Синий Звон - Роман Суворов

– Егоров! – кликнул он адъютанта.

– Слушаю, Ваше Благородие! – тут же явился поручик.

– До вечера меня не будет, если что-то срочное, постарайся сам!

– Так точно, господин ротмистр! – козырнул помощник начальника третьего отделения и проводил Антона Владимировича, закрыв за ним дверь кабинета.

Перед тем, как отправиться на встречу, Рыжков решил зайти к контрразведчику и, заглянув в его кабинет, увидел Понизова стоящим у выдвинутого ящика картотеки и о чём-то размышляющим с веером карточек в руках.

– Добрый день, Глеб Романович! – поздоровался ото входа ротмистр.

– А! Здравствуйте, Антон Владимирович! – ответил ему подполковник. – Я уж собирался Вас разыскивать. Говорят, Вы от Журбина?

– Гляжу, у Вас глаза по всему управлению, – восхитился Рыжков.

– Да уж куда там, – махнул рукой Понизов. – Видел Вашу спину, когда Вы заворачивали от него, – чуть ворчливо уточнил начальник второго отделения.

– Я лишь поинтересоваться Вашим отношением к гибели наших фигурантов, – перешёл к делу Антон Владимирович.

– Имеете в виду, не причастен ли я к досрочному уходу из жизни агентов Её протестантского Величества? – усмехнулся контрразведчик. – Увы! К сожалению, я только начал собирать о них сведения и даже вроде бы вышел на их возможных кураторов, но… – разочарованно вздохнул подполковник, – сами видите: игру мне поломали.

– А может такое быть, что их убили именно потому, что обнаружили эту Вашу игру? – предположил Рыжков.

– Маловероятно, – задумался Понизов. – Если только очень высоко наверху «течёт»… Даже если бы и так. Три дня – не тот срок, чтобы спланировать и произвести операцию по уничтожению агентов. Тут что-то ещё, – кивнул контрразведчик каким-то своим мыслям и протянул по слогам: – Нда-с: ма-ло-ве-ро-ят-но.

– Что ж, тогда можно эту версию спокойно отсеять! – улыбнулся Рыжков старшему товарищу. – Буду держать Вас в курсе.

– А, кстати, Антон Владимирович, куда это Вы среди дня, да в штатском? – заинтересовался Понизов.

– Журбин поделился контактами… соглядатая, работающего в рядах на первое отделение. Вот, иду расспросить, может, он что видел, слышал, знает.

– Очень правильно с Вашей стороны, господин ротмистр, – заметил Глеб Романович, провожая Рыжкова. – Пока суставы позволяют, «в поле» работать – самое верное решение.

* * *

Через час Антон Владимирович уже выходил из брички в самом конце Овражной улицы.

– Гривенник накинуть бы, барин? – с надеждой протянул старый извозчик, не по погоде завёрнутый в драный армяк и, по всей видимости, почуявший хорошее настроение пассажира.

– А что сразу молчал? – удивился Рыжков

Извозчик лишь виновато пожал плечами.

– Ну держи. – Кудесник порылся в кармане пиджака, выудил несколько монет и отсчитал нужную сумму.

– Благодарствую, – протянул тот и хлестнул понурую, старую, как и он сам, конягу.

Двухэтажное здание трактира, названного без изысков «Овраг», ещё больше, чем помнил ротмистр, скособочилось на одну сторону, но казалось, что это ничуть не беспокоит хозяина заведения. Рядом с аляповатой вывеской, совсем недавно подновлённой свежей краской, был нарисован пышный калач, улыбающийся самовар и отчего-то орущий петух.

Рыжков отворил такую же кривую, как и сам трактир, дверь, ужасно взвизгнувшую несмазанными петлями, и оказался в на удивление светлом помещении с низким потолком, ничем не обработанными растрескавшимися толстыми брёвнами стен, каждый стык между которыми был заботливо проторочен новенькой паклей. Свежеокрашенный пол ещё не успел вытереться, а на выскобленных добела столах с лавками лежали прихотливо вышитые пёстрыми узорами салфетки.

– Вас ожидают-с? – подскочил к Антону Владимировичу половой, отъевшийся детина поперёк себя шире, с прилизанными маслом чёрными волосами, начисто бритой физиономией и носом-картошкой.

– Некий Филька Куролесов, – ответил Рыжков, сверившись с переданной дежурным запиской.

– Попрошу. – Половой указал в сторону наполовину скрытого за очагом самого дальнего стола, за которым спиной ко входу, чуть сгорбившись, сидел некто, услышавший своё имя и украдкой, вполоборота, оглянувшийся.

– Здравствуйте! – Антон Владимирович подсел к незнакомцу.

– Ты, что ль, кудесником будешь? – зыркнул исподлобья тощий молодой человек с недовольным, порченным оспинами лицом, бегающими маленькими глазками и чуть выдающейся вперёд челюстью.

– Именно я, – располагающе улыбнулся в ответ жандарм в штатском.

– Ну выкладывай, что у тебя за вопросы. – Филька опасливо оглянулся, не видать ли кого знакомого.

– Известны ли Вам были покойные торговцы туркестанскими коврами, некто Сахир и Таймур?

– Чегой-то не припомню. – Молодой человек снова рыскнул глазами по трактиру.

– А так? – Рыжков выложил перед филёром пятиалтынный.

– Так вот немного припоминаю! – протянул руку Куролесов, но ротмистр не дал ему схватить вожделенную монету, накрыв её ладонью.

– Чего господа желают отведать? – подошёл к их столику половой. – Сегодня у нас в честь дня осеннего равноденствия и ожидающегося Синего Звона особое меню-с.

– А что, в Синий Звон нечто особое есть полагается? – сильно удивился Рыжков пройдошистости содержателя трактира.

– Кудесники прямо так и советуют, – нагнулся к клиенту тот с приватным полушёпотом, – эту напасть просто необходимо встречать, наевшись блюдами, приготовленными исключительно на масле из финиковых косточек.

– Прямо сами кудесники? – широко открыл глаза Антон Владимирович. – И небось каждое блюдо в копеечку влетит?

– Ещё бы. Масло весьма дорогое-с, – важно подтвердил половой. – У нас прямые поставки из Персии, никаких подделок, не то что у некоторых.

– Знаете, а, пожалуй… – Рыжков сделал вид, что на мгновение задумался, а потом на лице его засияла открытая улыбка, и он щёлкнул пальцами, запалив над собой зелёную искру чародейского светляка.

– Ого! – уставился на своего визави Филька. – Прям самделишный кудесник?

А лицо полового на мгновение приобрело вид довольно смешной и растерянный, но он быстро справился с недоумением.

– Простите, господин чародей! – повинился он бесстрастным тоном. – Желаете что-то из повседневного меню?

– Брал я у вас как-то судака по-Весьегонски, – начал заказывать Антон Владимирович, едва заметно ухмыльнувшись.

– Есть, свежайший! Только что выловлен, ещё трепещет. С полчаса готовиться будет.

– Отлично.

– Ещё пожелания будут, господин кудесник?

– Чаю, пожалуйста.

– Сию минуту-с, – расплылся в улыбке половой перед явно обеспеченным клиентом, перевёл на Фильку мгновенно ставший строгим взгляд и чуть свысока пробубнил: – Вы, наконец, определились?

– Мне тоже чай, – вздохнул Куролесов, с украдкой и некоей опаской покосившись на Рыжкова.

–