Путь от змеиного хвоста - katss

перезванивает, как бы ни был занят. Но чё-т меня накрывает всё сильней. Уже вид веток из окна, подсвеченных уличными фонарями, расплывается. И в ушах шумит. Я ж ещё и из горяченной ванной…

— Ли-и-ис? — с подозрением позвал занервничавший малой, бросив настройку нового рубилова.

— Мм?

— Тебе нормально?… — раздался входящий, тоже с видео. Я широко улыбнулась:

— Уже да! — и ответила.

На экране виднелся голый, слегка взмыленный Макаров, весь вид которого просто вопил о том, что только что он занимался очень взрослыми делами. Фоном доносился шум воды.

— Привет, — зубасто ухмыльнулся не слишком довольный жизнью шеф. Хотя по идее, должно быть наоборот… Резко посерьёзнел:

— Что? — Меня продолжило накрывать. Уже изображение на экране "плясало", то растягиваясь, то сжимаясь… Тут его позвали со спины:

— Ну Серё-ё-ёж! Ну не зли-ись! Ну нельзя же так со мной! — у Макарова в одно мгновение лицо закаменело от ярости. Я, пошатнувшись, положила на всяк случай телефон на стол:

— Перезвони, как закончишь, — отключилась. Добрела до кресла и плюхнулась. Стены вокруг вытворяли просто что-то фантастическое. Особенно мне понравились привидевшиеся на месте нынешних старые бабушкины обои в какой-то полевой колокольчик…

— Ты как? — замаячило в зверски сузившейся зоне видимости нечто хтоническое. Тяжело сглотнула. Кажется, от меня шёл пар… Или дым?

— Нормально. Воды дай. — Второе чудовище, с голубоватыми отблесками на шкуре, принесло и ткнуло в руки обычную такую пластиковую бутылку. Я перевела взгляд с вполне человеческой ёмкости на совершенно нечеловеческую конечность, и гулко расхохоталась.

— Ты чего? — поинтересовалось третье чудище, голосом Луки.

— Пиздец вы страшные.

— Вообще-то это обидно, — заметил айсберг с глазами, чем вызвал ещё один приступ дикого ржача.

— Парни, у вас сейчас только голоса как у сирен, но вы же на вид просто помесь асуры с сурой!

— О чём это она? — озадаченно поинтересовался оживший кусок мглы. — С чего могли накрыть такие глюки? Да ещё и посреди стабильного, в целом, ранга?…

— А это не глюки, — усмехнулся третий выходец из ада. — Точнее, не совсем глюки.

Тут, наконец, зазвонил долгожданный телефон, — и я слегка заволновалась, как бы бедная железка сейчас выдержала в моих руках… И не прервалась связь.

Картинка немного шумела. Но Макаров на заднем сидении всё же был достаточно хорошо различим. Хотя глаза с вертикальными зрачками вызывали во мне противоречивые чувства…

— Привет, Йормунгард, — выдохнув, сглотнула, облизнула губы. Шеф слегка напрягся. Не любит старую кличку…

— Привет, Змейка, — но это не мешает продолжать меня поддразнивать, да? Ну ладно… Улыбнулась:

— Помнишь Журавлёва? — ненавистная нынче фамилия вышла с лёгким посвистом. Лёгкие сжимались, наверное, с силой производственного меха.

— Урод, — коротко отозвался СП, внимательно разглядывая моё отсутствующее выражение на лице.

— Сделай мне приятно.

— Насколько приятно?

— Вот прям совсем приятно, чтоб я оргазм словила.

— Ну, он будет почти взаимным, — усмехнулся прикуривающий на заднем шеф. — Сделаю.

— Спасибо.

— Угу. Передай телефон Славке.

— Да тут я, тут, — отозвался мелкий, щипцами для стейков сгребая у меня с колен девайс, на котором уже подозрительно размягчался пластик, и свалил от греха подальше на кухню. Плотно прикрыл дверь, они о чём-то там побубнели на два голоса…

Сверху внезапно донёсся Филя с Машенькиным грудным: "У-у! Е! Ты не слышишь меня-я, я не слышу тебя-я, Между нами беда, как хо-ло-да, зим-ни-е холода-а.…"

— Чтоб у вас там всё передохло и навернулось! — с искренней и неприкрытой злобой пожелала я. И обратила внимание на всё больше окутывающую тело сероватую дымку. Стрёмную такую, примерно как на луке этом, который из кровожадного Буратино, только гораздо более разреженную…

Через секунду, этажом выше — что-то тихо хлопнуло, затем бумкнуло. Филя с Машей всхрапнули и затихли. Следом раздался едва слышный скулёж.

— Надо же! — слегка удивился Арсеньев. — Ещё и ногу ей сломало. Вот уж не повезло, так не повезло…

— Лиск, у тебя два выходных, — уведомил выруливший с кухни мелкий. Тормознул. — Э-э… Ты вся серая, как твой лук, блин!

— Да, вижу… — соскребясь с качалки, пошаталась в ванну. — Не подходи. И найди мне новый смарт. Желательно такой же… или выше классом.

Докачалась как пьяная матросня. Зашла. Обратно в ванну, что ли, лечь? Так там уже вода вся ушла. А в холодную… а в холодную хреново. Хотя и в горячей тонуть не хочется. Правда я сейчас, поди, и кран-то сломаю, он не совсем из нержавейки… А потоп устраивать нельзя.

За спиной внезапно тихо закрылась дверь. На защёлку.

— Проваливай, — с трудом выдохнула, учуяв металл, капельку политый вереском. — Я в неадеквате.

— А я в нём вообще почти всегда, — философски пожал плечами, обтянутыми серой майкой, Игорь. Серой. Почти как я. Залипла, пока мозг крайне медленно обрабатывал какую-то скрытую задачу.

— …могу так благословить, что сама потом не расколдую. Уйди! — глаза закрывались. Кабы не бомбануло окончательно…

— Да плевать, — хмыкнул законченный самоубийца. И посоветовал. — Думай о хорошем, я могу исполнить.

Зашатало больше, схватилась за стиралку. Пластик дверцы — да, она была с верхним типом загрузки — потёк, смываясь под пальцами, как жир на огне. Чёрт. Теперь ещё и…

— Куплю завтра новую, — отмахнулся Арсеньев, садя меня на ещё не помятый кусок. — Если тебя так бесит эта майка, можешь рвать.

Ну не то, чтобы бесит…

Пока отвлеклась, начав прямо на нём распускать на ремки, этот чёртов псих зафиксировал крепко за плечи и принялся целовать… "Ну вообще мозгов нет!", — отстранённо подумала, на автомате цапнув не по дням борзеющее тело за язык…

И видно, хорошо так цапнула, потому что аж в горло просочилась пара капель чужой крови. И меня спасительно вырубило.

Глава 5

Очнулась, судя по темени за окном, глубокой ночью. Завёрнутая в халат, в тёплых носках и под пледом. Прям умилило. Сверху над головой что-то тихо щёлкало и немного светилось. Оглянулась. Выше на диване сидел Арсеньев, с явно левой техникой — исключительно навороченный ноут, толстый и здоровенный… По-моему, даже с защитным кожухом сверху. Экранирующим. И в чём-то ковырялся. Бросив короткий взгляд, пощупал мой влажный лоб.

— А где все? — хрипло поинтересовалась.

—