Сполох. Кровь с астероида. - Александр Олегович Анин

Такого товара, как предлагал он, в продаже не было. Были фигурки из гипса, покрытые золотой краской, или керамика, но натурального камня не было.

Продукцию в лавку коммерсанта Травина взяли охотно, но быстрой реализации, естественно, не обещали. Товар новый и отнюдь недешёвый, и как на него отреагирует покупатель, пока было непонятно, но Глеб знал, что брать будут, ведь оно смотрелось дорого и по-настоящему, а не крашеная бутафория из бумаги и клея.

Немного освободив времени в своём графике, он обновил свой гардероб и, наконец смог посетить университет.

Здание университета было шести этажей в высоту, и, как и было принято здесь, построено большим квадратом с внутренним двором под дровник и сараи и имело два входа по бокам центральной арки. Рядом с каждым входом красовалась отлитая из бронзы табличка, которая оповещала о том, что это Его Императорского Величества Университет Естественных Наук.

Зайдя в холл, Глеб сдал в гардероб пальто и поинтересовался у приёмщика, как найти секретаря.

— Второй этаж над аркой. — коротко поделился с ним информацией мужчина.

Благодарно кивнув, Вязов поднялся по ковровой дорожке на второй этаж и увидел над аркой двери с табличками. Одна из них была подписана как «Секретарь».

Постучав в кабинет, Глеб заглянул в него с вопросом:

— Можно?

— Да, пожалуйста! — откликнулась молодая женщина чуть старше Глеба по возрасту.

Кабинет секретаря был проходной, видимо, специально для того, чтоб из него можно было попасть и в деканат, минуя коридор, и чтоб без хлопот войти или выйти в любое крыло здания.

— Вы по какому вопросу? — поинтересовалась дама, внимательно рассматривая лицо гостя.

— Я хотел узнать, как можно поступить в это учебное заведение.

— Прошу прощения, а вы откуда прибыли? Просто ваши глаза, они такие…

— А… глаза… Да! Глаза у меня, чтоб смотреть, ну, вы понимаете? — поинтересовался Глеб.

Мило улыбнувшись, секретарь ответила:

— Да, понимаю. Так откуда вы?

— Сполох-озеро.

— Оу, далеко. И как вы смогли добраться оттуда зимой?

— Вообще-то я вышел летом и уже полтора месяца как устроился в Кельне.

— Прекрасно! Я так понимаю, что у вас начальное образование исключительно домашнее?

— Верно.

— Ага. Значит, перед поступлением вы должны будете пройти аттестационную комиссию и определиться, на какой факультет поступаете.

— А какие варианты?

— Факультет естествознания, факультет изящных искусств и факультет гуманитарных предметов.

— А можно подробнее?

— Конечно. Естествознание — это природные науки о строении веществ, математика, физика, астрономия и другие схожие дисциплины. Гуманитарные предметы — это иностранные языки, письменность и литература, а изящные искусства — это рисунок, живопись, скульптура.

— Понял.

— Обучение в университете стоит двести солдов в год. Курс обучения рассчитан на три года.

— Каникулы?

— Да, трижды в год. Два месяца учитесь — месяц отдыхаете, два месяца учите — месяц отдыхаете. Летние месяцы целиком каникулы.

— Если я правильно посчитал, то у нас выходит оплата один золотой в день с человека?

— Вы проницательны. — признала секретарь.

— Это всё глаза. — пошутил Глеб.

— Я так и подумала.

— Получается, что образование в университете далеко не для всех?

— Увы. Но если вы самородок и имеете на руках какое-то изобретение, написанный гениальный роман или выдающееся полотно, то в образование таких людей империя готова вкладывать деньги.

— То есть, если я напишу популярную книгу, то смогу поступить на любой факультет?

— Нет, только на гуманитарный.

— А картина дает проход на факультет изящных искусств?

— Вы уловили принцип. — улыбнулась секретарь.

— Это всё глаза. — снова пошутил Глеб.

— Я так и думала.

— Хорошо. Если мы берём естествознание, то там много предметов. К примеру, я открыл новую звезду, и тогда что?

— Примите поздравления, но чтоб поступить на естествознание, нужно предложить более осязаемые вещи. Изобретения в области физики, химии, механики. Вывести формулу или доказать что-то ранее недоказанное. Понимаете?

— Да.

— У вас же глаза… — пошутила секретарь.

— Верно. А аттестационная комиссия?

— Последний месяц лета. Стоимость два солда.

— Им же приносить изобретение?

— У вас уже есть?

— Конечно. У меня ведь не только глаза. — улыбнулся Глеб.

— Я так и поняла. Назовите мне своё имя и фамилию и где вы проживаете?

— Только не говорите, что это вам нужно из-за глаз.

— Нет, что вы. — покраснев, смутилась секретарь. — Хотя, глаза у вас и вправду… Стоп, что я говорю. В общем, если у вас есть изобретение, то я должна вас взять на карандаш, чтоб если вы потеряетесь, ваши усилия не были утеряны для империи.

— Понял. Я живу в доходном доме у механической мастерской Рогозова.

— Поняла.

— Зовут меня Сполох.

— А Фамилия?

— Тоже Сполох.

— Удивительно.

— Да, очень удобно. — улыбнулся Глеб.

— А изобретение у вас?

— Механика.

— Хорошо, записала.

— Тогда я могу идти?

— Ну конечно. Ждём вас с нетерпением в конце лета.

— И вам всего доброго.

Он вышел из кабинета, а секретарь тихонечко выдохнула. Глаза этого парня просто сводили её с ума, и ей стоило неимоверных усилий удержать себя в рамках приличий.

***

Тратить такую кучу золота на учёбу откровенно не хотелось, и Глеб сразу решил слить университету что-нибудь из более продвинутого оружия. Проще всего было сделать пистолет, а если будет мало, то самозарядную винтовку или десантный карабин. Винтовка у него есть, от неё можно будет использовать ствол, ну, а купив револьвер, он сможет воспользоваться запчастями уже для пистолета.

Сложностей с изготовлением образцов он не видел, нужно будет просто выделить пару-тройку вечеров на изделие и может зайти в мастерскую к Рогозову, чтобы купить стали.

Выйдя на улицу, он вздохнул свежий морозный воздух. У него в запасе полгода, чтоб познакомиться с достижениями местных светил науки. Но пока у него было ещё одно дело.

Вернувшись в свою комнату, Глеб сменил парадную одежду на более простую и телепортировался на лёд озера, на котором появился в этом мире.

Снегу тут было по пояс, и это было хорошо. Раздвинув воздушным щитом снег до самого льда, он достал из хранилища маленький камушек и, коснувшись им льда, наложил на него «РопРопророрирроРро».

Хранилище моментально начало поглощать лёд и снег, отчего Вязов чуть не