Мир жизни и смерти 11 - Павел Михайлович Пуничев

болтов. Позу, в которой мне пришлось уламывать разошедшуюся Джессику на это, мне до сих пор стыдно вспоминать, но результат того стоил. Я их готовил на тот момент, когда мы пойдём гнобить удерживающих остров личей, но небольшую часть можно потратить и сейчас.

Практически все гномы предпочитали холодное оружие, и практически все они в большей или меньшей мере владели арбалетами. Те поделки, что мастерили Гриша с помощниками, они вертели в руках с плохо скрываемыми саркастическими улыбками на бородатых физиономиях, но никто из них от такого подарка не отказался, и сейчас все они стояли на стенах. Только один, особо могучего телосложения гном, похлопал чуть не рухнувшего на колени Григория по плечу, уводя куда-то в сторону кузни со словами типа:

— Пойдём покажу как их мастерить надо…

Плюсом к полусотне оставшихся на ногах гномов, добавилось такое же количество деревенских и сейчас они одним залпом спустили тетивы.

Попали не все, но большая часть стрел нашла свою быстро приближающуюся цель. После чего осталось только наблюдать. Первые три-четыре стрелы, которые такие гиганты даже не должны были заметить, снимали остатки щитов праха, и ещё несколько втыкались в гниющую плоть. У большинства мертвяков защита от стрел превышает девяносто пять процентов, однако не в этом случае. Волшебный состав начинает превращать плоть зомби в гниющий холодец с поразительной скоростью. Гнилостные пятна начали выступать на и так изуродованных телах, быстро расширяясь, пока поражённая плоть не переставала выдерживать своего веса, выплёскиваясь наружу отвратной жижей, вместе с выпадающими из ран стрелами, оставляя на телах зомби глубоченные ямы, хоть на месте мяса, хоть костей или потрохов. Обычного размера зомби просто распадались на куски после двух-трех попаданий. Здесь не хватило и десятка, хотя у меня язык бы не повернулся сказать, что атака прошла попусту. Пара гигантов, получивших особо много попаданий, начали складываться будто гармошки, так как удерживающей их плоти осталось слишком мало.

Один особо сообразительный, тот, что догадался начать вырывать из себя ядовитые жала, лишился рабочей руки, так как попавшая ему в плечо стрела сгноила его вместе с ключицами и лопаткой, после чего рука просто отвалилась, с мерзким хлюпаньем падая на землю. Получив ещё три стрелы в умную голову, он скоро лишился и её, свалившись безвольным кулём на землю, начав каменеть.

В итоге меньше всего урона получила четвёрка зомбаков, которая бежала впереди, прикрывшись телами своих павших товарищей. Ещё пара гигантских шагов и они добрались до отсечной черты, после которой начинали действовать большинство моих заклинаний. Я мог выбрать всё что угодно, но, естественно, мне хотелось попробовать Вал Огня, и я не стал себя сдерживать.

Я начал каст, чувствуя, как нагреваются кончики пальцев. От них к земле потянулись искристые лучи, которые бесследно впитались в почву, но, когда каст закончился, она короткой дугой, шагов десяти в длину, вспыхнула нестерпимым светом, быстро побежавшим вперёд, при этом стремительно расширяясь и поднимаясь в высоту. С каждым мгновением свет остановился всё тусклее, приобретая вид бушующего, кипящего огня, стремительно, со скоростью взбесившегося носорога, несущегося вперёд и в стороны. Облака пепла взметнулись до самых небес, а земля, кажется, прогорела на глубину в пару метров, превратившись в прах. Мне даже показалось, что остров вздрогнул, так как его хозяина и его нежную шкурку ошпарило кипятком, а огонь нёсся всё дальше и дальше, и добравшись до зомби, затопил их с головой и понесся дальше, постепенно опадая и исчезая. Гигантские зомби же по инерции продолжали бежать дальше. Вернее, уже не совсем зомби. Сверху они всё так же прикрывались телом своего собрата и рассмотреть их было сложно, а вот на нижней части тела никакого мяса уже не осталось. Лишь одни обугленные кости, светящиеся в ночной тьме мерцающими искорками затухающего огня. Шаг, другой и перегоревшие суставы подламываются и почерневшие туши падают на земь, взметая в воздух облака пепла и искр. Вокруг лишь тишина и сумрачный алый свет, льющийся с Кровавой Луны.

Броневой Бою

И снова здравствуйте, вы не могли бы там слегка ускориться? Мне через неделю из капсулы вылезать, был бы очень благодарен, если бы мы к тому времени с вами уже закончили.

— Погоди, не торопись, дай насладиться моментом.

— Надеюсь, ты хоть для этого момента себе симпатичного бойфренда нашёл, и вы там уложитесь в полторы минуты. Ночь, вообще-то, на дворе…

Дальше я написать не успел, так как окаменевшие трупы зомби вдруг начали взрываться, и взрываться с такой силой, что успей они добраться до ворот, тем бы сильно не поздоровилось. Да и так меня чуть не снесло с башни, порвав щёку крупным каменным осколком. Интересно что это за твари такие были при жизни, которые после смерти каменеют, а затем взрываются? Такие где-то здесь водятся или это индивидуальная придумка засранца Боя? Вспышка взрывов в ночной тьме были настолько ослепительными и громкими, что мне показалось, что мне выжгли глаза, а из ушей течёт кровь от разорвавшихся барабанных перепонок. Слава богу основные последствия взрыва взял на себя Дол, поэтому я, ещё не поднявшись с холодного настила башни, услышал хлопанье множества могучих крыл.

Поэтому, ещё даже не поднявшись на ноги, я начал накладывать на себя магические щиты. Ребята за нас взялись по-серьёзному, сейчас не до экономии маны:

— Воздушная атака! Всем стрельба по готовности!

На башнях и стенах вспыхнули магические прожекторы, крестя воздух своими подвижными лучами, выхватывая из темноты мощные силуэты грифонов, изящных пегасов, хищных и неуловимых стремительных виверн. И большое множество округлых предметов, падающих нам на головы. К большому сожалению нам не хватило материалов, чтобы достроить замок до пятого уровня. Этот рубеж давал бы нам возможность заключить его в силовое поле, которое срезало бы по десять тысяч единиц урона с каждого отдельного удара. Имея его, я бы сейчас волновался гораздо меньше, а сейчас придётся выкручиваться, пользуясь подручными средствами. Хорошо хоть, что гномы самые большие поклонники этого мира всяческих фейерверков, хотя, когда и где они успевают их запускать, если проводят в своих тесных пещерах девяносто девять процентов своего времени, мне непонятно. Вчера, пользуясь неожиданной передышкой, я трижды навестил их старейшин, завершив с ними жутко выгодную для них сделку. Я прям видел, как загорелись их глаза при виде моего золота, но деваться мне было некуда, и сделка свершилась. Впрочем, на необходимых мне модификациях я смог настоять и это главное.

Крах! Рядом о стену разбился здоровый кувшин, расплескав мне под ноги целое озеро горящего масла, ещё пара расплескалась о поднятые