Летнее зелье - Бен Ааронович

Не бывает одной ярмарки. Разные аттракционы принадлежат и управляются разными семьями, каждая из которых выбирает, куда направиться дальше. Каждая из семей украшает свои аттракционы и автомобили разной ливреей, у каждой своя репутация и своя история — некоторые восходят к векам, некоторые пришли в этот образ жизни во время последней рецессии и так и остались. Говорят, что если ты в теме, то можешь зайти на ярмарку и определить, кто там, по цветам. К сожалению, я не в теме. Но Найтингейл рассказывал мне, что некоторые семьи являются частью той великой неформальной сети соглашений, которые связывают конные ярмарки, выставочные площадки, зимние лагеря, старые пути и дороги средневековой Европы.

Это выглядело скорее как место сбора, а не работающая ярмарка. Я мысленно отметил названия — Уилсон, Картер, Спаньоли, Реджинальд. Там было много паровых аттракционов поздневикторианской эпохи, ориентированных на ностальгический рынок, и пара настоящих паровых тягачей. Ближайший был огромным зверем из чёрного железа, окрашенным в малиновый и лесной зелёный цвета, — имя Королева фей было выгравировано на боку его навеса.

Белая женщина средних лет в афганском пальто спрыгнула с подножки Королевы фей и оглядела меня с ног до головы.

— Ничего себе, — сказала она. — Спорим, за пятерку вы таких не часто получаете.

Беверли шагнула ко мне и улыбнулась женщине, которая ответила взглядом настороженного узнавания.

— Доброе утро, — сказала Беверли. — Мы ищем небольшую помощь.

Женщина кивнула.

— Нам сказали, что вы можете появиться, — сказала она.

Кто бы это сказал? подумал я.

И помощь мы получили — в изобилии. Беверли проводили в один караван, меня — в современный Sterling Eccles парнем по имени Кен, который, несмотря на то, что носил волосы в хвостике, мог бы иметь «бывший десантник» на лбу. Внутри он нашёл кое-какие старые вещи, которые подошли мне по размеру, и заварил чай, пока я одевался. Кен работал на паровых яхтах летом, но зимой перебирался на Ибицу, где работал вышибалой.

— В основном испанцы в межсезонье, — сказал он. — Так что не так шумно.

У него была испанская жена на острове, и он приписывал успех своего брака своим долгим отсутствиям каждый год.

— Я уезжаю как раз когда она начинает от меня уставать, — сказал он, — и возвращаюсь, когда она готова к компании.

Выпив чашку чая, я встретился с Беверли снаружи. Я получил пару хаки-шорт и немного тесноватую футболку Status Quo. Она получила жилетку байкера из кожи и пару синих карго. Не хватало только пары ката́н, и мы могли бы отправиться охотиться на зомби вместе.

Хотя, ради протокола, в случае зомби-апокалипсиса я буду искать возможность освободить бронеавтомобиль Warthog PPV из казарм Риджентс-парк[1] — для дополнительной уверенности при общении с ходячими мертвецами.

Транспорт для нас предоставили в виде Land Rover Series II, который, несмотря на тёмно-синюю покраску и болезненно кое-как отремонтированное правое крыло, был в удивительно хорошем состоянии.

Опершись о Land Rover, стояла Лили, дочь Темы, бледная, в пирсингах и с надутыми губами. На ней были чёрные узкие джинсы и подходящая футболка с надписью Keep Calm and Listen to Siouxsie and the Banshees[2] с вырезанной горловиной, так что она свободно свисала с одного плеча.

Она подняла руку в знак приветствия, когда мы подошли, и спросила Беверли, как всё прошло.

— Потом, — сказала Беверли и крикнула «переднее», что означало, что я оказался сзади, где, я уверен, незадолго до этого ехала овца. Очень больная овца.

Для машины, которая была старше моей матери, у неё была довольно приличная стереосистема, на которой Лили играла Queen's Greatest Hits, но только, объяснила она, потому что её сестра одолжила её iPod и не вернула, а Queen's Greatest Hits был единственным CD в стереосистеме. Может, овцам это нравилось.

Мы только добрались до сомнительного первого куплета «Fat Bottomed Girls», когда въехали на парковку «Приречного трактира». Забрав ключи, я был отправлен внутрь выцыганить напитки у хозяина, который, поскольку было нерабочее время, разрешил мне взять сидр за счёт заведения. Пока я выносил их, я заметил Беверли и Лили на берегу реки, стоящих ко мне спиной и смотрящих в воду.

Я не говорю, что подкрался к ним. Но я определённо постарался не привлекать к себе внимания.

— Вам, ребята, не на что жаловаться, — сказала Беверли.

— Это не я, — сказала Лили. — Это мама и Корве — они много в это вложили, понимаешь?

— Я была слишком занята, чтобы обновлять Твиттер в тот момент, — сказала Беверли. — Но могу изложить тебе основные моменты, если хочешь.

Лили вздохнула.

— Знаешь, на самом деле это немного заманчиво, — сказала она.

— Я была иронична, — сказала Беверли.

— Нет, серьёзно, — сказала Лили. — Прошло так много времени, что мне не помешало бы напоминание.

— Ну, только не от меня, — сказала Беверли.

— Но ты уверена, что всё прошло хорошо?

— Доверься мне, — сказала Беверли. — Земля двигалась[3] — это всё, что тебе нужно знать.

— Твоё слово?

— Моё слово, — сказала Беверли.

— Твоё слово о чём? — спросил я.