Собиратель Земель русских. Том 2 - Аргирис

–Храмовый остров. – изящный пальчик с ухоженным ноготком ткнул в нужную точку на карте. – Барнбар!

–Что? – нахохлился на своем насесте старый ворон.

–Объясни ка почему, вопреки твоим заверениям, египетские боги живы?

–Вроде как. – неуверенно произнес ворон, ежась под многообещающим взглядом своей хозяйки. – Я говорил погибли многие боги. Кто-то мог пережить крушение пантеона. Как Артемида с Афиной.

Неожиданно вместо всплеска гнева, царица резко успокоилась. Вновь посмотрев на разложенную на столе карту, женщина провела пальцем от храмового острова до бывшей столицы этой древней страны, Александрии.

–Пожалуй не стоит винить тебя в том, что кучка богинь пережили резню богов, отсидевшись на всеми богами забытом острове далеко на юге. Лучше скажи, что ты знаешь про эту троицу?

Взмахнув крыльями, ворон спустился со своего насеста и опустился на стол.

–Мало. Древний Египет хранит множество тайн. Даже язык этого народа известен мне лишь волей случая.

–Ты не рассказывал про это. – заметила Фира, подавив в себе удивление от нового кусочка в биографии своего фамильяра.

–Дела давно минувшей молодости. – неохотно отозвался Барнбар. – Молодым был, глупым и высокомерным. Слава деда затмила мне взор. Тогда моя жизнь длилась от пробуждения до сна. Никогда не задумывался о том, что будет завтра. И однажды я попался ловцам и меня продали египетскому жрецу. В то время имперская власть не трогала местное жречество пока оно выражало лояльность власти Рима. В том храме мне довелось прожить без малого сорок лет, многое узнал за это время, полезного и не очень. Среди ценного из того периода жизни я вынес знание местного языка и латыни. Вроде как даже кое-что о богах знаю. А потом началась последняя война между пантеонами, чем и воспользовались крестопоклоники. Мне удалось сбежать, жрецам нет.

–Забавная история. – хмыкнула царица, выслушав рассказ своего помощника, по-новому оглядывая своего мудрого, но немного трусливого фамильяра.

–Да как-то не очень. – проворчал ворон, зябко поведя крыльями.

–Лучше расскажи мне о тех богинях. Что-то же ты должен знать!

Взмахнув крыльями, старый ворон прошелся по столу, избегая вставать на карту.

–Если ошибок нет, то речь идет о богинях защитницах тела Осириса. Это такой древний бог египтян. Был мертв ещё до покорения Египта римлянами, зачем те сторожат его тело не знаю, может тот был их любимым родственником.

–Тело бога… - задумчиво протянула царица, погружаясь в свои мысли.

–Что? – переспросил не расслышавший её шепот ворон.

–Ничего. – отмахнулась царица, на время отодвигая появившуюся идею в сторону. – Продолжай.

–Кха. Шезметет богиня магии, чья власть распространялась не только в Египте, но и в Пунте. – и видя вопрос на лице женщины, пояснил. – Древняя земля южней Египта, храмы получали оттуда ладан и черное дерево. И длинномордых обезьян. Мерзких, тупых, агрессивных созданий.

–Обязательно закажу себе парочку. – с усмешкой пообещала Фира, наслаждаясь недовольным взглядом своего ворона.

–Так вот, Шезметет по слухам конфликтовала с Уаджет, одной из древнейших богинь и покровительниц Нижнего Египта. Далее Сехмет богиня с головой львицы. Война, яростная месть и палящее солнце — это её атрибуты. Из троицы она самая опасная, моё мнение. И Баст, она добрейшая из троицы. Покровитель деторождения, защитница от эпидемий и невзгод. Считалась покровительницей фараонов, пусть последнее после подчинения Египта уже не было важным. Римские императоры отказались от её покровительства. На этом мои знания кончаются, ничего более мне не известно. Храм, в котором меня держали был посвящён иным богам.

–Мне нужна информация. Всё что сможешь найти на этих богинь. Легенды, мифы. Слабости и сильные стороны. Есть ли у них свои культы или они лишь тень себя былых. Раздобудь её. Приступай.

Выразив своё недовольство взглядом, ворон взмахнув крыльями поднялся в воздух. Сделав круг по лаборатории он исчез в приоткрытом окне. Оставшаяся «наедине», стража за дверью не в счет, царица вернулась за стол погрузившись в размышления.

–Столько мыслей, столько идей. Однако ситуация слишком неоднозначна для единоличного решения, дождусь возвращения Владимира, тогда и примем решение. До того стоит отправить египетской группе больше людей. Вряд ли они сейчас хоть на что-то способны, после таких-то потерь.

Герцогство Франкония.

Отряд маркграфа Тюрингии остановился лагерем в дневном переходе от границы Руси. В центре лагеря, среди множества шалашей и костров, под охраной пары воинов стоял шатер, украшенный личным гербом маркграфа. Воины маркграфа готовили еду и занимались бытовыми делами готовясь к скорому отдыху. Тем временем, в шатре властителя Тюрингии между ним и его приближенными шло обсуждение планов на ближайшее будущее.

–Вскоре подойдут силы союзных графов, с ними прибудут несколько сотен воинов. – поделился со своими ближниками маркграф, крупный франк с склочной бородой рыжеватого цвета и проседью в грязных волосах каштанового цвета. – Соединившись с ними под Ноумбургом, мы вместе отправимся в поход против варварских племен славян.

–Господин, вы уверены в этом? – один из его приближенных, мелкий аристократ командующий рыцарским копьем, своим и трех своих вассалов. – Нападать на эту страну, в прошлый раз их месть была страшна. Король Генрих попал в плен их короля и тот отдал его на расправу местным племенам.

–Его величество стал мучеником. – отозвался маркграф, мысленно поморщившись от возмущения. – И наш поход лишь одно из мгновений нашего отмщения за варварство славян! Или вы граф, не хотите отомстить за плен?

–Хочу. – не стал отрицать тот. – Но сильнее я не хочу вновь в нем оказаться. Тот дьявольский гигант по слухам теперь правит местными племенами поставленный наместником своим королем.

–С божьей помощью и святой верой в сердцах мы низвергнем нечестивых язычников в Ад на земле! Воздав им по нечестивым делам их.

Покачав головой, граф скривился, постаравшись остаться незаметным. Религиозный ответ его сюзерена совершенно не убедил аристократа. Чтобы там себе не думал его господин, но молитвы не остановили великана в прошлый раз и вряд ли остановят в этот. Попадать в плен снова ему не стоило, уплаченный выкуп серьезно подкосил казну его семьи, а война с кочевниками вогнали их земли если не в бедность, то в крайне плачевное состояние точно. Именно поэтому он согласился участвовать в