Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

И она подобострастно захихикала, всем своим видом выражая восхищение и обожание.

Перчинка снисходительно улыбнулась:

— Ничего, привыкай потихоньку. Думаешь, мне легко притворяться этакой наивной простушкой на людях? Строить из себя пай-девочку, которая и мухи не обидит? То-то же. Зато, поди ж ты, весь город уверовал, что я из Безумовых самая безобидная. Где-то там в Диких Землях бегаю и никуда не лезу… Даже батя порой на эту удочку ловится. Уж на что прожженный интриган, а и тот не догадался пока… И я бы хотела, чтобы так оно оставалось и впредь.

Она довольно хмыкнула, припоминая недавнюю реакцию отца на ее «подвиги». Эх… знал бы он…

Ирма внимала своей повелительнице, затаив дыхание и блестя глазами. Она ловила каждое слово Перчинки, впитывала любую крупицу ее мудрости.

Внезапно, не удержавшись, Ирма сделала маленький шажок вперед. Ее лицо исказила мучительная гримаса, губы задрожали. С придыханием, словно наркоманка дозу вымаливает, она прошептала:

— Госпожа Перчинка, умоляю… Будьте милосердны, позвольте мне… Ну хоть капельку нектара, а? Совсем чуть-чуть! Сил моих больше нет, невмоготу уже! Ну, пожалуйста, я ведь так хорошо себя вела, я все сделала, как вы велели! Неужто не заслужила?..

Перчинка резко нахмурилась. В глазах заплясали опасные огоньки.

Одним стремительным движением она вцепилась в подбородок Госпожи, вынуждая ту смотреть прямо на себя. Сжала пальцы почти до хруста, заставляя несчастную болезненно поморщиться.

— Ишь ты, какая прыткая выискалась! — процедила Перчинка сквозь зубы, — Не зарывайся, детка. Про «нектар» свой вообще забудь. Его нельзя употреблять сверх дозировки. Я сказала — еще рано. Значит рано, и точка! Будешь вякать — вообще на голодный паек посажу.

Ирма жалобно захныкала. В глазах ее заблестели слезы, губы задрожали. Но перечить не посмела.

— Простите, Госпожа! — взмолилась она, — Простите дуру неразумную, ляпнула не подумав! Только не гневайтесь, умоляю! Лучше накажите, побейте, но не лишайте своей милости!

Перчинка вздохнула и отстранила ее от себя.

— Побить? Хватит чушь нести! — фыркнула она, — Впредь думай, что болтаешь. А то ведь я добрая, да не всегда…

Ирма торопливо закивала. Распласталась на полу, униженно елозя в ногах своей повелительницы.

Перчинка, не удостоив ее даже взглядом, развернулась и зашагала прочь. Ирма с виноватым видом поспешила следом.

Они уже собирались покинуть сектор простолюдинов, как вдруг произошло нечто странное.

Стакан с вином, который Перчинка машинально прихватила с подноса пробегавшего мимо слуги, неожиданно лопнул в ее руке. Острые осколки впились в щели между хитином, заставив мирмецию зашипеть от боли и неожиданности.

В тот же миг у Ирмы с треском разорвалось ожерелье из крупного речного жемчуга. Перламутровые бусины брызнули во все стороны, усеяв пол.

— Какого?.. — опешили обе девушки, растерянно переглядываясь.

С ближайшего поста донеслись испуганные возгласы. Там явно творилось что-то неладное — слышался лязг оружия, звон битого стекла, громкий мат вперемешку с руганью.

Перчинка прислушалась. С каждой секундой вопли становились все громче и отчаяннее. Будто случилось нечто из ряда вон выходящее…

Переглянувшись с Госпожой, она решительно направилась туда. Распахнула дверь — и застыла на пороге, не веря глазам.

Караульное помещение было усеяно осколками, словно здесь взорвалась бомба. Охранники растерянно озирались по сторонам, баюкая в ладонях порезанные руки и ноги. У кого-то из глубокой царапины сочилась кровь, пятная пол.

— Что за?.. — выдохнула Перчинка.

Госпожа, сунувшись из-за ее плеча, громко ахнула.

Но самое жуткое произошло в следующий миг. Прямо на глазах обеих девушек один из охранников, только-только поднявшийся на ноги, внезапно оступился и с воплем рухнул обратно. Его нога неестественно вывернулась, явно сломанная.

Просто на ровном месте!

— Ааа… вашу ж!.. — надрывался бедолага, катаясь по полу.

Перчинка и Госпожа ошарашенно переглянулись. Ничего не понимая, они бросились прочь — подальше от сектора простолюдинов.

Но то, что происходило снаружи, повергло обеих в еще больший шок.

По всей арене творилось какое-то безумие. То там, то здесь вспыхивали очаги хаоса и неразберихи. Зрители испуганно вскрикивали, хватаясь за ушибленные места и с опаской озираясь по сторонам.

Кто-то вскочил, оступился и загремел по ступеням, пересчитывая их собственным хребтом. У кого-то внезапно лопнула подтяжка на штанах, больно хлестнув по лицу. Кто-то схватился за порезанную осколками щеку.

Отовсюду неслись недоуменные возгласы и ругань. Люди явно терялись в догадках, пытаясь сообразить, что за напасть на них свалилась. Рвущаяся одежда, бьющаяся посуда, непонятные травмы — казалось, сам воздух был наэлектризован невезением!

— Что происходит, во имя Бездны? — ахнула Госпожа, вцепившись в руку Перчинки.

Та молчала, стиснув зубы. По спине ее пробежал неприятный холодок.

Она уже догадывалась, что все эти «случайности» были отнюдь не случайны. Нет, тут явно прослеживалась зловещая, пугающая закономерность.

И Перчинке очень не нравилось, куда клонилось дело.

Девушка напряженно размышляла. Лихорадочно складывала два и два, пытаясь ухватить ускользающую мысль. Ей казалось, она уже где-то слышала про нечто подобное! Осталось только вспомнить, где именно…

И тут ее озарило. Глаза Перчинки расширились, губы беззвучно зашевелились.

— Невезение… Мелкие неудачи, одна за другой… Словно сам рок ополчился… Ну конечно же… Примерно точно так же была уничтожена база Черных Хирургов, по свидетельствам немногочисленных выживших…

Ирма испуганно ахнула.

— Черное Солнце?.. — выдохнула Ирма, — Оно уже здесь? И, кажется, проявляет свою силу…

— Да нет же, — поморщилась Перчинка, — Иди спрячься куда-нибудь. Желательно в такое место, где на тебя сверху ничего не упадет…

— А вы, Госпожа?

—