Книги Земноморья - Урсула К. Ле Гуин

– Ага! – только и сказал он.

– Ах, мой дорогой! – воскликнула Тенар и пробежала последние несколько шагов, пока он, шагнув ей навстречу, не подхватил ее.

Ох как она устала! И была страшно рада просто посидеть с Гедом на крыльце, попивая отличное вино, сделанное Спарком, глядя, как заря ранней осени из красноватой становится золотистой, разливаясь над всем западным краем неба.

– Как же мне все сразу тебе рассказать? – озадаченно спросила она.

– А ты рассказывай задом наперед, – предложил он.

– Хорошо. Я попробую. Они хотели, чтобы я осталась еще, но я заявила им, что мне пора домой. Там еще состоялось заседание Совета, знаешь, Королевского. По поводу помолвки. Будет великолепная свадьба, и нас приглашали, но вряд ли я туда поеду. Ведь по-настоящему-то они уже поженились. Когда были обручены Кольцом Эльфарран. Нашим с тобой Кольцом!

Гед посмотрел на нее и улыбнулся – своей широкой и очень доброй улыбкой, которой, как считала Тенар (хотя, может быть, она была и не права), никто, кроме нее, никогда больше на его лице не видел.

– Да? – подбодрил он ее. – А дальше?

– Лебаннен пришел и встал вот так, смотри: слева от меня, а Сесеракх – справа. И все мы стояли перед троном Морреда. И я высоко подняла Кольцо. В точности как когда мы привезли его в Хавнор, помнишь? Еще солнце тогда так ярко светило… Лебаннен взял Кольцо и поцеловал его и снова отдал мне. И я надела его на руку принцессы, и оно легко так наделось, а ведь Сесеракх – женщина довольно крупная! Ох, тебе бы посмотреть на нее, Гед! Какая она красавица, настоящая львица! Лебаннен встретил наконец достойную подругу… Ну и тут все закричали. А потом начались всякие праздники и тому подобное. И я смогла наконец уехать.

– Продолжай.

– Задом наперед?

– Да.

– Хорошо. А перед этим был Рок.

– Рок – это всегда непросто.

– Да уж.

Они помолчали, попивая красное вино.

– Расскажи мне о Путеводителе.

Она улыбнулась:

– Сесеракх называет его «воином». Она говорит, что только настоящий воин может влюбиться в дракона.

– Кто пошел за ним в сухую страну – в ту ночь?

– Он, как и все мы, последовал за Олдером.

– Ага? – сказал Гед с удивлением и явным удовлетворением.

– За Олдером пошли не только Мастера. И Лебаннен, и Ириан…

– И Техану.

Она промолчала.

– Она вышла из дома первой, – снова заговорила Тенар. – А когда вышла я, ее уж не видно было… – Она снова долго молчала. – А потом Азвер видел ее. На заре. Она парила на крыльях иного ветра!

Воцарилось молчание.

– И они все улетели. Больше не осталось драконов ни на Хавноре, ни на западных островах. Оникс сказал: раз темная страна и все, кто там находился, вновь воссоединились с миром света, то и драконы получили обратно свое царство.

– Итак, мы разрушили наш мир, чтобы сделать его целым, – промолвил Гед.

Она кивнула. Они снова долго молчали, потом Тенар сказала очень тихо:

– Путеводитель верит, что Ириан вернется в Рощу, если он позовет ее.

Гед ничего не сказал; они снова помолчали, и вдруг он воскликнул:

– Смотри-ка вон туда, Тенар!

Она посмотрела, куда он показывал, – в затянутую дымкой западную сторону морского простора.

– Если она прилетит, то только оттуда, – сказал Гед. – А если и не прилетит, то мы будем знать, что она там.

Тенар кивнула.

– Я знаю. – Глаза ее были полны слез. – Лебаннен спел мне одну песенку, когда мы плыли на корабле, возвращаясь в Хавнор. – Петь она не могла, она лишь прошептала слова: – «О радость моя! Лети, будь свободна!..»

Гед отвернулся и долго смотрел на темный, поросший лесом склон горы.

– Скажи, – спросила Тенар, – а что ты делал, пока меня не было?

– За домом присматривал.

– А в лес ходил?

– Пока еще нет, но собираюсь, – сказал Гед.

Послесловие

Ну вот, наконец впервые на английском все истории о Земноморье расположились в правильном порядке. Я очень благодарна издателям и редакторам, трудившимся над выпуском столь объемного издания, дающего читателям возможность убедиться, что все это некое единое произведение.

Шесть книг о Земноморье публиковались в течение тридцати одного года четырьмя различными издательствами, где они выходили в твердой обложке; кроме того, появилось немало изданий в мягкой обложке. У нас «Земноморье» по-прежнему называют трилогией, хотя уже с 1990 года это отнюдь не трилогия; в Англии один издатель назвал романы о Земноморье квартетом, а другой и вовсе поменял пятую и шестую книги местами, словно это никакого значения не имеет.

Я же воспринимаю эти книги не как трилогию или даже секстет, не как некий сериал или цикл, а просто как истории о Земноморье. Если же мы должны использовать некую специальную, чисто техническую терминологию и если фантастические произведения должны появляться тройками, то, может быть, стоило бы использовать множественное число и назвать это «Трилогии о Земноморье»? Это, по крайней мере, послужило бы подтверждением существенного отличия трех первых книг от трех последних.

Согласно дефинициям рынка, первые три романа о Земноморье относятся к категории YA (young adult), т. е. для детей и юношества, а последние три таковыми не являются. Категория YA, однако, как и большая часть подобных рыночных категорий, на самом деле ничего не определяет; сюда можно отнести только те книги, которые написаны специально в угоду детским издательствам. В этой категории главные герои – непременно дети или подростки. Но является ли, например, «Ромео и Джульетта» произведением для детей и юношества? И следует ли «Гекльберри Финна» читать только ровесникам Гека? Да, по просьбе издателя я написала «Волшебника Земноморья» как книгу для юных читателей. Да, в двух последующих книгах главные герои также достаточно молоды – в полном соответствии с категорией YA: в конце «Волшебника» Геду всего девятнадцать, а Тенар и Аррен и в конце посвященных им книг этого возраста не достигают.

Однако в «Гробницах Атуана» Геду уже лет тридцать, а в третьем романе, «На последнем берегу», его и пожилым, пожалуй, можно назвать. И наконец, в «Техану» я решила окончательно разорвать оковы категории YA, сказав себе: «Совершенно не важно, в каком возрасте люди читают фантастику и она им нравится, – как не важно и каков возраст главного героя того или иного произведения». Девятилетний человек впервые читает «Властелина Колец», восьмидесятидевятилетний – в пятый раз «Алису в Стране чудес». Я хочу прожить вместе с моими героями всю их жизнь от начала и до конца,