Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Знаешь что? — Фома сделал последний глоток и отбросил пустую бутылку, — Я дам тебе совет. Бесплатно, просто потому что ты мне нравишься. Когда начнется заварушка, а она начнется очень скоро, держись подальше от Синегорья. И особенно — от Черного Солнца. Эта штука… она меняет людей. Меняет реальность вокруг них. И не всегда к лучшему. Ты еще молодая, тебе жить да жить…

— А как же твоя месть Кривотолковым? — прищурилась Перчинка, — Я слышала, ты поклялся уничтожить князя.

— Месть? — Фома расхохотался, и в его смехе слышалось что-то жуткое, — О, она никуда не делась. Просто… еще не время, говорю же… Все решится на турнире. Кроме того, есть вещи пострашнее мести. Вещи, которые могут уничтожить весь город. А может, и не только город… — он пошарил в карманах, словно в поисках новой бутылки. Разочарованно вздохнул, — Ладно, мне пора. Дела, знаешь ли. Надо найти эту чертову плотоядную кукурузу, иначе не успокоюсь… Передавай привет отцу… если успеешь до того, как его там чпокнут…

Он развернулся и побрел прочь, чуть покачиваясь. Через несколько шагов его силуэт словно растворился в горячем воздухе пустоши, будто его никогда и не было.

Перчинка еще долго смотрела ему вслед, машинально поглаживая антенны. Встреча с Фомой заставила ее задуматься. Возможно, придется скорректировать некоторые планы…

— Госпожа… — осторожно позвал водитель, с трудом поднимаясь на ноги, — Кто это был?

— Никто, — ответила она, возвращаясь к машине, — Просто пьяный бродяга. Поехали быстро назад, в Синегорье.

— Что?

— Планы поменялись.

Внедорожник снова помчался по пустоши, поднимая клубы пыли — но уже в обратном направлении. Перчинка больше не наслаждалась поездкой. Ее мысли были заняты тем, что сказал Фома. О большой игре, о грядущих переменах, о новой авантюре отца… и о Черном Солнце, которое меняет реальность.

Возможно, действительно стоило подготовить запасные пути отхода. На всякий случай.

Винтовая лестница вывела нас в огромный круглый зал, и то, что мы там увидели, заставило застыть на месте даже видавшую виды Айсштиль. В тусклом свете магических светильников возвышался исполинский механизм, похожий на гротескное сочетание часового механизма и… живого организма. Массивные шестерни и рычаги переплетались с… живой плотью. Конструкция уходила под потолок, теряясь где-то во мраке. Металлические опоры, похожие на ребра гигантского существа, поддерживали основную структуру.

Воздух был пропитан тяжелым металлическим запахом и чем-то ещё — сладковатым, тошнотворным ароматом разложения. Вдоль стен тянулись ряды колб и резервуаров, наполненных мутной жидкостью, в которой плавали неясные силуэты. Некоторые из них шевелились.

— О боги… — прошептала Эмми, и её тут же вырвало. Она согнулась пополам, опираясь о стену, её тело сотрясала крупная дрожь.

Я понимал её реакцию. В механизм были встроены части тел — руки, ноги, даже головы, соединённые с металлическими деталями посредством пульсирующих трубок, наполненных светящейся жидкостью. Лица застыли в гримасах боли и ужаса. Но самое страшное было не в этом. Я чувствовал, что эти части всё ещё живы. От них исходили потоки духовной силы, которые питали машину.

Трубки периодически сокращались, как кровеносные сосуды, перекачивая энергию. Каждое такое сокращение сопровождалось тихим стоном, эхом разносившимся по залу. Встроенные в механизм части иногда подергивались, словно пытаясь освободиться от своего металлического плена.

— Это… Одарённые, — процедила Айсштиль, её лицо побледнело сильнее обычного, — Я чувствую их Дары. Они используют их силу…

— Я узнаю некоторых, — прошептала Эмми, — Вот здесь — это же молодой виконт Вильский, который пропал год назад. А там… о нет, неужели это сударыня Шкретова? Она была так молода…

Механизм работал, издавая мерное гудение. Шестерни медленно вращались, перекачивая энергию по трубкам. В центре конструкции располагалось нечто вроде сердца — пульсирующий кристалл размером с человеческий торс, светящийся зловещим красным светом. С каждым его ударом по трубкам проходила волна энергии, заставляя встроенные части тел содрогаться.

— Но зачем… для чего? — произнесла Айсштиль, — Какова цель?

— Эта машина усиливает Дар Удачи, — коротко произнес я.

— Что? — повернулась ко мне Айсштиль.

На стенах я заметил древние руны, похожие на те, что были в коридоре, но здесь они светились тусклым красным светом, пульсируя в такт работе механизма. Некоторые символы казались искаженными, словно их намеренно изменили, извратив первоначальный смысл.

— Я знаю значение этих рун, — произнес я, — Это я придумал этот язык. Много лет назад. Эта машина создана на основе моих старых изысканий, связанных с книгой Судьбы…

Айсштиль и Эмми в шоке смотрели на меня, словно не могли в полной мере осознать смысл моих слов.

— Теперь вы знаете наш секрет, — раздался спокойный голос из темноты.

Массивное кресло, которое мы приняли за часть интерьера, медленно развернулось. В нем сидел князь Дмитрий Кривотолков, его пальцы лениво постукивали по подлокотнику. Он выглядел совершенно расслабленным, словно находился не в жутком подземном зале, а в своем уютном кабинете. Из темноты за его спиной появилась Илона, её белое платье казалось призрачным в красноватом свете механизма. Её лицо выражало странную смесь гордости и презрения.

Я ухмыльнулся, глядя на нее. Да уж… и что теперь? Ведь над княжной все еще довлеет магический Договор…

Глава 10

Выгодное предложение

— Это… это же люди, — выдавила Эмми, отдышавшись. Её все еще мутило, но она держалась, — Живые люди… Как вы можете? Они же чувствуют боль! Они страдают!

— Бывшие люди, — поправила Илона, положив руку на плечо мужа. В этом жесте было что-то извращенно нежное, — Те, кто пытался встать на пути клана Кривотолковых. Или просто обладал сильным Даром, который мог принести пользу. Их страдания — небольшая