Как я съел ваши фаерболы 2 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Сделай высоту этого стола ровно девяносто два сантиметра, — раздался за моей спиной ровный, холодный голос Валерии.

Моя будущая «старшая жена» стояла босиком, натянув рабочий фартук прямо поверх темного платья. Все пальцы в масле, но движения точные, как у робота. Она аккуратно выставляла на полки стеклянные колбы дистиллятора.

— Мне нужна идеальная эргономика для работы со скальпелем, — добавила она, даже не глядя на Демида. — Если я защемлю нерв в шее во время препарирования, то буду работать на двенадцать процентов хуже. А я не люблю работать вполсилы из-за чужой криворукости.

Демид послушно вздохнул. Базальт под его ладонями глухо заурчал и просел ровно на нужную высоту.

Я выпустил очередное колечко дыма и ухмыльнулся:

— Хорошо базальт плавишь, кирпичный мальчик. Будет где нашей Паучихе яды варить. Глядишь, и меня чем-нибудь вкусным угостит.

Лера щелкнула тумблером, подключая аварийный накопитель маны к сети. Лабораторию мгновенно залило тревожным, багровым светом. Моя тень, разросшаяся на полстены, казалась огромным неподвижным хищником.

Не отрываясь от колбы, Медведева щелчком отправила через всю комнату тяжёлую платиновую пластину.

Я поймал её одной рукой у самого лица, даже не повернув головы. Рефлексы, ничего больше. Лениво скользнул взглядом по биометрическому коду её покойного папаши.

— Здесь полный доступ к счетам и управлению патрулями Клана, — сухо, деловито произнесла Лера, будто отдавала список покупок. — Забирай всё управление делами, Ярослав. Мне некогда возиться с вашими тупыми клановыми войнами. У меня слишком много работы.

Она остановилась, требовательно постучав ногтем по стеклу прибора.

— И да, я хочу полный карт-бланш на любые исследования. И шестьдесят процентов ресурсов Клана Медведевых — редкие металлы, кости монстров, ингредиенты из Разлома — идут ко мне. Никаких отчетов, никаких вопросов. И без твоего любопытного носа в моих чашках Петри.

Я широко улыбнулся, показав клыки, и подбросил платиновый ключ на ладони.

— Договорились, Лерочка. Мне твои пробирки даром не сдались, а вот сила твоего Клана отлично прикроет мои тылы от лишних гостей. Рули своими грядками как хочешь. Главное, чтобы результат кусался.

У противоположной стены замер Демид. Он вырезал нишу под вентиляционную трубу, но сейчас просто окаменел, боясь выпустить резец из рук.

Я едва сдерживал смех, глядя на его перепуганную физиономию. До парня дошло, что мы с Лерой за пару секунд и походя, под хруст плода, распилили многомиллиардную империю Медведевых.

Во внутренней комнате воздух постепенно превращался в парную. Демид торопливо запечатывал швы базальтовых плит, а его спина уже насквозь взмокла.

А Лера на достигнутом не собиралась останавливаться.

— Я высчитала лучшее время для зачатия на следующий месяц, — ровным, лекторским тоном сообщила она, расставляя штативы с пробирками на новёхонькую полку. — Плотность твоей спермы на третьем уровне Желудка гарантирует зачатие с первой попытки. Вероятность успешного деления зиготы — девяносто восемь процентов.

Я отхватил еще кусок плода, шумно прожевал и хмыкнул:

— Отлично. Начнем с пяти волчат? Надо же кому-то Логово охранять. Главное, чтоб они твой характер не унаследовали, а то разберут все тут всё к чертям в первую же неделю. Чисто ради науки.

— Это маловероятно, генетический код Бездны доминантен, — бесстрастно продолжила Лера, словно обсуждала замену масла в двигателе. — Однако вынашивание полубожественного потомства потребует подготовки. Придется расширить тазовые кости. Кроме того, возможны спонтанные выбросы плазмы во время схваток… Демид!

Парень подпрыгнул на месте, едва не впечатавшись лбом в потолок. Его лицо мгновенно, от ушей до шеи, густо покраснело. Он стал похож на спелый помидор.

— Д-да, госпожа Валерия? — выдавил он, отчаянно пытаясь смотреть строго в стену.

— Сделай эти опорные колонны в три раза толще, — строго приказала она, указав пальцем на каменные столбы. — Нам понадобится сейсмоустойчивая родильная палата. Я не хочу, чтобы во время моих родов на меня рухнул потолок из-за случайного толчка.

Тут уж я не выдержал. Откинул голову назад и от души, раскатисто расхохотался, глядя на несчастного, совершенно пунцового парня.

— Да, Демидка, постарайся ради будущего поколения! — сквозь смех выдавил я. — И спальню нам тоже укрепи. Тряханёт во время самого процесса так, что люди следом за динозаврами вымрут!

Демид готов был провалиться сквозь землю прямо сейчас. Его концентрация сбилась, пальцы дрогнули, и базальтовая полка, которую он так старательно выводил последние полчаса, с тихим чавканьем оплыла уродливым комком.

Поместье Волковых (теперь там субтропики)

Я сидел в кабинете, закинув ноги на дубовый стол (Края были опалённые, Диана экспериментировала с самонагревающимся лаком. Не спрашивайте), и разглядывал стоящую передо мной Голубеву-младшую.

Зрелище было душераздирающее. Грязная роба, руки в мозолях (опять слызывать придется), волосы цвета «прощай, салон». Пахло от неё цементом, металлической пылью и густым, наваристым страхом.

Страх, кстати, пах аппетитно. Но жрать её я не собирался. Хорошими инженерами не разбрасываются.

— Господин Волков, я… — она сглотнула. — По поводу западного крыла. Арматура на третьем ярусе… я согнула её под сорок градусов вместо сорока пяти. Демид сказал, что несущая способность в норме, но я понимаю, что отклонение от проекта — это… это…

— Это что? — лениво поинтересовался я.

— … повод для наказания, — прошептала она и втянула голову в плечи окончательно. Ещё чуть-чуть и сложится в оригами.

У камина хрипло хмыкнул дед Корней. Он полировал свой рунный дробовик — занятие, которому он посвящал часа четыре в день, отчего дробовик блестел ярче, чем совесть налогового инспектора.

— В моё время за пять градусов расстреливали, — сообщил дед с явным удовольствием. — Правда, в моё время и арматуру гнули ломом, а не соплями.

— Дед, не помогаешь, — вздохнул я.

— А я и не напрашивался.

Я перевёл взгляд обратно на Лизу. Она ждала приговора. Пять градусов арматуры, и девочка реально готовилась к когтям. Вот что аристократическое воспитание с людьми делает: дома её пороли за неправильную вилку, у меня она ждёт порки за правильный, в общем-то, изгиб.

Или это я её так сильно зашугал? Да нет, глупости. Я ж добрый.

Я выдержал паузу. Потом щелчком отправил зубочистку в камин.

— Голубева. Давай по фактам. Форт стоит. Демид не сдох от истощения, хотя очень старался. А ты, внимание, не слиняла, хотя за неделю у тебя было минимум четыре окна, когда я был занят, а барьер коротнул, как логика твоего папаши.

Она моргнула. Мозг пленницы отчаянно пытался найти в моих словах подвох.