Некромант - Егор Соколов

В глазах Есении не было того нетерпеливого огонька, который сейчас плясал у Велерада. Девушка смотрела на животное с безразличием и недоверием.

– Тебе решать, – в итоге вздохнула она, отступая в сторону.

Велерада кольнула совесть от такого печального выражения на лице подруги, но ощущение быстро сменилось нетерпением от приобретения такого хорошего коня.

– Я куплю его, – в итоге сказал княжич, шагнув к Рафалю. – Других коней не надо. Только он.

– Если выложишь сто десять золотых, то он твой, – кивнул Рафаль. – Вместе с седлом, разумеется.

Этот мужчина не стал спорить, не стал задавать лишних вопросов, не стал даже пытаться выбить из княжича больше денег. Наверное, это показалось бы ему странным, но в голове засела лишь мысль о том, что он просто обязан завладеть этим конём. Велерад охотно отдал нужную сумму, что Рафаля ни капли не удивило. Недовольной осталась только Есения.

***

Бурьян пытался заснуть, но на этот раз не ощущал спокойствия даже в Сновске. Обычно в этом городе он расслаблялся, мог позволить себе пройтись по рынку, а если попадали на день ярмарки, то Кшиштоф отпускал ученика на весь день, но сейчас веселиться было не с чего. Юноша долго ворочался, прислушиваясь к звукам снаружи, но всё было тихо, в конце концов встал, покинул комнату, попытался снова войти к Вадиму. Дверь была заперта, отчего в голову пришла идея – попробовать залезть через окно. Бурьян спустился, обнаруживая, что народ уже разошёлся. Кто домой, кто в свою комнату, которую снимал здесь. Даже хозяина не было в зале, а потому некого было расспросить видел ли кто седого паренька, выходящего из таверны. Обойдя здание кругом, Бурьян застыл под окнами, которые точно вели в комнату Вадима. Свет там не горел, но это знание никак не успокаивало. Почему-то казалось, что Вадим куда-то сбежал, однако Бурьян не мог придумать зачем бы колдуну это понадобилось.

Седой и сам бы смог добраться до Сновска, но неустанно тащился за Бурьяном, смущал его своими речами, выпаливал неоднозначные фразы, которые застревали в голове и заставляли во всём сомневаться. Его обещание показать матушку окончательно подкосило Бурьяна. Он не хотел верить в то, что всё это время женщина находилась где-то у него под носом. И почему именно Вадим в курсе того, где она?! Брюнет сжал кулаки от злости. Чувство несправедливости душило его, не давая сейчас сдвинуться с места. Ну залезет он в окно, а дальше? Если Вадим спит, значит станет поводом ему доверять? Слишком слабо. Да и нет никаких гарантий, что этот колдун выпалил всё это не ради обмана. Прочёл его мысли, вот и пытается теперь настроить Бурьяна против господина. Но что если Вадим не соврал?

Выдохнув, Бурьян прикрыл глаза и тихо забормотал нужное заклинание, сосредоточившись на глазах. Он чувствовал, как его магия медленно потекла по телу, послушно обволакивая глазные яблоки. Когда брюнет распахнул глаза, мир вокруг изменился. Всё будто заволокло тяжёлым тёмным туманом, а мимо шныряли чёрные тени, прячась за дома и забиваясь в щели. Бурьян покрутился на месте, чувствуя, как сердце сжимается от страха. Безопасная столица превратилась в скопление мелких духов, которые быстро шныряли вокруг и совсем не выглядели дружелюбными. Юный некромант немного прошёлся, наблюдая за тем, как чёрные тени носятся вокруг, но никого не трогают, однако ему всё равно стало холоднее. Иногда духи зависали над каким-то домом, продолжая зловеще кружить, будто очень хотели попасть внутрь. Только вот зачем? Неужели здесь всегда было такое количество теней?

Пройдя ещё немного, Бурьян остановился, уставившись на холм, на котором возвышался бывший терем князя Болеслава. Именно там сейчас засел один из двойников Кшиштофа, и именно над ним бешено кружились тени. Они разгонялись и устремлялись вперёд, но неизменно врезались в невидимую преграду, не в силах проникнуть внутрь. Бурьяну перехватило дыхание, а голова закружилась. Он никак не мог понять, что происходит, но осознавал, что это как-то не нормально. Пока заклинание не иссякло, Бурьян прогулялся по улицам, натыкаясь на тени, которые будто хныкали, сжавшись в комочки и улегшись рядом с чужими домами. В конце концов, Бурьян присел на лавочку возле кузни и выдохнул, чувствуя, что головокружение усиливается, вызывая тошноту. Он прикрыл глаза и дождался, пока действие заклинания пройдёт, но тошнота никуда не исчезла. Посидев ещё несколько минут, юноша всё же вернулся в таверну. Поднявшись к себе, он рухнул лицом в подушку, ощущая, будто из него выкачали все силы. Он попытался выбросить увиденное из головы. Чего он вообще хотел добиться? Сам найти матушку? В таком месиве из духов попробуй разберись. Бурьян перевернулся на спину и уставился в потолок. Думать о том, что матушка была одной из этих жутких теней не хотелось.

Так и не найдя сил на сон, Бурьян дождался, когда первые лучи солнца лизнули облака, а потом спустился вниз. К его счастью, работницы таверны уже проснулись и вовсю хлопотали по хозяйству, так что услужливо предложили юноше позавтракать. Есть ему не хотелось, но он согласился, в надежде, что аппетит появится, когда он увидит еду. Каша с вишнёвым вареньем со своей задачей не справилась, а потому была отодвинута на центр стола. Бурьян вперился в неё взглядом, принявшись стучать пальцами по столу. Он не додумался проверить Вадима, а подниматься уже не хотелось, поэтому юноша надеялся, что седой сам скоро выйдет. К нему накопилось немало вопросов, но как их задать?

Через пару минут вишнёвое варенье в каше стало казаться ему кровавыми кусочками, поэтому Бурьян прикрыл глаза, ощутив приступ тошноты. Он не особенно любил вишнёвое варенье, но вишня была любимым лакомством господина Кшиштофа, поэтому в княжестве частенько старались подавать именно её.

– Какой симпатичный молодой человек, а сидит тут в гордом одиночестве, – звонкий девичий голос заставил Бурьяна открыть глаза.

Перед ним плюхнулась молодая девушка с длинной чёрной косой и светлыми зелёными глазами, которые ярко поблёскивали в полутьме. На ней была белая рубаха с красивой красной вышивкой на рукавах и воротнике, заправленная в чёрные свободные штаны из плотной ткани. Так обычно одевались девушки, которые путешествовали, а вот местные предпочитали щеголять в сарафанах разных расцветок. Бурьян остановил свой взгляд на ромашке, которую девушка прятала за ухом. У незнакомки была бледная кожа, на вид будто шёлковая, приглушённые розовые губы, круглое миловидное лицо. Она показалась не старше самого