Обыкновенные монстры. Из пыли и праха - Дж. М. Миро

class="p1">Кэролайн не стала упоминать о стуке в дверь. Нужно было подобрать комнату для операции, подальше от детей, чтобы никто из них, а также никто с улицы не услышал возможных криков Чарли. Немного подумав, она вспомнила, что где-то в подвале должна быть комната без окон. Вероятно, она подойдет. Лестница в подвал нашлась, но заканчивалась она толстой дверью, запертой на ключ, и Чарли, взглянув на замок, покачал головой.

— Вы знаете, что там, миссис Фик? — спросил он со страхом, который в его голосе она раньше не слышала.

— Туда тебя отводила миссис Харрогейт, Чарли? Она там тебя… осматривала?

Юноша потер лоб и постарался собраться.

Ну да, разумеется, его туда отводили. Надо же было произнести такую глупость.

— Наверное, не стоит нам туда идти. Я просто подумала…

— Что там нам никто не помешает? Верно? — закончил за нее Чарли.

Она медленно кивнула. Он посмотрел на свою зараженную руку, нахмурился и решительно сказал:

— Пойдемте. Туда есть и другой вход.

Он повел ее обратно в кабинет Маргарет Харрогейт. Зайдя за письменный стол, он провел пальцами по обоям, нащупывая тонкую, едва различимую линию. Кэролайн заметила, как, доведя руку почти до плинтуса, он нажал на какую-то кнопку — и панель, щелкнув, бесшумно откинулась внутрь на невидимых петлях. Из проема повеяло затхлостью. Вниз, в темноту, спускалась древняя изогнутая лестница.

Кэролайн завернула в кусок ткани инструменты, собрала звякнувшие склянки и порылась в столе Харрогейт, где нашла огрызок свечи.

Лестница вела глубоко под здание, в узкий подземный коридор. Подняв свечу повыше, в одном конце коридора Кэролайн разглядела толстую запертую дверь — тот самый вход в подвал. Стены коридора были мокрыми от сырости — возможно, от сточных труб, а может, и из-за протекавшей под улицей подземной реки. Кто знает, что скрывает под собой Лондон. Чарли повел ее в другую сторону, к толстой железной двери. Не запертой. Мерцающая свеча выхватила из темноты покрашенные известью белые стены с широкими разводами от кисти. Посреди пола проходил сток, над которым стояло кресло, и, представив себе его предназначение, Кэролайн содрогнулась. Это была комната жестокости и страха. «Ну что ж, — подумала Кэролайн. — Теперь в этой комнате поставят другой эксперимент». Хотя и по-прежнему болезненный. Она бросила взгляд на Чарли, однако не поняла, нервничает ли он, волнуется ли так, как волновалась она сама, — но не из-за предстоящей задачи, а из-за того, что будет потом.

Они пододвинули к стулу небольшой столик, и Кэролайн стала раскладывать на нем вымытые инструменты и маленькие стеклянные бутылочки. Чарли уселся в кресло, к ручкам и ножкам которого были прикручены кандалы, и защелкнул правый наручник.

— Это вовсе не обязательно, это не понадобится, — сказала Кэролайн.

— Может, и понадобится, — ответил Чарли. — Застегните второй, миссис Фик. Мы же не знаем, как отреагирует пыль на ваше вмешательство.

Поджав губы, она застегнула второй наручник. Затем достала скальпель и резким движением разрезала кожу на тыльной стороне руки. Из разреза темными чернилами потекла кровь. Испорченная пыль в ней мерцала голубоватым светом, вихрясь и закручиваясь узорами в стороне от лезвия. Чарли крепко сжал челюсти от боли.

Кэролайн быстро вырезала широкий лоскут кожи и потянула его, как пыль вдруг разлетелась, как стайка рыб, очищая этот кусочек кожи. Чарли застонал.

И столь же быстро порезы закрылись бледными шрамами, которые тут же потемнели.

Вытерев кровь, Кэролайн увидела, что кожа снова стала целой.

— Нужно резать быстрее, — тихо сказал Чарли.

— Не знаю, сработает ли… — начала она.

— Вы обещали.

Кэролайн достала длинный, плоский, остро заточенный инструмент в виде скребка и зажала его в крюке протеза. Затем разрезала кожу Чарли опять — и вновь испорченная пыль разбежалась в стороны, будто почувствовав, что от нее хотят избавиться. Кэролайн быстро сделала еще один надрез в верхней части предплечья, зацепив им лишь небольшую щепотку пыли. Из руки юноши хлынула кровь. Глаза его закатились, и он потерял сознание.

С величайшей осторожностью Кэролайн поместила щепотку зараженной кожи в маленький пузырек и быстро закупорила его, наблюдая, как светящаяся пыль, отлетая от мертвой плоти, закручивается в спираль.

Ее было так мало, а в Чарли оставалось так много.

Смахнув выступившие на глазах слезы, она снова склонилась над лишившимся чувств юношей и повторила попытку.

Чарли напрягся всем телом. Он чувствовал, как из него вырывают испорченную пыль — крохотную ее щепотку, — но от этого весь его организм забился в агонии. Его накрыло огромной волной тьмы — и он потерял сознание.

В какой-то момент он погрузился в видение.

Вот он снова в Карндейле. Только это не знакомый ему Карндейл, а более старый, пропитанный гнилью, с влажным, словно болотистая почва полом. Он стоит в фойе большого дома, и со всех сторон его окружают мокрые стены со стекающими струйками влаги. Серый густой воздух пропитан мраком. Большая лестница ведет во тьму.

А вот из тени к нему выходит Марлоу. С бледным лицом. Спутанные черные волосы скрывают глаза.

— Я думал, это будешь ты, — сказал Марлоу. — Я думал, это ты меня найдешь.

Чарли вдруг охватил неожиданный страх. Ребенок остановился в нескольких шагах, у входа, на самом краю тени. Он походил на Марлоу, и все же Чарли каким-то образом понял, что это не Марлоу — по крайней мере, не тот Марлоу, которого он знал и любил. Этот призрак сильно изменился и многое утратил. Он походил на вывернутую наизнанку перчатку, у которой стали видны все швы и неровности. Таким был этот Марлоу.

— Кто ты? — прошептал Чарли. — Почему ты похож на Мара? Что ты с ним сделал?

Лицо мальчика казалось старым от горя.

— Ты мне поможешь? Ты найдешь меня?

Ужас внутри Чарли разрастался. Ребенок уставился на него, раздвинув холодные губы. С его худых, как у скелета, плеч свисали грязные лохмотья.

— Они идут за нами. У нас мало времени. Мы не можем оставаться.

— Я сплю? Ты настоящий?

— Принеси мне пыль, Чарли Овид. Пока не стало слишком поздно.

— Нет, — покачал головой Чарли. — Не притворяйся, что ты — это он. Что ты с ним сделал? Где он?

У него появилось странное ощущение, что Марлоу где-то рядом, в темноте, подслушивает их.

— Мар! Я иду! — закричал Чарли. — Я найду способ…

— Ты бросил меня умирать, Чарли, — сказал не-Марлоу и поднял засиявшие руки. — Ты бросил меня. Почему?

Чарли открыл глаза. Кожа его словно горела. Он неподвижно сидел в кресле в белой комнате. Наручники были расстегнуты. На маленьком столике рядом лежала окровавленная ткань. Пол был липким от крови. Как и его рубашка с брюками. Но он сразу же