А это точно боярка? Том 3 - Ива Лебедева

— Надо акулу поймать… китовую, — неожиданно поддержал котика русал. — Говорят, ее плавники очень полезны для мужчин! Или тигра. Самца покрупнее. Его железы… кхм.

— Может, лучше банальных устриц и шоколада? — хохотнула я, чуть ерзая на теплом и расслабленном, чтобы устроиться поудобнее.

— Барышня, вы голодные? — раздалось из-за двери голосом Ильи, который просто идеально подгадал время.

— Очень! — хором взвыл из-под меня дракон. — Страшно голодные! Спасите!

— Неудивительно. Почти шесть часов на ковре занимаетесь тяжелыми физическими нагрузками. Хорошо хоть с перерывами на сон. — Зайчик вошел с подносом и пледом, который сам летел от двери и укутал прицельно меня. — Барышня, я вас сейчас переложу на диван, не напрягайтесь. А вы, княжич, если хотите есть, вставайте и бегом в душ.

— И здесь дискриминация! — возмутился Горыныч, честно пытаясь соскрестись с ковра.

— Где вы увидели дискриминацию? Я вам даже шею не сломал, и ваше сердце еще на месте. Для моего вида это неслыханная благосклонность в подобной ситуации, — с искренним удивлением ответил зайчик.

— С моей шеей она и без тебя справилась! Чуть все три головы не открутила. Ох…

— Домашний костюм на пуфе слева от двери в ту ванную, что средней тяжести, — спокойно уведомил Илья, глядя, как пьяно покачивается кое-как поднявшийся на ноги змей. — В бассейн лучше не ходите, мне некогда вас от дна отскребать, надо позаботиться о любимой… хозяйке. И в тяжелую степень тоже не лезьте, у вас не хватит сил мыть кафель после купания. Так что средняя ванная. Бегом, если хотите успеть на ужин.

— Ты издеваешься⁈ Какое бегом⁈ У меня ноги разъезжаются!

Услышав эту фразу, я недоуменно расширила глаза. Эх, совсем забыла, что попала не куда-нибудь, а в боярку. По закону жанра главный герой в таких произведениях всегда укатывает наложниц до состояния нестояния. Сколько бы их у него ни было. Но вот того, что эта фишка сработает на мне, никогда даже не предполагала. Тем более что мальчики у меня не только уникальные, но и очень сильные.

Илья тем временем справился с нестоянием змея очень просто и очень по-своему:

— Телячье жаркое в сливочном соусе. Пирог с языком. Форель с пряными травами. Апельсиново-шоколадный торт. Горячий чай сорта «императорская наложница».

— У-у-у-у! Я мигом!

— Низко полетел, — прокомментировал Саша, осторожно обходя скомканный ковер и присаживаясь ко мне на диван. — К дождю.

— Разливайте чай, княжич, я пока поухаживаю за Надей. Ей тоже нужно в ванную.

— В тяжелую? — расслабленно хмыкнула я, опуская голову зайчику на плечо. А хорошо иметь гарем… даже в душ после секса тебя на руках отнесут. В тот самый, в который Горыныча не пустили. То есть в идеально чистую и отполированную до арктической белизны ванную котика-брюзги. Именно ее зайчик в наших внутригаремных разговорах именовал как «тяжелая степень гигиенического безумия».

— Барышня, вы хулиганка. — Илья отмывал меня так бережно, будто я хрупкая фарфоровая ваза времен династии Мин. — А еще вы меня, получается, жалели.

Последнее было сказано странным тоном. То ли задумчивым, то ли обиженным.

— Не поняла, ты недоволен остался? — Я сдула радужный мыльный пузырь с его носа.

— Неужели вы считаете меня слабее маленького дракона?

— Ты серьезно⁈ А ничего, что я вас хоть и люблю, но все же по-разному? Тебя вот гораздо нежнее. — Я мягко коснулась чужой щеки мокрой ладонью.

— Хм… не сильнее?

— Ты нарочно напрашиваешься на нечестный комплимент?

— Да. А что, не имею права? Я все же сид. Темный сид. А не просто пушистый зайчик.

— Ты заесид, — фыркнула я и поцеловала обиженного домового. Он так очаровательно надул нижнюю губу! Совсем не похоже на себя прежнего, строгого и холодного!

Ох, божечки-кошечки… а я точно готова к новому раунду? Что, прямо в ванной? А как же ужин?

— Барышня… я быстро…

— Что значит «быстро»⁈ Шутишь⁈ Ай! Черт! А это еще что такое⁈

Испугаешься тут. До полной потери игривого настроения. Потому что висевшая на периферии зрения системная табличка внезапно мигнула, демонстрируя цифры 00:00:00. И сразу перед глазами появилась новая. Темно-синяя в простой серебряной рамке.

Внимание!

Завершено исправление ошибки.

Просим прощения за ожидание.

Система 0000040 приветствует пользователя!

В качестве извинений за системный баг дарим вам алмазную коробочку нужных вещей. Предмет перемещен в инвентарь.

— Приветствую, пользователь, — раздался над головой холодный и полностью безэмоциональный голос. Чужой голос. Незнакомый.

Глава 41

Я ругаюсь матом

Я медленно подняла глаза к потолку и никого там не увидела. Только лаконично-синяя иконка приветствия.

— Немезис? — с надеждой спросила я в пустоту. Но пустота молчала. На разум начала медленно накатывать паника.

— Барышня? Что-то случилось? — насторожился зайчик, с опаской прислушиваясь к окружению. И видимо, он, в отличие от меня, никакого приветствия не слышал.

«Система 0000040 выносит пользователю предупреждение: согласно условиям игры, пользователь не имеет права раскрывать сущность системы посторонним юнитам. Иначе будет получен штраф, соразмерный разглашенной информации».

— Иди к черту! — У меня с перепугу за Немезиса все предохранители погорели разом.

«Данной функции не существует. Прошу уточнить запрос».

— Так, без паники, — успокаивать саму себя мне не впервой. Заодно и насторожившегося всего каменного зайца по ушам погладила. — Только без паники. Для начала это не посторонний юнит, у нас кровная связь на уровне душ.

«Это всего лишь условность игрового мира».

— Да хренушки! С прежней… с Немезисом у нас у обоих такая связь, мы друг другу уже совсем не посторонние и вообще женаты!

«Данная ошибка устранена. Наслаждайтесь игрой».

— Я тебе дам «устранена»! — Ну все. Паника отступила, трансформировавшись в знакомую уже собранную острую ярость. — Алярм, парни, у нас опять мужа пытаются украсть! На этот раз первого!

«Зафиксирована эмоциональная нестабильность игрока, активирована функция подавления».

Из пустоты в меня ударила волна холодного воздуха. И даже частично заморозила. Но на наше общее счастье мой крик привел-таки гарем в боевую готовность: Горыныч пришел на помощь прямо сквозь закрытую дверь ванной комнаты. Твердый дуб разлетелся в разные стороны, впиваясь в белый кафель, словно заостренная шрапнель. А волна «заморозки» ударила в другую стену, отклоненная от меня общими усилиями зайчика, дракона