Мир жизни и смерти 11 - Павел Михайлович Пуничев

Я же, чувствуя, что здесь что-то не так, крутил во все стороны головой, выискивая причину своего беспокойства. Искал и увидел её в тёмном провале склепа, с двух сторон от отсутствующей двери которого возвышались две фигуры похожих на наши классические гаргульи.

— Ах ты ж падла! — Я одним рывком растолкал сокланов, влетая в темноту склепа, тут же активируя заветное заклинание, — Есть! Попался гадёныш!

В темноту склепа, освещённую лишь посверкивающей Громовой Клетью, ворвалась Лапочка, хватая меня за плечо:

— Броневой, ты что творишь, ты куда? А если здесь какие-то монстры? Не хватало чтобы тебя здесь убили!

— Вот, — я указал на клеть, внутри которой скрючилось одно сильно ушастое и заросшее щупальцами существо, — я его поймал, это лазутчик у этих уродов, у Древних богов, шастал за нами везде, вынюхивал, выслеживал, но теперь всё, отбегался, козлина.

— Да, это он, — подтвердила Лапочка, — оставь его здесь и уходим, времени почти не осталось.

— Нет его надо взять с собой, уничтожить вместе с остальными, но я его не утащу.

Лапа не стала спорить, схватилась за кольцо клети, легко поднимая её, второй волоча меня за собой за руку к дверям, у которой сгрудились все сокланы.

— Броневой идём, надо идти.

Несмотря на подбадривание друзей, я всей душой чувствовал, что мои ноги просто отказываются вести меня туда. Замок быстро приближался и с каждым шагом я чувствовал всё больше нарождающийся страх. Я было даже думал попробовать отговорить их от похода в этот ужасный замок, но после всего того, что мы прошли остановиться в самом конце пути? Меня явно не так поймут.

Когда до замка осталось несколько шагов и самоуговоры, и достижения, продолжающие сыпаться мне на голову с каждым шагом, просто перестали работать. Я знал, что мне нельзя идти туда и не мог не идти, хотя мысли о слабовольном побеге становились все вещественнее с каждым шагом. Таким же вещественным был завладевший мной липкий, мерзкий, недостойный страх.

Если меня убьют внутри замка, то это конец, я стану никому не нужной нулевкой, вылечу с работы, лишусь дома и места под солнцем, где не надо весь день ходить в костюме химзащиты. Одно осознание, что мне придется вернуться к этому, было способно довести до самоубийства.

В итоге, я всё же остановился около самых ступеней, ведущих ко входу в замок. В голове бил бешеный пульс, а я делал вид, что любуюсь архитектурой здания. Издали оно казалось несколько странноватым, вблизи это впечатление только усиливалось, не зря же это творение иного мира. Начать с того, что в нём совсем не было окон, каменные блоки или кирпичи имели необычные пропорции, слишком узкие и длинные, при этом они были сложены под сорок пять градусов, как по отношению к земле, так и по отношению к самой стене, выпирая наружу этакой ёлочкой. Ступени же были самыми обычными, но явно не рассчитанными на стандартный человеческий шаг, хотя по ним совсем недавно ходили и ходили именно люди. Это было отлично видно, так как ступени были запорошены толстым слоем пыли, на которой чётко отпечатались эти следы. Окованные ботинки пятьдесят седьмого размера, пара сапог, кто-то навроде мокасин без каблука…

— Идём, время не ждёт.

Я вздрогнул, но всё же сделал первый шаг. За ним ещё и ещё один. Поднимался я по лестнице будто на Голгофу, хотя может так и было, ведь я так не боялся даже тогда, когда узнал, что меня хотят прибить в реале.

Остановиться около дверей мне не дали, Лапочка шагнула внутрь, высоко поднимая Грозовую клеть, освещая ей наш путь, меня нетерпеливо подтолкнули в спину, и вот я оказался внутри творения внеземного архитектора.

Внимание! Вы достигли финальной точки Путей Силы. Будьте особо внимательны, каждый ваш последующий шаг может оказаться фатальным.

Внимание! Будьте осторожны. В этом месте вы не сможете воспользоваться помощью Новых богов.

Мое сердце колотилось как бешеное и мне стало так страшно, что я просто не мог сделать дальше не шагу, хотя это глупо, мы уже внутри замка и ворота захлопнулись за нашей спиной со зловещим грохотом.

— Так… — я попытался взять себя в руки, — так, Странник вперед, Рез прошвырнись здесь, только не далеко, разведай обстановку.

— Незачем, — хрипло произнес он, — кроме нас здесь никого нет.

Произнёс он это так уверенно, что я невольно ему поверил, как и Снегирь, который расслабленный походкой отправился вглубь замка.

— Древние боги, — вдруг произнес он, — а вернее, Истинные боги, а ещё точнее единственные. Они были рождены Матерью Землёй, благодаря мольбам низших: природы, простых смертных, тайным желаниям животных и птиц. Рождены чтобы защищать и оберегать их. И они занимались этим истово и верно, пока не пришли эти…

Снегирь неопределённо махнул рукой, указывая на окружающие нас стены.

Мы прошли один тёмный зал, второй, едва освещённый Грозовой клетью и дошли до третьего, пол которого пересекала широкая расщелина. Следы в пыли вели прямо к ней.

Хотя изначально из трещины в полу шли слизистые, блестящие следы, будто из расщелины выполз выводок гигантских слизней, которые постепенно по мере передвижения превращались в человеческие следы, ведущие отсюда в долину.

На моё плечо легла ладонь Странника, а Снег тем временем продолжил говорить:

— Мы сражались с ними неистово и злобно, и были разбиты. Их необычная магия крушила наши ряды не зная жалости.

Продолжая говорить, Снегирь вдруг начал изменяться, его силуэт поплыл, растекаясь в нечто невообразимое.

Я рванул в сторону и назад в тоже мгновенье, но рука Странника сжала моё плечо так, что захрустели кости. Хотя Странник ли это был? Его силуэт поплыл также, как у Снегиря, вместе с доспехами и оружием.

Я рванулся ещё раз, не обращая внимания на боль в хрустнувшей ключице. Я знал, что, если я не выберусь, мне будет во сто крат хуже и всё же боль остановила меня, я не мог вырвать кусок плоти своего тела чтобы спастись.

— Мы проиграли, но у нас ещё был шанс.

В этот раз голос зазвучал прямо у меня в голове.

— Мы доверились тебе, и ты нас предал. Погубил, уничтожил. Предатель, смерть, смерть…

Я попытался вырваться в последний раз, но меня уже держали десятки рук. Или это были щупальца? Или…

— Из-за тебя Мать Земля, породившая нас, теперь нас отторгает. Знаешь какова судьба тех Сильных, кто стал неугоден этому миру? Его ссылают в место,