Анафема - Кери Лейк

- Есть идеи, кто это?

- Нет. Но я не должен тебе говорить, насколько это личное.

Торрин был влюблен в сестру Зевандера с тех пор, как она впервые привлекла внимание многих на церемонии становления — священном празднике, когда девочки переходили в женский пол. К счастью, он был достаточно мудр, чтобы не поддаваться своей растущей одержимости ею на протяжении многих лет, и вместо этого взял на себя роль ее тихого защитника.

Тот факт, что фламмеллианцы целенаправленно выбирали сексели, делал эту работу слишком привлекательной для Торрина, поскольку он знал, что Рикайя любила часто посещать бордели.

- И пусть он найдет его раньше меня. - Зевандер не стал рассказывать своим товарищам из Леталиш, что Рикайя подверглась огнепусканию. Он также не стал упоминать о своих сделках с Долионом, пытаясь снять проклятие. Или о том, что он испытал унижение, пытаясь вернуть последний камень.

Он предпочел бы забыть все это, но его сны стали более яркими за последние несколько ночей, с тех пор как он увидел ту девушку, и Зевандер устал просыпаться каждое утро с сильной болью в паху.

И все это из-за смертной.

Зевандер взял стакан с фервенци, который налил себе ранее, и допил его. - Мы с тобой справимся с этим заданием вдвоем.

Эта идея была нелепой, учитывая, с чем им предстояло столкнуться, и поднятые брови Казимира дали Зевандеру понять, что его брат думал то же самое. К сожалению, Зевандер не имел намерения выполнять приказ короля убить Долиона, и чем меньше людей знало об этом предательстве, тем лучше.

- Мы с тобой в одиночку справимся с Карнификанами? Не знаю, что хуже — твой запрос или приказ короля.

- Если Долион жив, как ты говоришь, то ему удалось самостоятельно пройти мимо Карнификанов. Они не особо покладистые люди.

Благодаря высокому уровню вивикантема, они были известны своей невероятной силой и ловкостью, их способности превосходили способности обычного магма. Или Леталиш, если на то пошло. Если бы их было больше, они, вероятно, довольно легко уничтожили бы императорскую гвардию короля. К счастью, большинство эфирийцев старались любой ценой избегать отравления вивикантемом.

- Не говори мне, что ты менее уверен в себе, чем пьяный старый маг.

- Кстати, не против, если я выпью?

Этот вопрос заставил Зевандера ухмыльнуться, но он все же передал графин с ликером и стакан.

Казимир опрокинул весь стакан, явно нервничая из-за перспективы в одиночку сразиться с карнификанами. - А что будет, если ты ошибешься? Что будет, когда нас значительно превзойдут по численности целая колония каннибалов?

- Мы быстро помолимся, а потом обделаемся.

- Не похоже на надежный запасной план.

- Я никогда не утверждал, что я большой стратег.

Казимир вздохнул и провел рукой по лицу. - Ладно. Я буду молчать. Быть съеденным заживо, наверное, не самый худший способ умереть.

- Не хочешь поделиться своим мнением о том, что может быть хуже?

- Член в мясорубке?

Зевандер нахмурился. - Мы постараемся избежать и того, и другого.

Кивнув, Казимир поднялся со стула. - Когда выходим?

- На лошадях добираться пять дней. На закате.

ГЛАВА 21 МАЭВИТ

Тихонько щелкнув ручкой, я открыла дверь сарая и заглянула в открытое темное пространство. Где-то в глубине раздался гротескный, хлюпающий звук, и я нахмурилась, ища Райвокса в темноте. Тихонько пробираясь к центру сарая, я следовала за этим ужасным шумом, вглядываясь в тусклом свете в поисках чего-нибудь движущегося.

Вдоль восточной стены стояла стопка сосновых ящиков, сделанных дядей Рифтином, которые ждали тел, хранящихся в морге. Как повезло Агате, что оба ее сына оказались искусными плотниками — один в работе с деревом, а другой в работе с телами.

Отвратительное воспоминание о губах дяди Феликса на груди Даниры вызвало дрожь, пробежавшую по моей спине.

В то же время под моей ногой хлюпнула мокрая масса.

Скривив губы в гримасе, я опустила взгляд на грязный пол, где розовый, мясистый холмик обволакивал мою туфлю. Наклонив голову, я осмотрела его, пытаясь представить, на что я могла смотреть, когда черная вспышка влетела слева и смахнула его конец, прежде чем снова скрыться в тени. Розовая масса тянулась за ней. Длинная. Блестящая.

Внутренности.

Я прижала тыльную сторону ладони ко рту, чтобы подавить кислоту, жгучую в горле, и на цыпочках подошла к его укрытию. Засунувшись в угол сарая, за стопкой ящиков, Райвокс сидел, сгорбившись, и тот отвратительный звук был громче, чем раньше. В поле моего зрения мелькнуло движение, и я обернулась, чтобы увидеть, как кишки ползут по земле в рот маленькому зверю. Взгляд на тушу показал полосатую голову того, кто, я была уверена, был любимым полосатым котом Агаты, Бакстером.

О, нет.

- Что ты наделал? — прошептала я, глядя на бедное, ничего не подозревающее существо. Не то чтобы я очень любила этого дикого маленького монстра, который разорвал мне ноги своими когтями, но если Агата заподозрит, что я имею какое-то отношение к его смерти, она, вероятно, разорвет меня своими когтями. - Птицы не едят кошек. Все наоборот.

Через несколько минут, прослушав эти влажные, жевательные звуки, маленькое убийственное существо споткнулось, явно переедая, и я оглянулась на отрезанную голову.

- Нет, нет. Ты не можешь это оставить. Ты должен съесть все целиком и больше никогда не есть домашних животных, понятно? Крысы в доме — это одно, но мы не едим домашних животных. - Я толкнула отрезанную голову к нему ногой, и отвращение заставило меня скрутиться в узел. - Ешь.

Райвокс подошел к голове кошки и впился зубами в ее бок.

Вместо того, чтобы откусить кусок, он пошатнулся в сторону и издал длинный стон, словно был слишком сыт, чтобы сделать еще один укус.

- Ты должен съесть это! Ты не можешь просто оставить голову ее кошки валяться, иначе следующей на полу будет моя голова! - Я снова подтолкнула голову к нему, но он оттолкнул ее когтем.

О, нет. Мне придется закопать эту чертову штуку, иначе она может ее найти. Хотя Агата редко заглядывала в сарай, она иногда туда заходила, бог знает зачем.

Сглотнув с трудом, я наклонилась, чтобы поднять голову с земли кончиками пальцев, избегая кровавых ниток мяса, свисавших под ней, и пошла к двери сарая. Один только вид головы вызвал у меня рвотный рефлекс, но я подавила