Мир жизни и смерти 10 - Павел Михайлович Пуничев

Пользуясь оставшимся у нас временем, мы осмотрелись с высоты и Флора нашла то, о чём я думал. Тёмный вход в ещё одну пещеру, прямо около дна кратера, ведущий сквозь каменную толщу наружу. И о том, что им пользовались, говорило несколько скелетов, валяющихся около его входа.

По легенде, девушка, несущая сюда волшебную клеть, вернулась обратно, правда без памяти, но первом делом надо проверить эти скелеты на наличие искомого предмета, вдруг легенды врут и скелетик бедной девушки лежит где-то здесь или останки того, кто нашел утерянную клеть и пришел ей воспользоваться. Тем более и искать-то здесь больше особо негде. Половина жерла занимает раскалённая яма, куда от беспокойного соседа по несколько раз в день плещет гигантская волна, смывающая всё на своём пути, а во второй — озеро, то полностью занимаемое раздувшимся духом, то бурлящее, когда он схлопывается. Если клеть в воде, её давно разбило о камни, во время его бурной деятельности.

— Прыгаем, только руку не забудь, я тебе её от всего сердца подарил.

За это я получил вид на раздувшиеся ноздри и гневный взгляд ярко-синих глаз, не став обращать на это внимания, забрался на бортик, прицелился на следующую ступень, за ней еще одна и, наконец, земля. Мы оказались на узкой полосе между озером и раскалённой землёй, покрытой широкими трещинами, откуда тянуло жаром и серой. Дух, плещущийся около берега с трудом отрастил ещё одно щупальце, посылая его в расщелину под водой. На нас он, как и прежде, не обращал никакого внимания, чему я был искренне рад. Мы, инстинктивно прогибаясь, добежали до разбросанных около выхода скелетов, обшаривая их один за другим. Под нашими руками они рассыпались в пыль, одаривая нас всякой малопригодной всячиной. Бусы из невзрачных камушков, браслеты из древесины красных дубов, накидки из сухой травы, рыбные косточки, колечко из голубого камня. Если говорить правдиво, эта невзрачная бижутерия была очень даже хороша, одни только браслеты из кровавого дуба давали по сто пунктов к выносливости, что повышало на тысячу единиц энергию жизни, плюс восстанавливало по сотне единиц каждую секунду, однако волшебную клеть из этих предметов составить было затруднительно. Мы обобрали все скелеты и так ничего и не нашли. Я уже всерьёз вознамерился лезть в пещеру и искать там, когда Флора похлопала меня по плечу указывая на что-то около озера:

— Вот там что-то лежит.

У бортика, образованного застывшей лавой действительно что-то было, но чем ближе мы подходили, тем меньше это что-то мне нравилось, и всё потому, что на этом чём-то лежало громоздкое тело, упавшего свысока тритона.

Я, уже чувствуя, что в душе сквозит неприятный морозный холодок, всё же навалился, переворачивая рухнувшее тело на бок, глядя на показавшиеся из-под него обломки. Разбитые трубки из вулканического стекла, связанные жгутами из сухих, ароматных трав. Я приподнял конструкцию за одну из трубок и вниз посыпались осколки разбитого стекла.

Уф-ф-ф… Я устало плюхнулся на землю буквально в двух метрах от слабо шевелящегося духа. Столько пройти и обломиться в самом конце! Как будто этому долбаному земноводному больше некуда было упасть!

Я пошевелил обломки ногой, поднял пригоршню блестящих осколков, сплюнул на пыльные камни. Сейчас минутку отдохну и будем возвращаться. Хорошо хоть тут есть нормальная дорога, не придётся карабкаться вверх по отвесным скалам.

Из мрачных мыслей меня вывел испуганный вскрик Флоры. Обернулся, уставившись на быстро надувающегося духа. Точно, Лапа, блин, она всё-таки сегодня нас добьёт. Ну и ладно, хотя бы не придётся возвращаться через весь остров пешком.

Однако в этот раз дух-шалун, раздулся максимум до размеров не крупного слона, стал бледно-розовым, а затем резко сдулся, посылая немощный импульс вглубь острова, а затем резко сдулся до совсем крошечных размеров, примерно с обычную собаку. Если бы клеть была цела, она идеально подошла бы под этот размер, вот только даже осторожная попытка приподнять её, привела к тому, что она развалилась на несколько частей, да и логи показали, что они уже не восстанавливаемы. Со смертью нам тоже не повезло, в этот раз волна была совсем хилой, на раскалённые камни вылилось не больше пары литров, которые с шипением испарились и на этом всё закончилось.

Твою ж мать… Надо что-то писать Лапочке. Не зная, как начать описывать такое фиаско, я включил её стрим, чтобы посмотреть, что там сейчас делается.

Потом перенесся на поляну у подножия вулкана, глядя на окружающее: все пятеро жрецов там лежали в отключке, будто от передоза. Лапочка элегантно поднялась с камня, стряхнула с ног ослабшие оковы, счастливо потянулась, блаженно погладив грудь, осмотрела поваленные тела:

— Эх, могу ещё, не растеряла пока навыки. Жаль маловато, надо будет догнаться вечерком.

Осмотрелась вокруг, стащила со жреца высокую шапку:

— Симпатичная, девочкам из кордебалета понравится. Парнишки, пор фавор, я, пожалуй, возьму это на память, — она подцепила оба ритуальных жезла, убирая их в инвентарь, — все равно они вам больше не понадобятся.

Я, глядя как она нагибается за жезлами и уже начав набирать ей текст, стер его, набирая новый.

Броневой Лапочке

— Ваше грудейшество, вы как всегда неотразимы, как насчет того, чтобы выполнить задание со звездочкой?

Глава 17

Лапочка Броневому

— Ты же знаешь, я всегда за… А ты о чём?

Прочитав мои объяснения, Лапочка озадачено оглянулась вокруг, осматривая неподвижные тела жрецов у своих ног.

— Эх-х, слабаки… Ладно, — провела кончиком язычка по ритуальному жезлу, к которому так и продолжал крепиться единственный жгут, идущий от духа острова, — ох уж эти современные мужики, всё время бедной девушке приходится всё доделывать самой…

Я ещё несколько секунд посмотрел, как она ложиться на камень, одним движением закидывая ножки за голову и отключился от стрима.

Вернувшись в свою реальность, где солнце село ещё ниже, перестав освещать даже самую верхнюю кромку кратера, погружая всё в глубокий сумрак, приобнял прикорнувшую у меня на груди девушку.

— Фло, не спи, твой выход скоро.

— Что? Уходим?

— Нет, не в том смысле, если у Лапочки получится, а я уверен, что получится, придёт твоё время захомутать этого игривого духа.

— А как? — Девушка растерянно осмотрела обломки клети у наших ног.

— Тут такое дело, — я задумчиво почесал щетину, — в легенде