Тайная война заклинаний - Юлия Евгеньевна Галанина

проводил. Даже если рванёт, там такая скала в основании, что мама моя. В казармах подвалы неплохие были, но они близко к Вышке. Рухнут они, зацепят и её. Что ещё узнать хочешь, пока я добрый?

- Рях, спасибо! Вроде бы ты всё рассказал. А как другие башни крепости называются?

- Задница, Правое Копыто и Левое Копыто, - вежливо удовлетворил мое любопытство Ряха. – Почему Задница - объяснять не надо?

- Почему? – хихикнула я.

- Потому что в Легионе народ простой был, без мудрёных заворотов. И нужно чтобы всё по делу называлось, понятно, и, главное, без поэзии.

Про себя я подумала, что буду называть башни по-другому: Носовая, Хвостовая, Левая и Правая. Потому что Носяра и Задница слишком уж поэтично, как бы Ряха не убеждал меня в обратном.

- А почему казематы так далеко от уборных? Почему не на самом носу?

- А Медбрат их знает! – Ряха заглянул в кувшин, с грустью убедился, что он пуст. – Наверное, потому, что их разместили подальше от казарм. Редко кто из офицеров в тюрягу попадал, больше простые ребята. Вот их и распихивали по камерам вдалеке от нас, сослуживцев. А попробуй уборные от казарм убери – это себе дороже! В казармах-то по-всякому народу куда больше, чем в тюрьме. И жрут в три горла, лоботрясы. Маленький кувшин ты принесла, вот что я тебе скажу. А в горле от трёпа пересохло.

- Хорошо, схожу за большим, - безропотно согласилась я. – Гренок еще нести?

Теперь-то я знаю, что где на Родинке! За такие ценные сведения два кувшина какао – это ж мелочь!

- Неси, - кивнул Ряха. – Хоть в кои-то веки себя настоящим королём почувствовать, благородным таким, какао завтракающим…

На кровати зашевелилась Тропинка.

- Ты вернулась! – обрадовалась она. – А мне снилось, что ты рядом, но я боялась, что это сон. У нас сегодня выходной, ты знаешь?

- Откуда ей знать? – ехидно сказал Ряха, размахивая карандашом, как указкой. – Она же всё занятие неизвестно где просвистала. Я бы таким ученикам самые плохие оценки бы влеплял, какие только есть! И за хвост бы на уроках привязывал, чтобы сидели, слушали, науки постигали! Вот в Легионе из таких дурь быстро вышибали: чуть оплошал, отжимайся на кулаках, пока не поумнеешь. Великолепное средство, враз всех пронимало. Надо вашему Профессору посоветовать. Пока вся группа с цепи не сорвалась, на Двадцать Вторую глядя, и за городом по степи не разбежалась.

- Ты лучше Граду скажи! – посоветовала я. – Это он нас заставляет прыгать и кувыркаться. От отжиманий на кулаках он просто в телячий восторг придёт, зуб даю.

- Ты же вроде за какао ушла? – возмутился Ряха. – Вот и иди, чего уши развесила.

- Ты такой строгий с утра, просто страшно, - фыркнула я, и, сгребая поднос с кувшином и чашками, пошла на кухню.

Из-за двери было слышно, как Ряха объясняет Тропинке:

- И свалилась посреди ночи прямо в окошко, как ни в чём не бывало! Видела, какая мордочка счастливая? Ох, не к добру это!

Не походил он в этот момент на благородного короля, завтракающего по утрам какао! Сестрицу он мою старшую напоминал, такую же вредную. И как это они не спелись, даже странно! Вот бы парочка получилась, полхвоста на двоих.

***

На кухне сидел и с аппетитом завтракал Град.

Словно мне Ряхиных нотаций мало!

- Доброе утро! – помахала я кувшином. – Я жива, здорова и всё хорошо.

- Вижу, - кивнул невозмутимо Град. – Очень рад.

- Извини, я пойду. Ряха там бушует, какао требует. Я сегодня на побегушках.

- Привет ему передай, - велел Град. – И всяческие поклоны.

- А может ты сам? Он жаждет тебе рассказать, как надо правильно преподавать, - не удержалась я.

- Как интересно, - оживился Град. – А я преподаю неправильно?

- Ты не заставляешь нас отжиматься на кулаках. А Легионе заставляли. Ряха думает, что это очень полезное упражнение, которое просто необходимо ввести в программу обучения в магической школе.

- Отжимание на кулаках входит в нашу программу обучения, - расплылся в улыбке Град. – Просто я вас пока пугать не хотел. Вот в следующее занятие и поотжимаемся, спасибо, что напомнила.

- Всегда пожалуйста.

Тётя слушала нас с большим интересом.

Я нашла кувшин побольше, как Ряха и просил, налила в него какао и сбежала с кухни, раздумывая по пути в комнату, не слинять ли мне совсем из дома, пока страсти не улягутся.

***

День прошел как-то сумбурно. Завтрак я, получается, пробегала туда-сюда с кувшинами, а потом тётя объявила, что завтра её модный салон официально откроется. Поэтому сегодня нужно подготовить его к открытию. И мы – я, тётя и Тропинка - поехали в переулок. А Ряха отправился в порт. В Рыбницу уже ушло три корабля, загруженные полностью. И Ряха занимался отправкой четвёртого.

По пути я уже совсем было решила рассказать Профессору про Ряхин чертёж Родинки. Ведь получается, раз он нарисовал крепость на отдельном листочке и сам про неё всё-всё-всё рассказал, можно и не упоминать, что мы с Ирисом побывали в кабинете Серого Ректора?

Но когда мы приехали, заглянули в «Пряные приятности», чтобы поздороваться, Профессор, печально вздыхая, сказал мне:

- Душа моя, ты нас очень напугала… Будь поосторожнее.

- Я постараюсь, - честно пообещала я, но продолжать беседу, и рассказывать о Ряхином чертеже сил уже не было.

Как сложно объяснить, что бывают моменты, когда получается так, как получается, а по-другому никак…

Поэтому я вцепилась в тряпку и стала намывать окна в салоне, чтобы завтра всё блистало неземной красотой и все тетушкины враги померли бы от зависти, только глянув на царящую здесь чистоту. Тропинка присоединилась ко мне и, возюкая тряпкой, стала тихонько рассказывать, почему этой ночью занятия не будет.

- Ты исчезла, а мы бегали туда-сюда, то есть, туда и ещё раз туда. А чтобы так получилось, обошли долину после первого раза и снова бегом пересекли её. Только уже