Сполох. Кровь с астероида. - Александр Олегович Анин

class="p1">— Оу, Сальериэль, у тебя новый поклонник! — глядя на восхищённый взгляд Глеба, пошутил один из эльфов, и тут же щёлкнул небольшой разряд молнии, заставивший шутника подпрыгнуть.

Его вскрик потонул в хохоте других воинов, но если судить по лицу, он был рад и такому проявлению внимания девушки.

Ролн буквально утащил Глеба подальше от этой весёлой компании.

— Тилл, ты что пялишься на чужих женщин? — прошипел ему брат.

— Да как тут не пялиться? — попытался возразить Вязов.

— Молча. Глаза в землю, и смотришь только под ноги.

— С чего бы? — возразил ему бронеходчик.

— С того, что обиделся бы на неё эльф, и молнию получил бы уже не он, а ты. Тебе мало было одного раза пройти по кромке?

Мало или не мало, но страха уйти за грань у Глеба уже не было. Ему понравилось безмятежность пребывания там, и он не спешил внутренне расставаться с состоянием, когда ничего не имеет значения, но только красота девушки всё равно не оставила его равнодушным.

— Ладно, не шуми. — спокойно ответил он. — Ты мне скажи, почему у неё не было жезла?

— Потому что владеет магией на таком уровне, что ей не нужен жезл. Ты же видел, как она молнией угостила собрата?

— Видеть не видел, но слышать услышал. — ответил Глеб. — Нам куда? — сменил он тему.

— К центру города. — буркнул в ответ брат, и только после этого Глеб обратил внимание на окружающую его реальность.

Крайние дома у крепостной стены больше походили на многовековые защитные форты. Видимо с них и начиналось это поселение, постепенно обрастающее крепостной стеной, красивыми домами и идеально мощёными плоским камнем улицами.

По стенам домов поднимались лианы плюща, местами виднелись кованые виноградные грозди, украшающие собой длинные стальные ограды.

Тарм был красив, Тарм был великолепен, Тарм был богат.

Они шли по дороге, проходя мимо изящных уличных фонарей, и Глеб не мог не восхищаться окружающей его красотой.

Мраморные статуи украшали внутренние аллеи больших домов, аккуратные клумбы мелких, но очень красивых цветов яркими пятнами дополняли картину, на фоне которой два брата гнома смотрелись инородными уродливыми кляксами.

Утро было ранним, и улицы уже не пустовали. Продуктовые лавки уже выставляли на улицы ящики с фруктами, булочные принимали из конных фургонов лотки с горячей и ароматной выпечкой, а из распахнутых окон доносились мелодии, издаваемые разными по звучанию музыкальными инструментами.

— Живут же люди… — невольно проговорил Глеб, возможно даже с некоей ноткой зависти.

— Это дома эльфов. Люди и гномы живут на окраинах, но Тарм да, красив. — ответил ему брат.

— А как они такие скульптуры делают, тоже жезлами?

— Они? Жезлами? Не, брат. Скульптуры делают маги, которым жезл не нужен. Ты видел, как я заделывал проход в скале?

— Конечно!

— Вот тоже самое, только без жезла.

— А кристалл покажи. — попросил Глеб.

— Да на, смотри, только, что ты на нём увидишь? — усмехнулся Ролн.

— Ну… Может, что увижу или почувствую…

***

До нужного места они шли минут двадцать.

— Нам сюда. — буркнул Ролн, уводя его в цокольный этаж одного из кирпичных домов.

Дверь в подвал была обильно окована металлом и тоже светилась рунами. «Оророо» — прочитал рунный конструкт Глеб и поморщился. Волей-неволей у него складывалось впечатление, что эти рунные конструкты были созданы с целью сложного и необычного произношения и больше напоминали редко встречаемые в жизни наборы звуков.

От возникшего осознания он даже сбился с шага.

«Неужели эльфы именно так и пользуются магией, просто продавая заклинания, которыми люди и гномы пользуются исключительно через использование жезла.» — промелькнула в сознании мысль. Ему приходилось принять гениальность задумки остроухих, ведь жезлы очень ограничивали количество одновременного использования заклинаний, плюс рассеивание при выстреле, плюс обязательный взмах жезлом, позволяющий отследить момент этого выстрела. Они как бы говорили, что пользуются магией как все, но просто более одарены и некоторые из них не нуждаются в жезлах, а если и используют, то, возможно, чисто для вида. Возможно, что и жезлы у них иные и не требуют разбора и вставки в них отдельного кристалла.

Все эти осознания пока были лишь гипотетической догадкой, промелькнувшей в сознании, а дальше Ролн потянул на себя ручку двери, и под перезвон колокольчиков они шагнули в полный стеклянных витрин торговый зал.

У длинного прилавка толпилась небольшая очередь посетителей, и у скромных гномов появилось немного времени, чтоб осмотреться.

— Ролн, ты читать умеешь? Что тут написано? — увидев наклеенную на изогнутый лист стекла бумажку, поинтересовался Глеб.

— Не, брат. Это по-эльфийски начертано. — ответил ему Ролн.

— Жаль. А ты не знаешь, что это? — Глеб указал на изящные ручки из горного хрусталя, которые отличались и по размеру, и по светящимся внутри рунам. В маленькой было «Пья», а в ручке более большой «Пьроя».

— М-да… Голову тебе серьёзно отбило. Это же артефакты для сращивания. Маленькими можно состыковать тонкие материалы, а более большой склеить разбитый горшок или треснувшую кадушку для грибов. — пояснил Ролн.

— А если кристалл для жезла с таким зарядом?

— Тогда им можно собрать дверь, лодку, раму для окна. Вот эти артефакты для кузнецов, один греет, другой позволяет гнуть, что угодно. — указал брат на другую полку. — Мы их не так давно покупали. Ладно, пойду займу очередь, а ты можешь ещё по-глазеть. — проговорил Ролн.

Кивнув, Глеб посмотрел на рунные наборы для кузнецов и пошёл среди витрин, разглядывая выставленные на продажу артефакты. Тут были кольца и браслеты, мужские, женские, с разного цвета камнями, металлами, но все они были разложены на группы. Одну из них Глеб идентифицировал как исцеляющие, ведь у них с братом была пара таких кристаллов."Фа-йо», «Фаво-йо», «Фаворта-йо». У них с братом был средний вариант. Точно такие же изделия, но собранные в другую группу, светились надписями: «Бъёрох», Бъёророх», «Бъёророрих». Третья группа: «Ропрро», «Ропрорро», «Ропророрро», «Ропророрирро», но эта группа не ограничивалась браслетами и кольцами, а имела ещё разные по размеру сумки, в мужском и дамском исполнении. Четвёртая группа была представлена перстнями, кольцами и серёжками, и объединяла её надпись «Нортайлер».

Следующая витрина заставила Глеба улыбнуться. На ней в ряд были представлены разные одёжные щётки, от самых простых до украшенных декоративной резьбой по древесине ценных пород. Светились данные изделия надписями: «Фп», «Фроп», «Фророп», и завершала её длинная