Путь от змеиного хвоста - katss

— И я не знаю! Почему ты местами такой тупой…

— Сама ты!… Как табуретка! …Ммх!

— Да-да… — усмехнулась, значительно понизив голос. — Ток не нужно мечтать моей табуретке привинтить чужие ножки… Смотреться не будет, понимаешь? Винтажная мебель потому и ценится, что в ней старались ничего не менять. Посыл ясен? — на секунду перестала щекотать.

— Ясен… — хорошенько подумав, глубоко вздохнул Вова. Помрачнел. Ну да, я тебя отшила. Таким вот интересным способом…

— Давай жить дружно. Мир?

— Блин. Мир, — ещё мрачней заключил убойник. — Только давай в дальнейшем без щекотки и тому подобных издевательств?

— Ничего не могу обещать. Если ты опять начнёшь говниться…

— Господи, Вася, какая же ты злая…

— Я не злая. Мне часто в детстве говорили, какая я добрая и хорошая девочка… В общем, сглазили, суки. Я злобная и злопамятная. Это, как ты понимаешь, немножко разные понятия. Слова похожи, а вот значение разное…

— Я понял…

— Вот и молодец. Доплывай и давай вылезать.

— Может, слезешь?…

— Не-а. Представь, что ты тащишь раненого товарища…

— Битый небитого везёт… — вздохнул Вовка, выровнял дыхание и поплыл. Ну, на твой ропот мне как-то покласть… Даже если цвет позора окончательно окрасит уши. А с допнагрузкой флагшток в откровенно прохладной водичке сейчас всё-таки опустится… Как раз к моменту вылезания на сушу. И тогда мы оба не попадём в постыдное положение. Надеюсь.

— Угу. “Сколько раз говорить, что в русском языке нет слова «шо»! И в русском языке нет слова «нету»! Ну и шо теперь? Нету и нету…” — процитировала, ухмыляясь и подмигивая проплывающему мимо брассом Луке. Тот понимающе оскалился и поплыл дальше. Гулять вечерком пойдём… Все, кого отпустят.

Потому что нельзя так долго в этих стенах вариться, и в сопределье без стопоров скакать.

Мы так с концами в монстров превратимся… Наверное. У некоторых вон — уже мозги сворачивают не на ту дорожку… Чревато.

***

Вылезали из бассейна, спустя ещё час — очень мрачные, уставшие шмели да пчёлки. Явно соображая, как бы откреститься от "модной новинки" в следующий раз… Но боюсь, если б кто из этих “опылителей” хотя бы заикнулся о подобном Коловрату — то в искомый "следующий раз" тот не постеснялся бы им жало к жопке пришить. На изнанку…

Вовка, хорошенько поразмыслив, бухтеть всё-таки перестал. Нарываться тоже.

Всегда говорила: к людям нужен индивидуальный подход! Этому хватило лишь четверти часа интенсивной щекотки, чтоб из мозгов вылетело и выветрилось всё то глупое, что неспешно рождалось в мой адрес.

С концами выветрилось, надеюсь.

Сорян, Тета, но мы просто слишком разные… Я тебя люблю и в меру восхищаюсь — но как противоположный пол ты меня не привлекаешь вовсе. И внешняя сторона тут совершенно ни при чём. Мы по мозгам и жизненному опыту — слишком разные. Мне с тобой в итоге будет не слишком интересно, а тебе со мной — тупо скучно.

Это в лучшем случае.

А в худшем…

В худшем я тебя однажды просто “продавлю”. Под себя. И ты сам собой быть перестанешь.

Да и мне станешь не слишком-то нужен.

Так что прости, но дуэтом нам не плыть, как лебеди… И журавлями не скакать.

La fine della storia non scritta. (Конец ненаписанной истории. (ит.))

— О чём думаешь? — вырвал из кратких мыслей Сашкин голос.

— Утюг выключить забыла. Шутка… Думаю, пора нам куда-то всем табором сгонять, и изрядно там нажраться. Но есть три пункта для обязательного уточнения: кого вообще отпустят? Куда мы поедем? И как вас потом, ужратых, транспортировать?

— А, то есть вопрос: как тебя лично транспортировать, тебя не сильно волнует? — Примо сощурился на скупо вышедшее из-за облаков солнышко.

— Не-а, я сама транспортируюсь. Выветривается быстро. Плюс, собственный организм уже получше контролирую… Ну а в плане поведения — дебошей на ровном месте не устраиваю… если ко мне никто не докопается.

— Существенное замечание, — ухмыльнулся стриж, кивая какому-то особо жилистому шкафу, с забитой на пол-торса татуировкой гейши с зонтиком. — Это Ян, корпус Магнуса… Маг воды, и единственная А-шка среди этого элемента.

— Ясно… — ага, данного товарища мы запомним. — Лично я, к сожалению, теперь и нажраться-то толком не могу… Но вкус и “понюхать” никто не отменял… Да и главное в “погудеть” — что? Главное — хорошая компания!

— Да мы тоже на самом деле в зюзю налакаться уже давно не можем, — с усмешкой сдал всю компанию Лебедев. — Ну разве только совсем уж откровенным спиртякой — но какой в нём смысл?

— Никакого, — повертела головой. — Невкусно.

— Вот в том-то и дело… В общем, ладно. Щас мы с Лукой этот вопрос аккуратно провентилируем в верхах. Собирайся. Думаю, куда-нибудь в пригород поедем. Знаю пару местечек… Где и переночевать можно.

— Ага.

***

Саша — сволочь основательная. До утра большую часть всего кагала отпустили. Тех, кто точно не должен был в текущие сутки идти в порталы. А это — всех моих и Митину пятёрку, из Сонькиных. С последними я, считай, была шапошно знакома — на остров ходили. И как раз их мне сватали через двое суток…

Прицеп в лице Димы и мелкого никому не помешал. Так что свалили мы в относительно близкое Подмосковье взаправду — всей толпой. Славку к себе в тачку Ирик забрал. А всё ещё безлошадного Диму прихватил в их джип Федя…

В усадьбе “Голицыно” нас встретили радушно. Настолько радушно, что явно заранее предупреждённые “прочие гости” при нашем заселении как раз спешно уносили оттуда ноги. Так сказать, “Чемодан, Саквояж, Картина, Корзина, Картонка И маленькая собачонка.”…

Славка честно пытался не ржать.

Не смог.

— Ёлы-палы… как же хорошо, что твой Арсеньев сегодня сам у Чернобога на рогах, хоть нервы никому не испортит, — внезапно высказался вставший рядом Лёвка.

— Да ладно тебе, он относительно мирный.

— Ага. Атом тоже — мирный.

— Эй, народ, айда машинки и коняшек выбирать!… Дядь Лёв!

— Какой я тебе “дядь Лёв”?! — выпучился на моего недоросля до глубин души возмущёный танк. — Подумаешь, с утра не побрился!! — Славка тихо-тихо дал заднего… Филя ему, из кустов, что-то семафорил…

Лёва, размахивая руками, и потеряв весь Даль, повернулся ко мне. Не смог высказаться, онемел бедный… Потом отвис.

— Чё,