Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

— Есть!

Инь Юй находился на краю отчаяния и совсем не соображал, что творит — закрыв лицо, он взревел:

— Уходим! Скорее, уходим! Снимай одеяние!

Цюань Ичжэнь, глядя в пустоту, нёсся вперёд и на бегу снимал доспех. Но тут их неожиданно окружили служащие Богов Войны, которые направились к Цюань Ичжэню. Видя, что кто-то мешает ему исполнять приказ, Цюань Ичжэнь сверкнул свирепым взглядом и пустил в ход кулаки — более десяти небесных чиновников сразу стали для него мишенями, в которых он проделал дыры!

— А-А-А-А-А! В чертогах Верхних Небес… в чертогах Верхних Небес учинили смертоубийство!!!

Посреди поднявшегося крика и летящих во все стороны кровавых брызг Инь Юй застыл, бледный словно мертвец. В белизне лица с ним могла потягаться разве что Линвэнь.

Он никак не ожидал, что Божество парчовых одежд окажется настолько сильным, настолько зловредным! Положение совершенно вышло из-под контроля.

Разве небесные чиновники низшего уровня, первыми бросившиеся в бой, смогли бы выдержать удар Цюань Ичжэня? Их ждала мгновенная смерть. Видя, что дело приняло крайне серьёзный оборот, Фэн Синь, Пэй Су и Лан Цяньцю немедля оказались перед Цюань Ичжэнем, готовые атаковать.

Инь Юй воскликнул:

— Отойдите! Не трогайте его! Он больше не будет убивать!

Если не мешать Цюань Ичжэню исполнить приказ, он никому не причинит вреда. Но ведь уже пострадало более десяти небесных служащих, как позволить ему и дальше творить что вздумается? Разумеется, никто не поверил Инь Юю. Окажись на его месте другой, способный вовремя отреагировать и не запаниковать в критический момент, он бы тут же отдал приказ «лечь на землю, сдаться и не двигаться», но всё произошло чересчур быстро — за какие-то мгновения. Инь Юй, вероятно, ещё никогда не участвовал в подобных стычках, к тому же пребывал в полном смятении, и потому совершенно не понимал, что ему делать — совершив одну ошибку, он начал ошибаться раз за разом. Покуда он стоял в растерянности, за его спиной возник Му Цин со словами:

— Сбежать решил?

Тут Инь Юй обнаружил, что тоже бежит куда глаза глядят, потому немедля остановился и попытался объясниться:

— Я не…

Но Му Цин, не собираясь слушать, заломил ему руки за спину. Се Лянь услышал отчётливый хруст, а лицо Инь Юя исказилось от боли.

Он сам, будучи Богом Войны, оказался схвачен другим, более сильным Богом Войны — поистине двойной удар, как физический, так и моральный.

Тем временем Пэй Мин, который не присоединился к битве и стоял в стороне, задал вопрос:

— Почему мне кажется, что его боевая мощь немало возросла?

Он говорил о Цюань Ичжэне. Ну разумеется! Ведь он и без того прекрасно дрался, а с Божеством парчовых одежд его навыки сражения улучшились по меньшей мере вполовину. Если другие Боги Войны выступали против него в одиночку, на самом деле получалось двое на одного — вовсе не по справедливости. Однако об этом никто не подозревал, и всем было неловко атаковать Цюань Ичжэня толпой — позора ведь не оберёшься! В разгаре схватки Цюань Ичжэнь, весь в крови, выбежал на главную улицу столицы бессмертных и вдруг увидел дворец, в который и бросился сломя голову.

Послышались крики:

— Он вбежал во дворец Иньюя!

Инь Юй отдал ему приказ «уходить», но не сказал, куда именно, поэтому Цюань Ичжэнь сам выбрал дорогу. За ним устремились и Боги Войны. Но пока остальные, пребывая в ясном сознании, старались не покалечить Цюань Ичжэня, тот, невзирая ни на что, насмерть бился со всеми, кто пытался его удержать. И Боги Войны разгневались.

— Мальчишка слишком опасен, уложим его, а там разберёмся! — заорал Фэн Синь.

Все давно вознамерились именно так и поступить, а стоило ему крикнуть, перестали сдерживаться, набросились всем скопом и приступили к избиению. Вихри их мечей, ударная сила их ладоней, пинки и тумаки вмиг обрушили половину дворца, который уже затронуло дыхание времени!

Инь Юй же, пленённый Му Цином, видя, как собственный дворец страдает от беспорядочной битвы, широко округлил глаза и закричал:

— Прекратите сражаться!

Другие Боги Войны никак не отреагировали на крик, а вот Цюань Ичжэнь, получив приказ, вдруг опустил руки. Теперь-то ему досталось — все тумаки и пинки, сабли и мечи разом обрушились на него дождём — ещё одна печальная картина!

Клинок тяжёлого меча Лан Цяньцю, который тот не успел остановить, одним махом вошёл в плечо Цюань Ичжэню. К счастью, меч по своему типу не нуждался в острой заточке, да к тому же хозяин немедля прекратил атаку, лишь благодаря этому Цюань Ичжэня не разрубило на две половины.

— Прекратите, кажется, он не может пошевелиться! — воскликнул Лан Цяньцю.

Фэн Синь, стирая кровь с лица, бросил:

— Вот ведь напасть, успокоился наконец!

Цюань Ичжэнь лежал на земле, вытянувшись в струнку, будто его связали по рукам и ногам. Му Цин тем временем опутал запястья Инь Юя божественной верёвкой и отпустил. Тот, не замечая ничего вокруг, осел на землю и оцепенело уставился на разрушенный дворец. Его взгляд сделал круг по дворцу и вернулся к Цюань Ичжэню, который оказался на удивление живучим: избитый несколькими Богами Войны почти до неузнаваемости, он пролежал совсем немного, после чего вдруг опять сел прямо и растерянно спросил:

— Что случилось?

Боги Войны, разгневанные им до полусмерти, хором крикнули:

— Ты угодил в серьёзный переплёт!

Линвэнь, которая неотступно следовала за погоней, наконец смогла выдохнуть. Всё ещё бледная, она еле нашла в себе силы, чтобы отдать приказ в сети духовного общения, приложив два пальца к виску:

— Лекари, необходима помощь!

Цюань Ичжэнь, всё ещё недоумевая, обернулся и увидел Инь Юя, который осел на землю. Шиди тут же поднялся, словно хотел помочь шисюну встать. Инь Юй, глядя на совершенно ничего не понимающего Цюань Ичжэня и собственный дворец, разрушенный до неузнаваемости, безмолвствовал. При этом черты его лица едва заметно исказились, словно мышцы свело судорогой.

Цюань Ичжэнь, не ведая, что произошло, обратился к нему:

— Шисюн, что с тобой?

Инь Юй вдруг коротко хохотнул, словно потерял разум, его глаза налились кровью, он закричал:

— Цюань Ичжэнь, почему бы тебе просто не умереть? Умри, сделай милость!

Услышав подобное, Се Лянь, как и все присутствующие небожители, округлил глаза. Цюань Ичжэнь получил приказ и без раздумий приступил к выполнению: поднял оброненный кем-то меч, одной рукой схватил себя за волосы, другой же приставил лезвие к собственному горлу.

Стоило ему схватить оружие, как Боги Войны отпрянули на несколько десятков чжанов, решив, что далее последует внезапная атака. Никто не ожидал, что Цюань Ичжэнь