Снежный кряж - Алексий Малеев

пределами, что, по одной из версий, значило «поклоняющиеся солнечным Ка». О мелочах, вроде браков между детьми вождей племён, распределением пастбищных угодий и, в особенности, посещений священных для рокаду мест, говорить и не стоит. А ведь именно от того, насколько часто племена говорят с богами, как считают историки, и зависело, кто будет главным на следующий год. Вот только Ка не давали одному племени главенствовать два года подряд, но это не мешало нескольким племенам объединиться и по очереди добиваться права на власть. Таких племён было шесть. Союз шести самых сильных племён решал, как будут жить остальные пятьдесят четыре. И большинству не нравилось такое положение дел, но они терпели почти три сотни лет, думая, что боги лучше знают, как поступать.

Но постепенно, год за годом, нарыв рос, креп и однажды его прорвало, как мощный поток воды прорывает хлипкую плотину в период половодья. Пятьдесят четыре племени напали на шесть и смели их числом, даже не заметив сопротивления. Вот только радости и мира это не принесло, внутри победителей стремительно разгорался конфликт деления власти, а боги не знали, стоит им вмешиваться или нет. Им были не понятны мотивы своих подданных, они считали, что власть дают самым преданным, а остальные не хотят этой власти, а потому и не просят её у священных камней. И когда боги всё-таки решили вмешаться, другие боги, объединившись, пошли войной на Ка. Одновременно с этим, соседи ракаду создали Коалицию Сотни Народов и стали захватывать Равнины лигу за лигой. Племена не успели опомниться, как оказались отрезаны от камней и ничем не могли помочь своим богам, боги же без поддержки терпели поражение за поражение. За каких-то пару месяцев их противники уничтожили оба малых пантеона Ка, а Коалиция под чистую вырезала сорок шесть племён. Ка, чувствуя скорое неминуемое поражение, решились на отчаянный шаг — опустить Равнины как можно ниже относительно других земель Наракона, преследуя мысль, что раз не им, то никому. Но сил на реализацию задумки в полной мере не хватило и некогда зелёные степи, а теперь выжженная до состояния песка пустошь, углубилась лишь на полторы сотни метров. Совсем немного в масштабе обширности некогда процветающих Равнин. Вот только людям, и не только людям, почти моментально оказавшимся на дне провала, от этого легче не было. И если боги-противники Ка поклоняющиеся им силы Коалиции спасли полностью, то за ракаду не вступился никто и они утонули в потоках неизвестно откуда пребывающей воды. Меньше чем за неделю степи превратились в идеально прямоугольный водоём с прямыми отвесными берегами. На этом история озера Салипитендокурсашингис вовсе не заканчивается, а только начинается. Как и трактат историка Гартинэля из Остара. Паша освоил лишь одну двадцать четвёртую часть всего текста, но останавливаться не собирался.

За время отсутствия Горпео, деревня никак не изменилась. Всё такая же пустынная улица, разве что ни один магазин, как и предполагал игрок, не работал. А вот таверна сияла огнями и привлекала к себе взор издалека. Туда и поспешил парень, забрать как можно больше стрел. Правда. Их осталось совсем немного, всего сорок три штуки, но это совсем не беда. Его главной задачей будет просто не находиться в деревне во время рейда, убивать никого не надо, только совсем уж крайнем случае, если нападут лично на него. Горпео надеялся, что таких случаев будет мало.

В домике рейдеров все без исключения готовились к предстоящему походу в лес. Таш начищал свою винтовку и проверял патроны, больше похожие на мини-гранаты; Дратис, одетый в странный чёрно-серо-белый полосато-пятнисто-клетчатый плащ, то исчезал, то появлялся, сокращая количество версий о «призраке» до единственной возможной; Гиша забралось с ногами на лавку, обхватила руками колени и раскачивалась, прикрыв глаза; трое носителей дробовиков на одно лицо распределяли патроны, вполголоса перекидываясь шуточками, создавая тем самым звуковой фон, который, очевидно, никому не мешал; «орчанка» разложила перед собой арсенал небольшого отряда — три пистолета, револьвер, штурмовую винтовку, охотничье ружьё, гранатомёт, патроны и снаряды к ним, метательные гранаты четырёх видов по пять штук — и лила из ладоней на всё это великолепие красноватый свет; вчерашние изучатели свитков молча и синхронно заряжали барабанные магазины, наверное, для автоматов, что лежали рядом, круглых металлических коробок у них скопилось по восемь штук на каждого. Отсутствовал только шаман, хотя за его приготовлениями игрок понаблюдал бы с огромным удовольствием. Впрочем, не исключено, что были бы они ещё скучнее, чем у Гиши.

Горпео осторожно сел на лавочку у двери и стал ждать. Время показывало без двадцати полночь, время ещё было и поэтому парень углубился в то, что хотел прочитать больше всего, но так и не сумел, влекомый другими текстами — «Краткий экскурс в верования Снежного кряжа». Богов, божков и территориальных и стихийных духов в холодной гористой местности оказалось на удивление много. По прошествии двадцати минут, когда в помещение вошёл Нок и сказал «Пора», бросив неодобрительный взгляд на игрока, тот дошёл лишь до буквы «И». Зато много нового узнал про Ашвари и дрогов с грогами.

Рейдеры, к удивлению Горпео, пошли пешком, хотя позавчера его забирали на какой-то технике. Почему так он решил не спрашивать, чтобы лишний раз не нарываться на гнев шамана.

У самых ворот парня окликнула Гиша.

— Эй, посланник, стой и слушай, — зычно, как показалось Горпео, на всю деревню, сказала магичка.

Он остановился, все рейдеры тоже.

— Ты бесполезен, — начала Гиша. — Ты с нами лишь потому, что наш проводник в мир духов боится оставить тебя в деревне. Я полностью солидарна с ним, но в рейде ты нам не нужен. Тратить силы ещё и на твою защиту никто не будет, решишь погеройствовать — отлетишь к воротам, а Нок после этого тебя на клеточки растворит и поделом. Поэтому спокойно стой в стороне и ничего не делай. А главное помни — ты бесполезен. Понял?

— Я бесполезен, о всемогущая госпожа, — как можно спокойнее проговорил Горпео.

Магичка ничего не ответила, но в глазах её пылала ярость. Наверное, игрок сказал совсем не то, чего от него ждали, но молча проглотить обиду он не мог. Да, он сам понимал, что не сможет ничего противопоставить тварям леса. Да, он сам хотел не ввязываться в бой, хотел отсидеться, хотел притвориться мебелью. Но зачем было унижать его во всеуслышанье? Чего добивалась Гиша? Горпео не понимал. Она сильная, она владеет магией, которая игроку, может, пока, а может, и вообще, недоступна. Но с