На другом берегу - Любовь Абрамова

– Лика! Я очень рад, что вы нашли возможность поучаствовать в моей маленькой авантюре!

– Да, – протянула Лика и принялась водить носком балетки по щебню под ногами. Колесников рассматривал Лику настороженно, в его взгляде читалось явное сочувствие. Лика была уверена, он знает всё: о её работе в кофейне, о том, что она снова не поступила в универ, о ссорах с отцом. Добыть информацию было не сложно: Колесников дружил с Ксениной тетей, да и с Ликиной мамой когда-то тоже. Но, по счастью, Колесников был слишком тактичен, чтобы говорить о личных вещах.

– Надо же, кого я вижу! Ну, теперь все будет в порядке: без свежего кофе не останемся! Ой, а что у тебя с волосами? Позеленела от тоски по мне? Или уже с лета готовишься к тому, чтоб украсть Рождество? – раздался насмешливый голос.

Стрешнев, в отличие от Колесникова, деликатностью не страдал. Лика вздохнула. Остроумный ответ в голову как-то не пришёл. Она решила покраситься в синий после получения результатов экзаменов. Терять было нечего: отец и так разочаровался, куда уж сильнее. Лика купила осветляющую пудру и краску на последние деньги. Но волосы, вместо синих, стали бирюзовыми, и это было еще полбеды. После нескольких помывок головы Ликины кудряшки вовсе позеленели. Проклятая зелень никак не хотела смываться. Ксеня предлагала закрасить все сверху темно-русым, но Лика побоялась остаться лысой после таких экспериментов. Да и отца знатно перекашивало при виде Ликиной прически. Что определенно было плюсом.

– Прекрати, – одернула Стрешнева Ксеня, и тут же получила дозу яда:

– Ксюх, а я думал, ты все ещё на шоссе, пытаешься отыскать жёлтый автобус.

Ксеня покраснела до самых ушей, но, вопреки обыкновению, не ответила колкостью. Колесников, казалось, ничего не заметил. Лику удивляло, что Колесников хорошо относился к Стрешневу. Да, мироздание не обделило его умом и любознательностью, но с эмпатией явно пожадничало.

– Я бы хотел пригласить вас ко мне в комнату, чтобы обсудить все технические детали. У нас осталось совсем немного времени до вечернего квеста, – сказал Колесников.

Ксеня с Ликой переглянулись. Конечно, Колесников уже придумал для своих учеников занятие. “Надо было сказать Стрешневу, что я превращаюсь в Халка”, – запоздало подумала Лика. Жаль, отвечать на шутку было бы уже тупо.

Изнутри здание школы выглядело так же опрятно, как и снаружи. Ремонт был новым, а стены, вопреки ожиданиям Лики, оказались яркими: зелёными, оранжевыми, фиолетовыми, с геометрическими орнаментами. На первом этаже находились кабинеты, в холле стоял кулер и стол для пинг-понга, висели разномастные стенгазеты и стенды с фотографиями. Лика задержала взгляд на одном: почти все дети на фотках были рыжими.

На втором этаже располагались спальни, и там стоял изрядный гвалт. Ученики расселялись, разбирали чемоданы, бегали из одной комнаты в другую. Комната Колесникова была в самом конце длинного коридора.

– Тут что-то типа интерната? – спросил Стрешнев.

– Не совсем, – Колесников ловко увернулся от пробежавшей мимо девочки, – школьники остаются жить здесь во время учебного года, потому что родители не имеют возможности их возить. Некоторых, разумеется, забирают по домам каждый день, других – нет. Здесь учатся дети из разных сел. В классах довольно мало человек. И с учителями тут трудно. Но хотя бы здание есть, это уже немало. Его построили относительно недавно – один неравнодушный человек выделил средства.

– Но все держится на вашем друге, так? – вступила в разговор Ксеня. Колесников усмехнулся.

– Я бы скорее назвал его наставником. Он был моим преподавателем в университете. Местные зовут его просто “Профессором”, это так забавно! Вы поймете, зачем я привез сюда своих кружковцев, если посетите хотя бы одну его лекцию.

В комнате Колесникова царил бардак. Похоже, Колесников в спешке выгрузил из сумок лишь часть вещей: листы ватмана, стопки тетрадей, книги, упаковки цветного картона, горы фломастеров и цветных карандашей, ракетки и мячики для пинг-понга, футбольные и волейбольные мячи, скакалки, мотки веревки, даже кегли. На узкой кровати, застеленной пёстрым пледом, гордо возлежал принтер. Колесников явно собирался устроить своим ученикам нескучный досуг. И до Лики внезапно дошло, что она тоже должна будет принимать во всём этом активное участие.

Колесников извлек из чемодана электрический чайник и коробку с чайными пакетиками, банку кофе, пачку соленых крендельков, баранки и печенье, одноразовые стаканчики из плотного картона.

Когда все наконец получили по стакану горячего чая и худо-бедно расселись, Стрешнев кинул в Ксеню баранкой со словами: "Тебе надо поесть, а то ветер поднимается, сдует ещё". Ксеня покорно захрустела сушкой, а Лика подавила справедливое желание швырнуть в Стрешнева маленькой гантелей, на которую только что чуть не села.

Колесников забыл про свой чай и активно вещал. Он разделил школьников на четыре группы по числу кураторов. Лика получила список с фамилиями «своих» пятерых подопечных. Старших Лика помнила ещё по школе.

– По утрам нужно будет проводить общую зарядку, – Колесников сунул в рот крекер, прожевал и продолжил. – Я думаю: с этим отлично справится Ксения. А вы, Лика, поможете. Расписание вывешу в холле, прошу вас его досконально изучить. Сегодня после ужина у нас будет квест по территории. Ребята должны хорошо ориентироваться в деревне. Я решил не сильно нагружать их в первый же вечер. Мне неизвестен уровень знаний местных учеников, но я рассчитываю, что "Властелина колец" если не читали, то смотрели все.

– У нас будет квест по "Властелину колец"? – уточнила Ксеня и присвистнула.

– Не у вас, – поправил Колесников, – а у учеников. Вы будете ведущими. Я решил сделать игру по тому периоду книги, когда Братство Кольца уже разделилось, потому что мне нужны три команды.

Он встал, переложил стопки книг на столе, выудил из-под них объемную красную папку. Раздал всем листы формата А4. Это были ксерокопии нарисованной от руки карты Чудинова. Лика насчитала на своем экземпляре девять крестиков. В общем, план квеста был понятен: ученики пойдут по пути персонажей и будут выполнять задания в сюжетно важных местах. Недоумение вызывало только одно – крестик на карте около Длинного моста, подписанный "Лика?".

Лика вполуха слушала, как Колесников объяснял правила игры и распределял задачи между кураторами. Лебедь польщенно заулыбалась, узнав, что ей отведена роль Галадриэль.

– Лика, а вам я оставил возможность самой решить, кем вы будете. Ваша локация довольно необычная. К вам придут по очереди все три команды, когда они неправильно решат подсказки и собьются с пути. Вы должны будете вернуть их в игру. Ваше место будет чем-то вроде респауна. Знаете, как в компьютерной игре.

– А зачем вообще это нужно, – озвучил Ликины мысли Стрешнев.

– Потому что пути