Мортерра. Будни некромантки - Екатерина Артуровна Радион

и подставил лицо закату и лёгкому ветерку. Вдохнул полной грудью, расправил плечи, почувствовав себя настоящим счастливчиком. Всеблагая милостива. Богиня наделила его силой и знаниями, чтобы спасти заблудшие души. Остался всего один дневной переход, и Федель окажется в проклятой земле, Мортерре. Там не будет времени для отдыха и развлечений, но это не значит, что этим вечером нельзя будет покутить. В конце концов, священник — это вам не монах, ему совсем не чужды мирские радости.

Тронув поводья, Федель направил свою лошадь к обочине, свернул к небольшой таверне, притаившейся под сенью могучего древнего дуба. Ловко спрыгнул на землю, подал поводья подбежавшему мальчишке, кинул монетку и вошёл в зал.

В нос ударил запах крепкого пива и наваристого мясного рагу. Тут же заурчало в животе, и клирик Всеблагой вспомнил, что так и не решился остановиться пообедать, подгоняемый вперёд собственной мечтой.

Федель обвёл взглядом зал, приметил компанию мужчин слева, одинокую девушку справа и решительно направился к стойке.

— Лучшие комнаты и еда! — задорно поприветствовала его заученной фразой пышногрудая девушка, демонстративно натиравшая громадную пивную кружку. — Чего желаешь, рыжий? Еды, вина, меня? — она подалась вперёд, демонстрируя все прелести своей фигуры.

Клирик устало вздохнул, прикрыл глаза, прося Всеблагую подарить ему спокойствие, и проронил:

— Комнату, постой для кобылы и ужин. На одного, — последнюю фразу Федель добавлял поспешно, увидев в глазах подавальщицы, или кем там была эта женщина, задорный огонёк.

Общаться с подобными женщинами клирик не любил. Они были пустые, словно бурдюк после недельного перехода. Да, согреть постель могли, но что дальше? Федель Кьярито был не из тех, кто искал сиюминутные интрижки для удовлетворения потребностей плоти, его куда больше интересовали долгие задушевные разговоры, способные найти дорожку до самого сердца. Конечно, и у этой девицы есть сердце, как иначе? Вот только откапывать его под слоем шелухи времени не было. Они больше никогда не встретятся, он уедет в Мортерру, совершит паломничество, поволонтёрствует, а потом вернётся другой дорогой через Сордженчитту, остановится там на пару дней, погреет косточки.

Федель так замечтался, что не заметил, как ему принесли заказ прямо за стойку. Вздохнув, клирик перетащил всё за ближайший столик, стянул с себя дорожный плащ и с наслаждением потянулся.

— Эй, хозяйка, — крикнул он, обернувшись через плечо. — А банька есть?

— А то как же. И протоплена. Желаете ополоснуться с дороги?

— Да, — коротко кивнул священник.

— Ваше время с восемнадцати до двенадцати. Часа хватит? Оплата вперёд.

— Вполне, — буркнул Федель, старательно отводя взгляд от девушки. Уж слишком сильно она пыталась прорекламировать ему своё декольте.

Подошёл к стойке, кинул пару монет и вернулся за стол. Упал на стул и довольно вытянул ноги. Они приятно гудели после целого дня дороги. Конечно, помощь кого-нибудь в том, чтобы размять плечи или потереть спину, не помешала бы, но… Федель украдкой посмотрел на трактирщицу, вернувшуюся к своей огромной пузатой кружке, в которой уже давно должна была протереться дыра, да всё что-то никак. Сглотнув, клирик уткнулся в миску с едой. Жаркое таяло во рту, оставляя приятное пряное послевкусие, слегка островатое для Феделя, но тем не менее из-за него хотелось заказать ещё порцию.

До оплаченного времени в бане оставался час, можно было поразмышлять. Федель любил окунаться в воспоминания, не во все, но в те, что дарили тепло… о да!

Закинув в рот последнюю ложку божественного жаркого и допив воду, клирик поудобнее устроился на стуле и принялся мечтать. Воображение услужливо рисовало ему заливные луга, прекрасные города и новые знакомства. И вот он, Федель Кьярито, посланник Всеблагой, наставляет на путь истинный заблудшие души каторжников. Правда, тут начинали появляться вопросы. Почему было не сослать преступников в Гьячетерру, пронизанную ледяными ветрами и полную долгих ночей?

“Наверное, это для того, чтобы они исправились и вернулись к нормальной жизни”, — лениво подумал Федель.

Он уже совсем клевал носом и не мог понять, что ни одного случая возвращения, переезда из Мортерры, припомнить не удалось.

Федель так и уснул за столом. Заботливая хозяйка трактира вместе с вышибалой и мальчишкой-конюхом дотащили его до комнаты и уложили в постель. Священник был худой, даже тощий, поэтому трудов это не составило, но предприимчивая женщина не преминула запомнить факт “оказания услуги” и включить её в счёт. Долг, он платежом красен, знаете ли.

* * *

Федель недовольно хмурился и трясся в седле. С утра с него стребовали пусть и не кругленькую, но сумму, а священник был бережливым, ведь именно этому учит Всеблагая. А тут разули на четыре медных лари, и это не считая серебряного кетта за баню, в которой он так и не оказался. Форменное безобразие!

А потом клирик увлёкся разглядыванием пейзажей. Постепенно лес, через который шла дорога, начал редеть. Деревья становились ниже, тоньше, их вытесняли высокие кустарники. Ничего необычного, в целом, так часто бывает на краю лесов. Только эта рощица была какой-то уж слишком огромной и закончилась резко. Раз — и впереди раскинулись лишь поля. Федель покачал головой, удивляясь тому, сколь разнообразны пейзажи Бенифтерры.

До границы так и добирался по полям. Старая кляча то и дело норовила остановиться и пощипать сочной зелёной травы, и клирик нетерпеливо подгонял её, желая поскорее увидеть те самые проклятые земли и принести в них свет.

Небольшое строение, выглянувшее из-за линии горизонта, сначала показалось очередной таверной, но, лишь подъехав ближе, Федель осознал, что это пограничный пункт.

“Соответствует описанию”, — мысленно кивнул себе клирик, спешиваясь.

Пришлось подождать пару минут, прежде чем из домика, иначе строение с огородом и хлевом позади и не назвать, вышел молодой мужчина в форме бенифтерских гвардейцев. Перекинутый через плечо плащ говорил о том, что всё спокойно. Лик Всеблагой, смотрящей с него на мир, дарил умиротворение и даже странную благодать.

— Начальник пограничного поста офицер Станко! С какой целью планируете пересечь границу?

— Паломническая миссия, — ответил Федель, протягивая документы.

Служивый придирчиво осмотрел их, даже проверил подлинность печати, чуть ли не облизал бумагу. Типичный работник, которому нечего делать, но очень хочется показать, что он невероятно важен.

— Бумаги в порядке. В Мортерре своя валюта. Желаете обменять? У нас более выгодный курс.

Федель замер. Новость о том, что деньги будут другими, вызвала удивление. Об этом как-то не думалось, ведь одно целое государство, хотя, кажется, на лекциях по истории рассказывали о том, почему так исторически сложилось.

— Да, пожалуй.

— Фурба, займись! — крикнул начальник поста куда-то в дом и отошёл на пару шагов.

Вскоре появилась женщина примерно одного возраста с единственным стражем границ. Она