Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 - Юлия Алексеевна Фирсанова

Декан и ректор так синхронно промолчали под лавиной вопросов дракончика, что ответ «возможно» сам собой завис в разделе наиболее вероятных версий.

– Они же печать испортили, значит, остались единственными свидетелями фигур пророчества, а то и блюстителями, – глубокомысленно подтвердила Иоле и чуть-чуть покраснела, смущаясь от собственной храбрости. – Если кому память и стирать, то только им.

– Так, студенты, мы расследуем происшествие и разберемся, покушение это было или очередная выходка шутников, из-за которой они сами и пострадали. – Ректор решительно пресекла развертывающуюся дискуссию сыщиков-любителей. – Ваша задача – молчать о случившемся в башне, дабы не спугнуть врага, если он существует где-либо, кроме мира страшных фантазий. Ясно?

– Да, ректор Шаортан, – ответил за всех староста. Строгий взгляд дракессы держал ценных свидетелей до тех пор, пока каждый не кивнул (Яна), сжал кулак (Хаг), скрутил двойную фигу (Лис), высунула язык (Иоле) в знак понимания и обещания.

– Свободны, – вежливо отпустила компанию ректор и первой направилась к двери.

Однако застыла на пороге вместе с деканом. Подозрительный взгляд женщины был устремлен на вымытые Янкой плиты.

– Они сменили цвет. – Подозрение в голосе ректора было нешуточным. – Остальные камни на площади остались прежними.

– Потому что я мыла только эти, – не дала развиться версии о великом заговоре землянка.

– Это что ж, выходит, на нашей площади все плиты из желтого камня? – поразился декан, потирая свой длинный нос. – Сколько раз поручал их мыть, цвет не менялся.

– Если тряпкой воду возить, въевшуюся грязь и пыль не отмыть, порошком надо, – вежливо объяснила девушка элементарные правила уборки, непостижимые для великих умов преподавательского состава академии и нерадивых студентов. Глумливое, пусть и немного нервическое хихиканье Лиса сопровождало сии откровения.

– Учтем, инструкцию напишем, – благодарно кивнула дракесса и окинула площадь взглядом, обещающим будущим штрафникам-студенткам массу незабываемых минут отработки на свежем воздухе, а старым плиткам исторической площади постепенное приведение к изначально-желтому цвету. Уж дейсор-то об этом точно позаботится!

Преподаватели направились к административному корпусу. Возможно, собирались провести экстренное совещание или именно там ждать вестей от лекаря. Результаты проверки памяти Картена и Максимуса могли изменить многое или не дать ничего.

Глава 12

Следствие ведут… или Первые подозреваемые

– Куда мы сейчас? – поставил вопрос ребром тролль, едва студенты остались на площади в одиночестве.

– Лично я ужинать, – в унисон бурчанию живота объявила проголодавшаяся после работы и волнений Янка.

– Отличная идея! Айда в столовую, – не дурак лишний раз пожрать, согласился Лис и азартно предложил: – Заодно обсудим, как будем искать преступника.

– Нам же запретили! – нахмурилась встревоженная Иоле.

– Не-не-нет, Полосочка, – помахал пальцем перед носом девушки блондинчик и процитировал: – Нам всего лишь велели молчать о случившемся в башне!

– Почему Полосочка? – удивилась прозвищу девушка.

– По волосам. Меня вон Яна вообще Лисом обозвала, я же не плачу, – выдал вполне логичное объяснение дракончик. – Ну так будем искать-то, а? Это же интересно!

– В первую очередь это может быть опасно, – громким шепотом наставительно возразил Стефаль. Причем было видно, как тяжело дается эльфу роль здравомыслящего старшего товарища. Зеленые глаза посверкивали, и даже одно ухо подергивалось. Старосте до зуда хотелось отложить поднадоевшие нудные обязанности и ввязаться в какую-нибудь авантюру. Особенно если ввязываться придется в компании девушки, чьи пышные формы, отличные от стройно-тощих эльфиек, произвели на скучающего представителя Дивного народа неизгладимое впечатление.

– С чего бы? Мы рисковать не будем, попробуем только втихую чего-нибудь разнюхать, а если получится, сразу декана позовем, – принялся убеждать компанию Лис, скача вокруг друзей. – Решайтесь же! Чего вы такие скучные?!

– М-да, если звать ректора, то как бы она тебя на сотню маленьких дракончиков не порвала за нарушение не буквы, но духа запрета, – резюмировал Хаг и снова почесал затылок. Он являл собой воплощение знаменитой поговорки «и хочется, и колется».

– Если только разнюхать… – начала сомневаться Латте, поддаваясь на провокацию. В кои-то веки, впервые за целый год обучения, ее приняли в компанию не для того, чтобы дала списать сложную контрольную, а просто так. Юной ифринг все было интересно не меньше, чем Лису.

– Думаю, первым делом стоит составить список учащихся с кровью горгон и василисков, обучающихся в академии, и понаблюдать за каждым. Если получится, осторожно побеседовать, – предложил Стефаль, давая тем самым согласие на авантюру. – У меня как у старосты есть допуск к картотеке в архиве академии. Я смогу разузнать про нужных нам студентов.

– Дело, – сдался наконец и Хаг. Его уговорил логичный и относительно безобидный план действий.

– Эй, Янка, ты с нами? – пристал к подруге Машьелис.

– Это может быть опасно, – нахмурилась девушка и недоуменно выпалила: – Слушай, Лис, ты такой странный! То тени шарахаешься, то в следующую минуту в рисковое дело ввязаться готов. Не пойму я тебя.

– Я знаю, что трус! Когда ты еще толком ходить не умеешь, а при тебе родителям глотки режут и тебе череп грозят о стенку размозжить, сложно остаться храбрым, – с отчаянной яростью выкрикнул белый как смерть Машьелис. Он отскочил от компании, нервно сжав кулаки, тощая грудь ходила ходуном. Парень почти задыхался, готовясь обрушить на собеседников волну проклятий. Но не вышло.

Янка охнула и, шагнув к дракончику, обняла его, прижала к себе крепко-крепко, насколько хватало сил русской девицы из тех, о которых еще классик писал, что они есть в селениях.

– Ты… ты чего? – неожиданно тонко пискнул полузадушенный, смущенный, дезориентированный блондин, разом утративший весь запал.

Вздохнув всей грудью, Яна, покачивая друга в объятиях, проникновенно и как-то напевно, что ли, заговорила:

– Сочувствую я тебе и уважаю. Вот. У меня-то родители есть, дядьки, тетки, племянники, бабушка, а ты почти одинок. И такого страха маленьким натерпелся, что мне и представить невозможно. Но ты не трус, ты храбрый, у тебя это… у нас психологическая травма называют… а ты не сдаешься, со страхами борешься. Боишься, а все равно делаешь. Ты – молодец! Не тот храбр, кто страха не знал, а тот, кто поперек его шел! Так мой папка мне сказал, когда я гадюки в лесу до икоты испугалась.

– Это точно! Уважаю! Молодца! – нарочито грубовато поддакнул тролль и саданул дракончика по свободному от богатырских объятий Яны плечу.

Что-то хрустнуло. Лис жалобно пискнул и взмолился:

– Спасибо, конечно, ей-ей, Первый Дракон свидетель, я тронут, только если меня еще кто-то из вас зауважал, умоляю, не надо темпераментных признаний. Еще одно, и я не дойду на своих двоих до столовой.

– Мы не будем, – хихикнула Иоле, прикрыв ротик ладошкой.

– Но ты знай, мы тебя все равно уважаем, – по-доброму и вполне