Эльфийский сыр - Екатерина Насута

Мгновенье. Сообщение ушло. Иннокентий убрал дрожащую руку с клавиатуры и выдохнул. Если ответит… А если нет?

Но Крига ответил.

«?».

Ну да, кто в здравом уме признает, что ломал базу и вносил в нее изменения. И… нет, ошибки быть не может. У Криги почерк очень уж характерный. Так что он это. Иннокентий выдохнул и написал дальше:

«Передай князю, что хочу сотрудничать. Не выдам. Лови. Начало».

И ссылку на спецоблако с паролем к нему.

Первого пакета хватит, чтобы его, Иннокентия, похоронить, если он ошибся… если…

Молчание.

И Крига мигнул, исчезая. И… все?

Иннокентий молча закрыл глаза. Может, позвонить маме? Сказать, чтобы уехала куда… Ключ от банковской ячейки у нее хранится. Там деньги. Прилично. Хватит на пару месяцев где-нибудь у моря. А там… не станет Иннокентия, глядишь, и их не тронут.

Позабудут.

Да и… скоро станет не до мамы с сестрой.

Мигнул экран. И высветил сообщение от Криги.

«Взамен?»

Дышать стало легче.

«Защита. Родные».

«Сбрасывай».

Пальцы задрожали и на левой мелко, часто задергались. Дышать и то легче стало… Иннокентий быстро набрал имена, даты рождения и адреса. И телефоны, хотя, конечно, Крига и сам бы достал, с его-то возможностями.

«Спрячь».

«Тебя?»

И его бы…

«Я по уши. Не выйдет. Зачистят».

Сегодня или завтра. Или когда маму с сестрой выведут… За ними же приглядывают. Иннокентий каждую неделю снимки получает. Доказательства. Но… пускай.

Смайл.

И ответное:

«Разберемся. Когда сможешь на связь? Скину по родным».

Дрожь в пальцах не унималась, а сердце колотилось быстро-быстро.

«Вечером. Босс занят будет. Выйду».

Тишина.

И…

«Береги себя».

Надо же… Почему-то от пары этих слов, написанных человеком, которого Иннокентий знать не знал, стало горько и больно, и в горле ком застрял. И хотелось плакать, а не выходило, потому он просто сидел и моргал, часто-часто…

Вечером…

Надо успокоиться. И зарядить пару ссылок с отложенной отправкой. Хранилища другие, но надежные. Даже если Иннокентий до вечера не дотянет – мало ли, что случится, – ссылки уйдут. И информация. И там… там, глядишь, сумеют распорядиться.

– А чего я? – Залесский раскрыл пакет с чипсами. – Он сам полез…

– Вот так и сам?

– Ну… я младшенького страховал. И этот вон срисовался сразу. В городе еще. Следил… Я решил, признаться, что шпана какая… но больно уж борзый. За городом догнал и заявил, чтоб он ему рюкзак оставил. А как ему оставить, если рюкзак подотчетный?

– Мне Сольвенко весь мозг выест, если потеряю, – подал голос младший.

Рюкзак Залесский обнимал одной рукой, той самой, в которой пакет держал.

– И вообще…

Леший вздохнул.

Он успел засечь и возвращение Залесских, и появление огромного мужика, который попытался Залесского заломать.

Зря, конечно.

– Хочешь? – Залесский-младший предложил чипсов.

– Я хочу. – Ворон сунул руку и зачерпнул горсть. – Да ладно… ну полез, ну отгреб…

– Тревогу поднимет. – Леший поморщился.

– На нем маячки были. Я трогать и не стал. Так-то он все одно хрена с два вспомнит, что было. Что? Ну зачистил я его слегка. – Морок весело захрустел. – Решит, что споткнулся там. Или солнце в голову напекло.

Хорошо, если так. Но наглость, с которой действовали осляпкинские, удивляла.

А вот чипсы неплохие оказались.

С грибами.

Хотя Леший больше любил с зеленью и луком.

– В целом как?

Ругать Залесских смысла не было.

– Да… странно… нехорошо. Этот не один был. Таких вот, в кожанках, хватает… Главное, городишко небольшой. Полиции не видел, а вот этих, в кожанках, насчитал три дюжины, и это только на рынке. Зачем?

Хороший вопрос.

– А самое интересное, что люди такие вот… как мухи сонные… иначе не скажешь. И всем будто плевать на все. Только когда эти, в кожанках, подходят, они оживают. И боятся. Сильно.

Залесский-младший почесал щеку.

– Что делать будем, шеф?

– Ждать. – Леший прихлопнул очередного комара. – И жрать чипсы… и за лесом приглядывать, чтоб всякие не шарились, за полем… а там… там будет видно.

Он оскалился.

Поскольку тех, в кожанках, конечно, много… глядишь, и хватит душу отвести.

– Мое где? – Леший осмотрел добро, принесенное Залесским. Так как-то оно… не особо. – А то Данька заглянуть обещала… и корова опять же.

Он задумался, можно ли угощать коров шоколадом.

Потом потряс головой, решив, что лучше угостит шоколадом Даньку с Весняной, а заодно осторожно поинтересуется, не хочет ли Весняна отдохнуть где-нибудь на берегу моря, недельки там две или три, пока в этом гребаном городишке порядок не наведут.

И детям на море полезно.

Ворон говорил.

Маруся глядела на ожившего Петровича. Она давненько его таким довольным не видела. Он суетился, буквально сияя от счастья… и будто бы больше казался, выше, и в целом проскальзывало в нем что-то незнакомое.

– Хорошие ребята. – Тетушка Анна смотрела на эту суету с умилением. – Девочки порадуются…

– Девочки? – Здоровый парень, тащивший мимо огромный ящик, едва ли не больше его размером, запнулся и переспросил: – А тут девочки есть?

– Есть. – Анна прищурилась. – Племянницы мои… смотри, не обижай.

– Да вы что…

– А если которая по сердцу придется, то буду только рада… И не думайте, у меня девчата хорошие. Умные, красивые, хозяйственные… и не бесприданницы какие. За каждой корову дам.

– Теть Ань…

Кажется, парня перспектива получить в приданое корову не обрадовала. Он едва ящик не уронил. Правда, тотчас спохватился:

– Если она хоть вполовину как вы, то я и на стадо согласный!

– Самохвалов! – Рев рыжего заставил парня обернуться. – Ты куда потащил… сюда давай! И чтоб я вас…

– Идем, дорогая. – Тетушка Анна подхватила Марусю под руку. – Не надо мешать мужчинам…

– А куда мы их…

– А вот на сеновале. Или палатки поставят… сперва. Вечером девочки глянут… если повезет, то кого и приберут к себе.

– Теть Ань, но… это ж… из них доярки – как из меня эльфийская принцесса!

Сказала и осеклась, потому что принцесса там или нет, но что-то в эльфийском волшебном наряде было такого… эльфийского и волшебного. Причем этого волшебства хватило, чтобы сама Маруся стала себе же нравиться.

– Надо верить в людей, дорогая. – Тетушка тоже казалась довольной.

– Вот откуда они появились?

– Тебе что сказали?

– Родственники Сашки… Да какие они родственники! Посмотри, один белый, другой рыжий… те вовсе по лицам азиаты… мулат вон даже есть.

– Ой, дорогая, не тебе с твоей родословной придираться… может, они по состоянию души родственники. И вообще, чего ты боишься?

– Даже не знаю. – Маруся скрестила руки на груди. – У нас тут появилось три десятка бойцов с непонятными намерениями. Коров доить они собираются, как же… это больше на рейдерский захват