слов занёс ногу и ударил по Фансиню, отчего меч сразу отклонился на целый цунь!

Мингуан хлопнул в ладоши и восхитился:

— Героическая отвага! — затем продолжил обрушивать удары с другой стороны.

Видя, что Фансинь дрожит всё сильнее под двусторонней атакой, Се Лянь подошёл к Хуа Чэну и дотронулся до его лба, но тут же отдёрнул руку, будто обжегшись.

— Что же нам делать?!

Се Лянь должен был защищать Хуа Чэна и не мог отвлекаться. А Пэй Мин, очевидно, не представлял никакой опасности для оружия, которое знало его лучше кого-либо иного!

Как вдруг послышалась ругань Мингуана:

— Проклятый варвар! Ты не можешь не бить по мечу, когда я наношу удар? Попал мне по руке!

Кэ Мо, однако, вообще не удостоил его вниманием.

Видя, что между ними намечается конфликт, Се Лянь схватился за Пэй Мина.

— Генерал Пэй! Кэ Мо наверняка не верит, что вы не питаете к нему враждебности. Нужно его задобрить! Скорее, сложите пальцы на обеих руках вместе, перекрестите запястья над головой, затем опустите вниз и разведите в стороны. Это общеупотребительный жест его народа, просьба о примирении. В любом случае, лучше первым делом выразить ему наши благие намерения, чтобы он успокоился!

Пэй Мину просьба показалась странной.

— А?

Надо сказать, что их с Кэ Мо конфликт нельзя назвать мелким недоразумением, приведшим к небольшому скандалу. Разве один лишь жест поможет достичь примирения? И как это его успокоит?

Се Лянь же, не допуская возражений, опять дёрнул его и сказал: