Путь от змеиного хвоста - katss

— Да бля! Нахер тебе столько будильников?! — возмутился, закрывая голову подушкой, Дима. — Или ты спишь после пробежки?

— Нет, это мне доставку привезли, а меня нет.

— Пусть оставят под дверью и валят на хуй… — высказался измученный Стрешнев.

— Я смотрю, с тебя вся наносная культура слетает как шелуха с лука, слоями, — прокомментировал всё чаще прорезающийся словарный запас Игорь.

Дима, не вылезая из-под подушки, вслепую нашарил под креслом второй мой тапок, и кинул на звук. Почти попал. Арсеньев просто увернулся.

— Мда. Ваще страх потерял, белобрысый.

— Уйди, чудовище! — прорычал Дима. Я похлопала по соседней подушке, и Ковбой забил на внешние обстоятельства, плюхнулся рядом. Полез под плед:

— Да, так весело я ещё не просыпался. А что самое удивительное — опять почти выспался… Наконец-то.

— В смысле? — пробухтела из тёпленького гнезда, раздумывая сколько пледа ему отдавать, и отдавать ли вообще? — Вы ж порталы не каждый день берёте, и даже не через день?

— Только сплю я все пять лет крайне хреново, — хмыкнув, признался гильдмастер. — Чтоб проспать часов шесть подряд — такого вообще, считай, нет.

— То-то у тебя всё время синяки под глазами…

— Заткнитесь, а? — тоскливо попросил Стрешнев. — Сегодня синяки под глазами уже у меня!… — Игорь хрюкнул, втихую полез холодными руками мне на талию. Садист!

Пнула в отместку, оказалась тут же скручена, и мы дружно вырубились по-новой.

***

— …Спят вповалку, причём все трое, — вполголоса прокомментировал кому-то, через гарнитуру, мелкий. Демонстрируя с камеры наше поверженное воинство.

— Сам в шоке. Нет, не передрались. Просто спят. Офигеть просто… — Я приподнялась на локте, сонно поглядела на часы — половина десятого, и поинтересовалась кто это. Макаров? Ну супер. Помахала рукой на камеру, заверила что чудовище в режиме энергосбережения, и брякнулась обратно. Арсеньев, тоже от чужого разговора проснувшийся, и втихушку гревший уши, беззвучно хрюкнул и обнял покрепче.

— Лис, а чё нам покушать? — на секунду оторвался от телефона малой. Я снова нашарила под диваном спасительный тапок… — Понял, ушёл, — тут же сориентировался племяш, свалил на кухню, прихватив из клетки Потапа, и плотно прикрыл дверь.

Игорь молча ржал. Дима наконец крепко спал и пускал на подушку слюни. Там прям видно было, что человек не хочет больше ничего, и ему уже вообще всё пофиг… Хоть война, хоть оргия.

— Универсальное оружие, — шёпотом поделился наблюдением гильдмастер.

— Тапок? Тапок — да, абсолютно универсальная шняга…

— И ты тоже, — затрясся от сдерживаемого хохота Игорь. — Уникум просто!

— Иди нафиг, — проворчала я.

— Слушай, а где твои одеяла? — тихонько уточнил он, разглядывая изнутри "домика" классическую шотландку…

— В стирке опять! Точнее, на балконе сохнут. Потап, пока я в портал ходила — перелинял, зараза. Но это-то фигня, можно щёткой почистить, на улице… НО. Вчера я чё-т забыла, что день-то будний. В общем, — зевнула до слёз, на несколько секунд запамятовав, о чём говорила…

— А! Так вот, ушла я вчера над Ромкой экспериментировать… а забыла, что мелкий в школе. И окно на кухне после курева не закрыла, сдуру… Сетки-то тоже сняты — Славка их буквально на прошлой неделе отстегнул, почистил, да в гараж унёс. Ну и окна помыл, заодно… В кухне — точно, к остальным не присматривалась.

— Позавчера. К вам что — домушник влез? — поднял брови вынырнувший из-под пледов Кудрявый. Обозрел внимательно комнату, пожал плечами. — Вроде всё на месте.

— А, ну да… Почти, — фыркнула. — Славка ж Потапу всегда с утра дополнительный прокорм оставляет, на отдельной тарелке. Зёрнышки, петрушку, семечек… Всё переживает: а вдруг Потя похудеет?

— Та-а-ак… кажется, я начинаю догадываться. Голубь залетел? И нагадил?

— Если б всё было так просто… Тут, судя последствиям, голубь был явно не один. Их же всё — то бабки, то Яночка прикармливают… А тут бабки разъехались остатки урожая с дач убирать, а одна Яночка с прокормом этой бандитской стаи явно не справляется. Это раз. И два: её ещё из дурки не вернули, на сей раз. Так что эти твари голодные — жуть! И уже занялись гопничеством…

— Голубей было несколько? — зафыркал Ковбой. Шикнула на него:

— Не сбивай, сама собьюсь! В общем, прихожу я домой — а тут натуральное побоище. С кровью, перьями по всей квартире, двумя загрызенными трупами… — У гильдмастера глаза на лоб полезли. — Да-да, Потап суров как Дункан МакЛауд… Загрыз нафиг покусившихся на его хавку. И пофиг, что оно с крыльями. Ну, пельмени сырыми он уже точил, мясо со сковородки трескал, рыбу тоже уводил… На природе мышей-змей душил. Можно сказать, совершенствуется чело… тьфу ты, карбыш. Короче, прихожу — а тут побоище, всё обосрато, кровью уляпано, перьями усеяно… и Потап, щеря зубы, на подоконнике стоит. Караул несёт. Ружья со штыком не хватало…

Арсеньев, прорыдавшись в подушку, уточнил:

— А чё, запасных нет?

— Есть! — прошипела. — Два! Одно гостевое — и так у Димы, второе выдала Славке. Я как-то на приблуду на ночь в твоём лице не рассчитывала, когда это всё сунула перестирать… Как и на зарядивший дождь!

— Ага. То есть, с дождём мне повезло, потому что твоя средневековая броня пострадала, как и одеяла, и теперь сохнет… И остались миленькие коротенькие шортики?… — полез проверять степень "короткости". Пнула.

Подумал. Ещё подумал. Озвучил:

— Хм, а вот и минус, у меня зубы не чищены… Я тоже не рассчитывал сегодня стать "приблудой", щётку не взял… — и полез целовать мне шею.

— Мать твою, щекотно!

— Не трогай маму, мама была приличной женщиной, в отличие от папы, — проворчал куда-то в шею Ковбой, продолжая свою подрывную деятельность…

Глава 3

— Я в столовой — лихой хулиган, я — любитель покушать плотненько. Если вся еда — океан, то я в нём — остров "Голодненький", — процитировал Славка. Глядя на излишне довольного жизнью, наворачивающего полулитровую тарелку овсянки Арсеньева. Тот аж замер, не донеся ложку до рта. И засмеялся, до слёз. Мы тоже. Даже Дима повеселел.

— Ты почему до сих пор не в