За гранью иллюзии - Лев Жуковский

На условии становления Тали наложницей я обязывался взять на себя материальные траты и обеспечить их всем необходимым. Минусы были приличные, прокормить пять лишних ртов было недёшево, но и в принципе, не слишком уж обременительно для моего заработка. Из плюсов получал молодую, красивую, наверное, даже слишком красивую наложницу до конца моей не такой уж и длинной жизни.

С этого всё и началось, оказалось, каждому теперь хотелось высказать своё мнение старому рыцарю по поводу или привалившего счастья на старости лет, или неправдоподобности и невероятности случившегося. Вот и в этот раз пьяные воины решили обсудить фигуру моей наложницы, причём самым нелицеприятным образом. Несколько коротких сильных ударов по рёбрам, и можно расходиться или разлежаться, как в случае моих неудавшихся собутыльников.

Расплатившись и не портя легенду, пошатывающейся пьяной походкой пошаркал домой. Путь был не близкий. Свой дом я купил практически на самой окраине нашего города, ещё будучи молодым и амбициозным, во всяком случае, мне тогда казалось именно так.

Почти час, медленно хромая и баюкая якобы «раненую» правую руку, мне пришлось добираться в свой родной уголок. Ворот моего дома я достиг уже в сумерках, поэтому решил снять шлем и повесить его на пояс. И посмотрел на мир вокруг с помощью дополнительных глаз тьмы. Да, этот навык стоил того, чтобы рискнуть. Мне были видны мелкие жуки, копошившиеся в конце квартала, и сосед, сидящий у своего двора почти в пятистах метрах от меня, даже лучше, чем днём. Повернувшись к калитке, я начал стучать и грубым пьяным голосом орать:

— Тали, где тебя носит, открывай, ТАЛИ!

А сам смотрел через стальные решетки калитки на свой дом, и в душе разливалось тепло. Сколько средств я вложил в него! Каменный забор, стены дома тоже из хорошо обтёсанного камня, а ведь он был не меньше двадцати метров в длину. Добротные деревянные двери, огромный подвал, не уступающий по площади основным помещениям на первом этаже. И за всё в своём доме я платил кровью, когда собственной, но чаще всего чужой. Сколько жизней он стоил, сколько погибло и отдало свои Эрги за комфорт, которым я себя окружил. На этих печальных мыслях, а они посещали меня в последнее время всё чаще, наверное, действительно старею, калитка открылась.

— Господин, простите, — растрёпанные волосы, широко открытые глаза, — я была в подвале, не сразу услышала, простите, господин!

— Ещё раз заставишь меня ждать, выброшу тебя на улицу вместе с твоими щенками! — проорал я пьяным голосом в ответ и толкнул её во двор на землю.

После чего пьяной, неуверенной походкой поковылял в дом. А сам тем временем думал, что даже масляных ламп у меня на входе в дом больше, чем, наверное, во всех ближайших халупах вокруг вместе взятых. Я никогда не экономил на этом, мне казалось, что это создавало особый уют, когда в тенях тебе освещается путь домой. Тали тем временем поднялась с земли, закрыла калитку и посеменила чуть позади меня. Мы зашли в дом, дети находились в дальней гостиной, их практически не было слышно. Но моё усилившееся восприятие теперь позволяло различать даже такие тихие звуки. Не останавливаясь, я сразу спустился в подвал. Там у меня были личные комнаты за укреплённой массивной железной дверью. Когда мы зашли, я закрыл её на тяжёлый засов.

— Рассказывай, Тали, как дела вообще. Что происходило, пока меня не было, ну и по нашей проблеме? — сказал я с теплотой в голосе, уже сидя в любимом кресле за столом. Конечно, мебель не была очень дорогой, но и откровенно плохих вещей я никогда не покупал.

— Господин, малыш Рю приболел, и я водила его к лекарю, поэтому потратила в этом месяце немного больше, — сказала она, глядя в пол и потирая ушибленное плечо.

— Сколько раз тебе говорил тренироваться, почему упала, как мешок с картошкой, ещё и плечо повредила? — бросил я раздражённо. — Что тебе мешало повторять мои комплексы на тренировочной площадке?

— Господин, я тренируюсь, правда! Просто вы толкнули слишком неожиданно, — понурила она голову и слегка всхлипнула.

— Хорошо, это я проверю позже. Что в городе происходило, пока я был на задании?

— Господин, ходят слухи, что снова начали пропадать мелкие торговцы на трактах. Болтают в основном о северном направлении. Даже поговаривают о пропаже небольшого отряда наемников, но это всё на уровне базарных сплетен. Ещё говорят, что снег в этом году перекроет перевал на месяц раньше, но опять же, всё это слухи.

— Ладно, об этом можно поговорить и потом. Что по нашей наболевшей проблеме?

— Господин, Шаор рвёт и мечет, угрожает забрать одного из моих детей, а то и скормить его нурлам в лесах, — тут её голос дрогнул, и в свете ламп стало видно, как заблестели её глаза от слёз. Но она взяла себя в руки и продолжила. — Он говорит, что мне просто нравится греть вам постель и я намеренно тяну время, а вот его терпение уже на исходе!

— Прекрасно, всё складывается как нельзя лучше, — хищно улыбнулся я и спросил, — они в городе или ушли на промысел?

— Господин, сплетни о возвращении армии ещё вчера разошлись по всему городу, сегодня с утра приходил один из подручных Шаора, они ждут моего сигнала.

— Тали, сейчас же уведи детей к соседке до завтрашнего утра. Сегодня ночью будет очень шумно! — улыбнулся я в предвкушении невероятного удовольствия, но моя наложница поняла это по-своему.

— Господин, сегодня мне согреть вашу постель? — неуверенно произнесла она.

— Нет, Тали, я думал немного о другом, хотя это тоже хорошая идея, в ближайшем будущем я, скорее всего, не смогу уже толком расслабиться, — задумчиво произнёс я. — Отведи детей и через час спускайся ко мне. Организуй вкусный ужин, я буду очень голоден.

Тали развернулась и побежала выполнять мои поручения. Конечно, сейчас, судя по выражению её лица, она поняла меня превратно. Хотя обычно схватывает всё на лету. И думать умеет, а это редкость. Ведь уже через неделю нашего знакомства она сама рассказала, что её подложил в мою постель местечковый главарь бандитов Шаор. Он в нашей части города имеет некоторый вес. Да и банда у него уже тогда была немаленькая, около двадцати головорезов. Конечно, я понимал, что этих доходяг не разогнали стражники города только по причине их