Синий Звон - Роман Суворов

– Простите, Ваше Благородие, – повинилась ведьма, – я машинально.

Ротмистр кивнул, как бы подтверждая, что принял её извинения.

– А что это за своеобразный нимб? – заинтересовался Финцонин чарами.

– Защита от тех, кто пытается воздействовать на разум собеседника своими ведовскими штучками, – ответил за начальника Егоров.

– Елена? – удивился новый хозяин Лютичева.

– Говорю же, я не сознательно, – развела руками ведьмочка. – Так, Антон Владимирович, – повернулась она к Рыжкову, – что за вопросы Вы хотели мне задать?

– Да так, сущая безделица, – с чуть наигранной беспечностью отмахнулся ротмистр лёгким движением руки.

– Ради безделицы Вы не стали бы разыскивать меня по всему уезду, – с легкой иронией улыбнулась Ланина самыми краешками губ.

– Безделица для Вас, не для меня. Мне нужно знать, с кем Вы встречались и говорили после того, как мы с Вами увиделись у монастырского источника?

– Ни с кем! – с честными, но от чего-то смеющимися глазами ответила ведьма. – Как только смолк набат, некоторое время ещё посидела да пошла в город, после того как настоятель развеял защитный купол над монастырём.

– Что ж… – сделал многозначительную паузу Рыжков, насмешливо глядя Елене в глаза.

– Господа, темнеет! – прервал его молчание Финцонин, – Предлагаю продолжить нашу беседу ближе к дому.

* * *

Жандармы, ведя коней под уздцы, молча следовали чуть поодаль от хозяина усадьбы, взявшего под руку ведьмочку и медленно идущего с ней по отсыпанной розовым гравием узенькой дорожке проторённой посреди ведущей в сторону дома кленовой аллеи.

– Они точно тебя подозревают! – шепнула Елена спутнику, сделав вид, что положила голову ему на плечо.

– Боюсь, что не «подозревают», а точно «уверены», – одними губами ответил Финцонин.

– Петя, что же нам делать? – наполненные тревогой слова молодой женщины были едва слышны.

– Да ничего!.. – Он коснулся её головы своей. – Ничего нам не надо делать… Мне осталось недолго. Так или иначе, меня развоплотит либо колдун, либо они…

– Может, сбежим? – всхлипнула ведьма.

– Мы уже говорили об этом, – вздохнул Финцонин, и на его прекрасном лице промелькнула тень тщательно скрываемого от спутницы страха.

Тем временем за спинами молодых людей шёл столь же тихий, но не менее эмоциональный разговор:

– И вовсе, Ваше благородие, он не похож на нежить! – шёпотом настаивал на своём Егоров.

Жандармы шли рядом, ведя коней по краям дорожки.

– Ещё бы, Дмитрий Иванович! – не менее тихо, но спокойно отвечал ему ротмистр. – Это же «личина». В этом и суть вызова твари такого вида, что она неотличима от человека.

– Но Вы при этом ещё думаете, что Елена знает природу своего спутника? – удивился адъютант.

– Определённо. Она же ведьма, – подтвердил Антон Владимирович. – Ты же сам видел, ведьма от природы не может не попытаться залезть в голову к собеседнику для того, чтобы воздействовать на его эмоциональный фон, а как максимум – попробовать прочитать его мысли.

– И что с того? Ну, прочла бы его мысли, слыханное дело.

– О! Представляю, что она почувствовала при первой попытке, – злорадно ухмыльнулся Рыжков. – Понимаешь, нежить не вселяется в тело, которое предоставляет ей некромант, а остаётся за гранью, связываясь с воплощённой оболочкой тонкой нитью, передающий в наш мир её мысли, чувства и питающий её образами и эмоциями, зародившимися тут.

– Получается, она хватила того, что происходит за гранью?

– Лишь самую малую долю мира мёртвых, – уточнил кудесник. – Связующая нить слишком узка, иначе заблудшие души смогли бы протиснуться по ней, и тогда… лучше об этом не думать, – вздрогнул Антон Владимирович, представив на мгновение, во что превратился бы этот мир, заполони бы его армии алчной до эмоций нежити.

– Нет, не сходится! – зашептал вновь засомневавшийся Егоров. – Если бы всё было так, как Вы говорите, она бы к нему так не льнула. Вот, обратите внимание, – как раз в этот момент Финцонин склонил голову к голове Ланиной, уже лежавшей у неё на плече.

– Чужая душа потёмки, – вновь легко пожал плечами Рыжков. – А душа ведьмы – вообще непроглядный мрак. Кто знает, что ею движет.

– Мне показалось, что она довольна, как кошка, вволю нализавшаяся сметаны, – ухмыльнулся Егоров.

– Возможно… – не стал спорить с помощником ротмистр.

Клёны закончились, и дорожка перешла в широкую, аккуратно стриженую лужайку с жёсткой травой, в центре которой росла корявая вековая ель. В её тёмных лапах резвилась весёлая стайка беззаботных лесовиков, тихо верещавших и пытавшихся поймать вившихся кругом толстых мотыльков. За елью высился классический помещичий дом с портиком из четырёх высоких белёных колонн, венчающим его крытым тяжёлой аркой балконом, на который можно было попасть из большого, явно светлого мезонина.

Сумерки первого вечера осеннего равноденствия уже упали на лужайку, обещая принести с собой промозглость ночи и уже окутав всё вокруг лёгкими хлопьями туманной дымки.

– Синеет… – заметил Антон Владимирович, глядя на небо.

– Конюшни во флигеле, – указал Финцонин на аляповатые постройки сбоку от усадьбы. – Располагайте скакунов и поспешим в дом.

Жандармы последовали совету хозяина и подвели утомлённых скакунов к стойлам. Пока Егоров освобождал коней от сбруи, заводил внутрь, давал овса и наливал воды, ротмистр сидел на старой бочке, забытой у распахнутых ворот хозяйственных помещений флигеля, и отстранённо наблюдал, как большое красное солнце всё глубже и глубже прячется за тёмной стеной далёкой рощи, а небо начинает потихоньку приобретать неестественный серовато-синий оттенок.

* * *

– Я боюсь… – сказала Ланина безразличным голосом.

– Чего же? – после долгой паузы отозвался не дождавшийся продолжения Финцонин, вновь стоящий к ней спиной, теперь уж у окна большой гостиной, из которого открывался захватывающий дух, особенно в синих сумерках, вид: луга с невысокой уже осенней травой под небольшим уклоном стремились к прячущейся в зарослях плакучих ив речушке, а с того берега, высокого и обрывистого, в тревожном неодобрении смотрела старая, тёмная, неприветливая дубрава.

– Я боюсь, что тебя не станет… и что мне тогда делать? – Глаза девушки смотрели, но явно не видели ничего вокруг.

– Всё отрицай, – покачал головой молодой человек. – Не видела, не знала, пригласили на новоселье.

– Я не о том, – на миг вспыхнула Елена и снова погрузилась в