Эльф из КГБ 2 - Василий Сергеевич Панфилов

тоскливое и пакостное. С Васькой не переговорить, пусть он и по соседству, с остальными тем паче — меня уже вычеркнули из рядов живых. Так-то шутят, улыбаются, но не нужно иметь специальную подготовку, чтобы замечать фальш.

Вражеский флот закончил охват нашего. Получилось четыре полукруга — два больших и два малых. Корабли растянуты в нитку, идут боком, открыв артиллерийские порты. Ходко так идут…

— Ну точно, с местными договорились, — громко объявляет один из лучников неподалеку, непрерывно облизывая губы, — русалки местные кружат. Ну или иная подводная нелюдь — не знаю уж, кто здеся живёт.

После слова «нелюдь» на мне и зверлинге скрестились взгляды. Разговор как-то сам собой утих, потом стал нарочито свойским — таким, чтоб посторонним не понять. Из обрывков можно понять, что местные считают — капитан не зря мне не доверяет. Дескать, есть за эльфом что-то нехорошее, так что приглядывать нужно… Не зря же капитан вот этак поступил, ох не зря.

Сижу в «гнезде» расслабившись, настроение ниже некуда. Если раньше были мысли о каком-то сотрудничестве с Патроклом и его подчинёнными, то теперь — однозначно нет. Как там говориться? «У первосортного руководителя — первосортные подчинённые. У второсортного — третьесортные».

Ветер перехватили, и галеоны вынужденно спустили большую часть парусов, всё ещё маневрируя. Но тут противник поднял флаги и из глоток наших моряков вырвался вой.

Римляне.

В Иггдрасиле греческие и римские Анклавы стояли друг против друга достаточно жёстко. Здесь не было единого Рима и единой Греции, не было единых народов. Италики, латиняне, сабины, этруски, македонцы, эллины, ахейцы, критяне…

Противостояние шло не по языкам или культурам, некоторые греческие полисы в Италии чувствовали себя вполне недурно, если не являлись колониями «материнских» греческих городов.

Вражда была чисто экономическая, но при этом крайне ожесточённая. Олигархи с обеих сторон всячески стравливали народы, объясняя все проблемы тем, что совершенно конкретный человек на другом берегу моря отнимает у него хлеб. Буквально.

Это он, сволочь такая, мешает свободному мореплаванию. Или земледелию, какому-то ремеслу… И стоит эту сволочь уничтожить, как жить станет легче, жить станет веселей. Наши торговцы, ремесленники и земледельцы лишатся конкурентов и приобретут рабов.

Поскольку за столетия Весы Судьбы качались то в одно, то в другую сторону, победы и поражения обе стороны помнили хорошо. Помнили они также, что уровень жизни в эти времена колебался очень сильно. А думать, что можно решить проблему как-то иначе… Не патриотично.

Раздался вой и почти тут же прогремели первые выстрелы. Пушки в Иггдрасиле работали на иных принципах, нежели их Земные аналоги времён Средневековья. Но по факту были похожи как внешне, так и по принципу действия. А что это артефакты… да кому какое дело?

Выстрелы звучали как с нашей, так и с вражеской стороны. Неприятным было то, что «Дева» стояла против волн и соответственно — вражеские ядра до нас долетали, пусть и рикошетом, а вот наши — нет.

И пусть расстояние было пока слишком большим, чтобы ядра причиняли серьёзный вред бортам метровой толщины, сложенным по всем правилам корабельной инженерии, но нервировало это изрядно. Ещё более нервировала странная тактика врагов — кружить вокруг нас, постепенно сужая кольцо со стороны набегающих волн.

Так прошло больше часа, постепенно римляне приближались и удары ядер в «Деву Иштар» стали настолько ощутимыми, что отдавались даже у нас на мачтах. Мы тоже стреляли, но редко и скорее для самоуспокоения — дескать, защищаемся.

Наконец был выбран оптимальный вариант, когда римские пушки добивали до нас полностью, а наши до них — только «блинчиками», остаточно. Снова тоскливое ожидание… кошусь на Рэйли, не понимая — зачем всё это время мы сидим на мачтах? Но почти тут же моё недоумение разрешилось.

— Завеса! — истошно орёт лучник по соседству, вскидывая лук с натянутой стрелой. Та светится нехорошим багровым светом и… вылетев навстречу такому же «нехорошему» вражескому ядру, сбила его!

Надо же… нет, что-то такое мы отрабатывали, но честно говоря, тогда эти моменты до меня просто не доходили. Казалось, что столь странные вещи мы делаем по правилу «Чем бы солдат не занимался, лишь бы упахался». Думал, мы так непосредственно во время абордажа вражеские плетения смахивать будем, а тут вот оно как…

— Не спи, ушастый! — Орут мне, спохватываюсь и отбиваю очередное ядро, светящееся жаром. С этого момента римляне стали целить по рангоуту и проблем у нас прибавилось.

— Жаром! — орёт всё тот же многоопытный лучник-маг, различающий ядра «на глазок». Послушно встречаю «мячик» Огненной Стеной, но неожиданно он взрывается. Осколки хлещут вперед. Успеваю поставить Щит, прикрывая себя и Ваську. Лучника разнесло, на вантах остались только кровавые брызги.

Восприятие раскручено донельзя, иначе мы бы не успевали реагировать на такое. У меня — результат магических практик, у лучников — результат алхимических зелий. К слову — очень вредных.

Свой участок защищать более-менее успеваю. Благо, больше нет нужды слушать кого-то. Поэтому просто активировал Истинное Зрение, и пытаюсь работать с его помощью. Получается… как получается. Жив пока.

На соседней мачте хуже, один из магов обессилел и спустился. Участок оголен и за несколько минут паруса и реи там — в клочья!

— Атаку трубят, — орёт Рэйли, — живо с мачт!

Белками слетаем вниз, поскальзываясь на крови. Сейчас идёт сближение, активно работают орудия и держать кого-то на палубе нет никакого смысла. Только под защитой бортов немногочисленные наблюдатели и стрелки, мы с Васькой в их числе.

— Затаиться! — напоследок орёт командир, — как начнут сближение — бить по вантам, абордажным мостикам! Сбить волну наступающих, короче.

Прокричав, Рэйли скрывается в трюме, где уже выстроились абордажники в полной боевой готовности. Скалюсь зло: что я ещё когда-нибудь «на дядю» работал, да ещё и на «чужого»…

Римский фрегат прошёл рядом, никакого удара «борт о борт» не было. Прошёл… и с палубы полетели зажигательные снаряды. Много, очень много — наверное, их бросали не только морские пехотинцы врага, но и все матросы, не занятые непосредственно управлением судном. Добрую четверть мы сумели отразить, но на этом всё…

Никакого абордажа, вражеский капитан переиграл нашего. Несколько минут практически без защиты… «Дева» заполыхала моментально. Пусть «противопожарная система» на ней и была, но и у врагов были какие-то аналоги напалма.

— А-аа! — из трюма начали выскакивать абордажники, а за ними и солдаты, бросаясь тушить пламя. Римляне расстреливали их из луков, а как только отошли чуть дальше, то и из орудий.

Наши артиллеристы пытались было